Судебная практика по ТК РФ

Пунктом 4 статьи 7 Федерального закона от 15 декабря 2001 года N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" установление условий предоставления права на пенсию муниципальным служащим за счет средств субъектов Российской Федерации и средств органов местного самоуправления отнесено к компетенции субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 15, 16, 790 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 17.07.1999 N 178-ФЗ "О государственной социальной помощи" и установив, что общество осуществило пассажирские перевозки в соответствии с условиями государственного контракта и объем выплат в связи с организацией пассажирских перевозок железнодорожным транспортом в спорный период 2012 года составил 1 543 073 187 рублей, которые выплачены перевозчику, то есть потери в доходах с учетом условий контракта компенсированы, суды отказали в удовлетворении иска в связи с недоказанностью убытков.

Полномочия и ответственность органов государственной власти субъектов Российской Федерации в сфере охраны здоровья граждан определяются Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 323-ФЗ), который к таковым в том числе относит организацию обеспечения лекарственными препаратами (пункт 7 части 1 статьи 16 поименованного закона).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды нижестоящих инстанций руководствовались статьями 198, 200, 201, 329 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 5, 30, 36, 64, 68, 75, 80, 83 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", статьями 12, 13 Федерального закона от 21.07.1997 N 118-ФЗ "О судебных приставах", разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 15 от 17.11.2015 N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", и исходили из отсутствия незаконного бездействия судебного пристава-исполнителя, выраженного в не установлении, не наложении ареста и обращении взыскания на дебиторскую задолженность должника (управляющей компании). Подписанные в одностороннем порядке должником акты сверки и оборотно-сальдовая ведомость не могут являться допустимыми доказательствами наличия дебиторской задолженности, принимая во внимание, что дебиторы отрицают ее существование.

В обоснование заявленных требований Дядик В.В. указал, что проходил службу в МУ МВД России по Новоуральскому ГО и МО "поселок Уральский". 10 марта 2015 г. он был уволен из органов внутренних дел по пункту 11 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" в связи с сокращением должности в органах внутренних дел, замещаемой сотрудником.

В обоснование заявленных требований Бурова Е.В. указала, что 6 апреля 2015 г. обратилась в Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в г. Ярославле (межрайонное) с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании пункта 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Удовлетворяя исковые требования Косыревой Г.Н. о взыскании задолженности по заработной плате в виде невыплаченной текущей премии за период с 1 февраля по 30 апреля 2015 г. в размере 87 957 руб., суд первой инстанции ссылался на положения статей 129, 132, 135, 191 Трудового кодекса Российской Федерации и исходил из того, что текущая премия входила в систему оплаты труда Косыревой Г.Н. и являлась гарантированной ежемесячной выплатой. При этом суд учитывал нормы Положения об оплате труда и премировании работников КБ "Судостроительный банк", утвержденного 9 сентября 2014 г. Советом Директоров Банка, а также Положения об оплате труда и премировании работников КБ "Судостроительный банк", принимающих на себя риски, и работников, осуществляющих внутренний контроль и управление рисками, утвержденного 23 декабря 2013 г. Советом Директоров Банка, копии которых были представлены в суд Косыревой Г.Н., и указал, что предусмотренных приложением N 1 к названному выше Положению от 23 декабря 2013 г. оснований для невыплаты истцу премии, таких как критичные замечания и санкции со стороны контролирующих органов, несоблюдение сроков сдачи отчетности, сроков оплаты обязательств, в ходе судебного разбирательства не установлено. Из ответа временной администрации КБ "Судостроительный банк" следует, что основанием невыплаты текущей премии явился отзыв у Банка лицензии на осуществление банковских операций и, как следствие, уменьшение объема выполняемых функций работниками Банка, однако, по мнению суда, в связи с отзывом у Банка лицензии объем работы Косыревой Г.Н. как главного бухгалтера филиала Банка не уменьшился.

В обоснование предъявленных требований Красавина М.П. указала, что 16 мая 2012 г. она обратилась в УПФР в Курортном районе Санкт-Петербурга с заявлением о досрочном назначении ей трудовой пенсии по старости в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "О трудовых пенсиях в РФ") в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения.

