Судебная практика по ТК РФ

Конституция Российской Федерации в соответствии с целями социального государства, закрепленными в ее статье 7 (часть 1), гарантируя каждому социальное обеспечение в предусмотренных законом случаях (статья 39, часть 1), вместе с тем не определяет конкретные объемы, способы и порядок предоставления такой защиты тем или иным категориям граждан. Разрешение этих вопросов отнесено к компетенции законодателя, который в Федеральном законе от 17 июля 1999 года N 178-ФЗ "О государственной социальной помощи" определил правовые и организационные основы оказания государственной социальной помощи отдельным категориям граждан, закрепив при этом право органов государственной власти субъектов Российской Федерации принимать законы и иные нормативные правовые акты, определяющие размеры, условия и порядок назначения и выплаты государственной социальной помощи малоимущим семьям, малоимущим одиноко проживающим гражданам, реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, и иным категориям граждан, предусмотренным названным Федеральным законом (статья 5, часть 1).

Не согласившись с решением суда, Деревягин К.А. обратился в Судебную коллегию по административным делам Верховного Суда Российской Федерации с апелляционной жалобой, в котором просит указанный судебный акт отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм права, регулирующих данные правоотношения, и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленного требования. По мнению заявителя, оспариваемая норма ограничивает его права как инвалида III группы, получившего бесплатно автомобиль по линии социальной защиты, на предоставление ему земельного участка в непосредственной близости от места жительства для установки металлического гаража, поскольку охватывает только инвалидов I и II группы, что противоречит Федеральному закону от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" (далее - Закон о социальной защите инвалидов), который закрепляет социальные гарантии для инвалидов независимо от группы.

Истцы полагали, что занимаемые должности и выполняемые функциональные обязанности дают им право на получение мер социальной поддержки, предусмотренных Федеральным законом от 7 ноября 2000 г. N 136-ФЗ "О социальной защите граждан, занятых на работах с химическим оружием", в связи с чем просили суд признать за ними такое право как за гражданами, занятыми на работах с химическим оружием, начиная с 1 апреля 2002 г. и с учетом даты начала работы каждого из истцов по соответствующей должности (специальности) до момента принятия уполномоченным органом государственной власти Российской Федерации решения о прекращении предоставления работникам указанных выше мер социальной поддержки. Истцы также просили суд возложить на ответчика обязанность начислить и выплатить в их пользу задолженность по надбавкам к месячному заработку, выплачиваемым за стаж непрерывной работы с химическим оружием, невыплаченные денежные суммы повышенного должностного оклада (тарифной ставки) в соответствии с частью 3 статьи 1 Федерального закона от 7 ноября 2000 г. N 136-ФЗ "О социальной защите граждан, занятых на работах с химическим оружием" (вторая группа работ) с момента возникновения у каждого из них права на получение данных выплат, но не ранее чем с 1 апреля 2002 г., по день вынесения решения суда, а также задолженность по ежегодному вознаграждению за выслугу лет за 2011, 2012, 2013 годы.

9 ноября 2012 г. ГУ МВД России по Ставропольскому краю на расчетные счета названных членов семьи Гериева А.И. перечислено единовременное пособие в размере ... руб. каждому. Однако истцы считали, что размер выплаченного им пособия не соответствует размеру пособия, определенного законом на момент выплаты, поскольку согласно ч. 3 ст. 43 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" в редакции, действовавшей с 1 января 2012 г., размер единовременного пособия, выплачиваемого членам семьи в равных долях в случае гибели сотрудника полиции в связи с выполнением им служебных обязанностей, составляет ... руб.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Г. о признании частично недействующим пункта 21.3 Административного регламента предоставления Пенсионным фондом Российской Федерации государственной услуги по установлению ежемесячной денежной выплаты отдельным категориям граждан в Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 30 октября 2012 г. N 353н,

1. Согласно пункту 7 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", вступившего в силу с 1 января 2012 года, контракт о прохождении службы в органах внутренних дел подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел - увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с осуждением сотрудника за преступление, а также в связи с прекращением в отношении сотрудника уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон, вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием.

Шакиров А.Ф. обратился в суд с иском к ООО "Ратек-Плюс" о взыскании компенсации за досрочное расторжение трудового договора, в обоснование которого указал, что в период с 6 ноября 2007 г. по 15 ноября 2011 г. занимал должность ... ООО "Ратек-Плюс". 8 апреля 2008 г. между ним и ООО "Ратек-Плюс" заключен трудовой договор сроком на 5 лет, по условиям которого в случае досрочного расторжения данного договора с Шакировым А.Ф. ему предусмотрена компенсационная выплата в размере ... руб. Решением общего собрания участников общества от 15 ноября 2011 г. Шакиров А.Ф. уволен с занимаемой должности по пункту 2 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации. При увольнении соответствующая компенсация Шакирову А.Ф. не выплачена, в связи с чем истец просил суд взыскать с ООО "Ратек-Плюс" в свою пользу сумму в размере ... руб.

Кочедыков Э.П. обратился в суд с иском к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Ульяновску о возложении обязанности внести запись в трудовую книжку о периоде работы, указав, что с 1 сентября 1994 г. до 31 марта 2014 г. он оказывал содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, на основании заключенных с ним контрактов. Так как на основании части 6 статьи 18 Федерального закона от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" период сотрудничества граждан по контракту с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, в качестве основного рода занятий включается в трудовой стаж граждан, Кочедыков Э.П. обратился в пенсионный орган по вопросу включения указанного выше периода в его трудовой стаж. Однако во включении данного периода в трудовой стаж Кочедыкову Э.П. было отказано со ссылкой на отсутствие в трудовой книжке записи об указанном периоде работы, в связи с чем истец обратился к начальнику Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Ульяновску с просьбой о внесении в трудовую книжку записи о периоде его работы с 1 сентября 1994 г. по 31 марта 2014 г. Однако во внесении такой записи в трудовую книжку ему было отказано.

Установив отсутствие факта совершения предпринимателем (страхователем) правонарушения - нарушения установленного пунктом 2 статьи 11 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" срока представления сведений индивидуального (персонифицированного) учета за 2012 год, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения предпринимателя к ответственности.

Учитывая данные обстоятельства, суды, руководствуясь положениями Федерального закона от 16.07.1999 N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования" и Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством", пришли к выводу об отсутствии у учреждения правовых оснований для отказа обществу в принятии к зачету спорной суммы расходов на выплату страхового обеспечения.

1. Ленинск-Кузнецкий городской суд Кемеровской области, в производстве которого находится дело по иску гражданки Д.В. Карманщиковой к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Полысаево Кемеровской области о признании незаконным отказа в назначении пенсии и о назначении социальной пенсии по случаю потери кормильца, в своем запросе в Конституционный Суд Российской Федерации оспаривает конституционность пункта 4 статьи 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", согласно которому иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

В силу статьи 6 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" регистрация страхователей - физических лиц, заключивших трудовой договор с работником, осуществляется на основании заявления о регистрации в качестве страхователя, представляемого в срок не позднее 10 дней со дня заключения трудового договора с первым из нанимаемых работников, в исполнительных органах страховщика - Фонда социального страхования Российской Федерации.