В обоснование исковых требований Бродников В.Н. указал, что 23 июня 2015 г. обратился с заявлением в ГУ - УПФ РФ в г. Ижевске (межрайонное) Удмуртской Республики о назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании пункта 13 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

При рассмотрении спора суды руководствовались положениями статей 3, 17, 25 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", Правилами отнесения видов экономической деятельности к классу профессионального риска, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 01.12.2005 N 713, приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31.01.2006 N 55 "Об утверждении порядка подтверждения основного вида экономической деятельности страхователя по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний - юридического лица, а также видов экономической деятельности подразделений страхователя, являющихся самостоятельными классификационными единицами".

Между тем, признавая незаконным доначисление страховых взносов, суды, руководствуясь статьями 15, 129, 262 Трудового кодекса Российской Федерации, статьями 5, 7, 8, 9 Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования", статьями 20.1 и 20.2 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", пришли к выводу о том, что спорные выплаты носят характер государственной поддержки, поскольку направлены на компенсацию потерь заработка гражданам, имеющим детей-инвалидов и обязанным осуществлять за ними должный уход, не являются стимулирующей выплатой, вознаграждением, элементами оплаты труда, и не подлежат включению в базу для начисления страховых взносов.

Признавая незаконным доначисление страховых взносов, суды, руководствуясь статьями 15, 129, 262 Трудового кодекса Российской Федерации, статьями 5, 7, 8, 9 Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования", статьями 20.1 и 20.2 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", пришли к выводу, что названная премия не является вознаграждением работника за исполнение своих трудовых обязанностей, не гарантирована ни трудовым, ни коллективным договором, была получена за победу в конкурсе, зависела не от трудового вклада, а от набранного в конкурсе количества баллов и была получена вне рамок трудовых отношений.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 29.11.2010 N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 28.02.2011 N 158н, Типовой формы договора о финансовом обеспечении обязательного медицинского страхования, утвержденной приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 09.09.2011 N 1030н, суды апелляционной и кассационной инстанций пришли к выводу о необходимости взыскания с ответчиков денежных средств в заявленном размере в счет оплаты оказанных учреждением медицинских услуг. При этом суды не установили оснований для отказа в их оплате в полном объеме ответчиками, которыми не предъявлено каких-либо претензий истцу по факту оказания услуг, их качеству и объему.

1. Заявитель по настоящему делу гражданин Н.А. Назаров оспаривает конституционность следующих положений Закона Российской Федерации от 19 апреля 1991 года N 1032-1 "О занятости населения в Российской Федерации":

пункта 1 статьи 33, согласно которому пособие по безработице гражданам, уволенным по любым основаниям (за исключением указанных в статье 34 данного Закона) в течение 12 месяцев, предшествовавших началу безработицы, имевшим в этот период оплачиваемую работу не менее 26 недель на условиях полного рабочего дня и признанным в установленном порядке безработными, начисляется в первом (12-месячном) периоде выплаты исходя из среднемесячного заработка, исчисленного за последние три месяца по последнему месту работы: в первые три месяца - в размере 75 процентов, в следующие четыре месяца - в размере 60 процентов, в дальнейшем - в размере 45 процентов, но во всех случаях не выше максимальной величины пособия по безработице и не ниже минимальной величины пособия по безработице, увеличенных на размер районного коэффициента; во втором (12-месячном) периоде выплаты - в размере минимальной величины пособия по безработице, увеличенной на размер районного коэффициента;

1. Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 19 ноября 2015 года N 29-П, принятом в связи с жалобой гражданина Н.К. Шматкова, признал пункт 1 статьи 10 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 39 (части 1 и 2) и 53, в той мере, в какой содержащееся в нем положение во взаимосвязи с иными законодательными предписаниями позволяло не включать в страховой стаж гражданина, необоснованно привлеченного к уголовной ответственности и впоследствии реабилитированного, период, в течение которого он был временно отстранен от должности (работы) в связи с решением органа, осуществляющего уголовное преследование, о применении к нему данной меры процессуального принуждения, и тем самым препятствовало восстановлению его пенсионных прав.

5 июня 2015 г. Чуркин О.А. обратился в УФСИН России по Республике Марий Эл с заявлением и приложенными к нему документами о принятии его на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения. Решением комиссии УФСИН России по Республике Марий Эл от 24 июля 2015 г. ему было отказано в постановке на учет в связи с тем, что его рапорт оформлен с нарушением требований, предусмотренных законом, а также отсутствуют документы, предусмотренные подпунктом "и" пункта 5 Правил предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам, проходящим службу в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ и таможенных органах Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 24 апреля 2013 г. N 369.

В обоснование заявленных требований Подгорный В.Н. указал, что проходил службу в органах внутренних дел в должности начальника отдела МВД России по Каменскому району Воронежской области. Приказом ГУ МВД России по Воронежской области от 29 июля 2015 г. N 1104 л/с был уволен со службы по пункту 11 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ) в связи с сокращением должности в органах внутренних дел, замещаемой сотрудником. Полагая, что была нарушена процедура его увольнения, а именно не предложены имевшиеся на тот момент равнозначные занимаемой или вышестоящие должности, а также ссылаясь на то, что за 2013 - 2014 годы ему не выплачена компенсация за работу сверх установленной законом продолжительности рабочего времени в выходные и нерабочие праздничные дни, работу в ночное время, Подгорный В.Н. просил суд восстановить его в прежней должности начальника отдела МВД России по Каменскому району Воронежской области, находящегося в распоряжении ГУ МВД России по Воронежской области, взыскать с ГУ МВД России по Воронежской области денежное довольствие за время вынужденного прогула с 30 июля 2015 г. по день восстановления на службе, компенсацию морального вреда в сумме 500 000 руб., компенсацию за выполнение служебных обязанностей сверх установленной продолжительности рабочего времени в выходные и нерабочие праздничные дни за 2013 - 2014 годы в сумме 87 826, 36 руб.

В соответствии с данным решением общество привлечено к ответственности на основании пункта 1 статьи 19 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Закон N 125-ФЗ), заявителю предложено перечислить в добровольном порядке недоимку (доначисленные страховые взносы), пени и штрафные санкции. Фонд пришел к выводу о том, что общество неправомерно занизило базу для начисления страховых взносов путем неотнесения к объекту обложения страховыми взносами сумм, выплаченных на основании договоров, фактически не являющихся гражданско-правовыми.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции ссылался на положения статей 129, 132, 135, 191 Трудового кодекса Российской Федерации, учел условия представленного в суд Горбуновым Д.А. Положения об оплате труда и премировании работников КБ "Судостроительный банк", утвержденного 9 сентября 2014 г. Советом Директоров Банка, и пришел к выводу о том, что текущая премия входила в систему оплаты труда Горбунова Д.А. и являлась гарантированной ежемесячной выплатой, вследствие чего признал обоснованными требования истца о взыскании задолженности по заработной плате в виде невыплаченной текущей премии за период с 1 февраля по 31 марта 2015 г. в размере 32 016 руб. При этом суд указал, что согласно названному положению выплата текущей премии работникам производится независимо от достижения Банком финансового результата. Кроме того, в связи с отзывом у Банка лицензии объем работы Горбунова Д.А., как следует из его пояснений в судебном заседании, не уменьшился.

Разрешая спор, суд, руководствуясь Федеральным законом от 17 июля 1999 г. N 178-ФЗ "О государственной социальной помощи", исходил из того, что Штеймец С.В. в установленные сроки обратилась в Государственное учреждение - Ярославское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, предоставив документы, подтверждающие нуждаемость в санаторно-курортном лечении, а потому ей не может быть отказано в предоставлении государственной социальной помощи в виде путевки на санаторно-курортное лечение со ссылкой на недостаточное финансирование, в связи с чем возложил на ответчика обязанность предоставить Штеймец С.В. путевку на санаторно-курортное лечение за 2014 г.