Судебная практика по ТК РФ

Кроме того, оспариваемый им пункт 2 статьи 34 данного Закона Российской Федерации утратил силу с 1 января 2009 года на основании Федерального закона от 25 декабря 2008 года N 287-ФЗ "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "О занятости населения в Российской Федерации", т.е. до обращения заявителя в Конституционный Суд Российской Федерации.

В 2005 году во исполнение пункта 2 Указа Президента Российской Федерации от 9 августа 2005 года N 949 "О совершенствовании системы мер социальной поддержки специалистов ядерного оружейного комплекса Российской Федерации" воинская часть, в которой проходил военную службу И.Ю. Любименко, была включена в Перечень расформированных воинских частей Вооруженных Сил Российской Федерации (Вооруженных Сил СССР) и военных представительств Министерства обороны Российской Федерации (Министерства обороны СССР), в которых осуществлялись виды деятельности, предусмотренные Перечнем, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 23 августа 2000 года N 1563. С 1 августа 2005 года был произведен перерасчет пенсии заявителя.

ЧАСТЬЮ ПЯТОЙ СТАТЬИ 80 ТРУДОВОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

Решением Третейского суда при ФЦБ от 17.01.2008 с общества с ограниченной ответственностью "СУ-145" (далее - общество) в пользу Полилова В.Е. взыскано 1 260 000 рублей задолженности по заработной плате, 138 600 рублей процентов, 30 000 рублей оплаты услуг представителя и 20 000 рублей в возмещение морального вреда. Третейский суд в названном решении указал, что общество, являясь работодателем Полилова В.Е., при увольнении последнего не выдало ему трудовую книжку, чем незаконно лишило его возможности трудиться, и, следовательно, в соответствии со статьей 234 Трудового кодекса Российской Федерации обязано возместить работнику неполученный им заработок.

Федеральный закон от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" в числе основных государственных гарантий для государственных гражданских служащих предусматривает государственное пенсионное обеспечение в порядке и на условиях, установленных федеральным законом о государственном пенсионном обеспечении граждан Российской Федерации, проходивших государственную службу, и их семей (пункт 11 части 1 статьи 52). Такой федеральный закон до настоящего времени не принят.

1. Гражданин А.А. Байков во время своего нахождения в следственном изоляторе привлекался к труду; за фактически отработанные периоды ему были выплачены соответствующие вознаграждения, при этом данные периоды были включены в страховой стаж для назначения трудовой пенсии. А.А. Байков, считая, что на содержащихся под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в случае их привлечения к труду должны распространяться положения статей 2, 114, 115, 122, 126, 127 и 157 Трудового кодекса Российской Федерации в части предоставления ежегодного оплачиваемого отпуска с сохранением места работы и среднего заработка, продолжительности и периодичности этого отпуска, возможности его замены денежной компенсацией, выплаты денежной компенсации за неиспользованные отпуска при увольнении, а также оплаты времени простоя по вине работодателя, обратился в Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ленинском районе города Перми с соответствующим заявлением. Рассмотрев заявление, Управление разъяснило А.А. Байкову, что трудовой договор между ним и следственным изолятором не заключался, в штат сотрудников он зачислен не был, а сложившиеся в связи с привлечением его к труду отношения регулируются статьей 27 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений". Заявителю было рекомендовано обратиться в Государственную инспекцию труда в Пермском крае, которая подтвердила, что вопросы привлечения подозреваемых и обвиняемых к труду регулируются названным Федеральным законом, не предусматривающим предоставление ежегодного оплачиваемого отпуска, выплату денежной компенсации за неиспользованные отпуска и оплату времени вынужденного простоя. С таким ответом согласилась и Федеральная служба по труду и занятости, которая, сославшись на статью 27 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", указала, что трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права, не распространяются на лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений и содержащихся под стражей.

Поскольку не работающие по не зависящим от них причинам осужденные обеспечиваются питанием и предметами первой необходимости за счет государства (часть третья статьи 99 УИК Российской Федерации), а осужденные, получающие заработную плату, возмещают стоимость питания, одежды, коммунально-бытовых услуг и индивидуальных средств гигиены (часть четвертая той же статьи), заявитель делает вывод, что часть четвертая статьи 99 УИК Российской Федерации является дискриминационной по отношению к работающим осужденным. Кроме того, С.Е. Матвеев указывает, что в силу статьи 138 Трудового кодекса Российской Федерации общий размер всех удержаний при каждой выплате заработной платы не может превышать 20 процентов, а в случаях, предусмотренных федеральными законами, - 50 процентов заработной платы, причитающейся работнику; норма же части третьей статьи 107 УИК Российской Федерации, подменяя, по мнению заявителя, названную норму трудового законодательства, позволяет осуществлять удержание значительно большей части заработной платы осужденного. С.Е. Матвеев считает, что оспариваемые положения статей 99 и 107 УИК Российской Федерации нарушают его права, гарантированные статьями 2, 10, 15, 17 - 19, 37 и 55 Конституции Российской Федерации.

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации заявитель оспаривает конституционность положений статьи 3 и пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 7 августа 2000 года N 122-ФЗ "О порядке установления размеров стипендий и социальных выплат в Российской Федерации", согласно которым размеры иных видов денежных компенсаций, входящих в объем возмещения вреда, причиненного здоровью граждан, пострадавших в результате катастрофы на Чернобыльской АЭС, определяются исходя из базовой суммы в 100 рублей (а не из минимального размера оплаты труда, как это было ранее).

1. В Конституционный Суд Российской Федерации обратился гражданин Ю.П. Зотов - ветеран подразделений особого риска, имеющий в соответствии с абзацем вторым пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-1 "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска" право на ряд мер социальной поддержки, установленных Законом Российской Федерации от 15 мая 1991 года N 1244-1 "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", и получающий с 1996 года пенсию за выслугу лет с предусмотренной пунктом 2 части первой статьи 30 этого Закона Российской Федерации надбавкой в размере 30 процентов минимальной пенсии по старости.

Оздоев А.А., Султыгов Х.А. и Ажигов Б.А. обратились в суд с вышеуказанным иском, ссылаясь на то, что во время прохождения службы в Министерстве внутренних дел Российской Федерации по Республике Ингушетия при исполнении служебных обязанностей получили травмы и были уволены с занимаемых должностей по основаниям, установленным пунктом "ж" статьи 19 Закона Российской Федерации от 18 апреля 1991 года N 1026-1 "О милиции", в связи с чем им в соответствии со статьей 29 указанного Закона выплачивали разницу между назначенной пенсией и утраченным заработком. Указанные выплаты были прекращены Оздоеву А.А. с июня 2004 года, Султыгову Х.А. - с декабря 2005 года и Ажигову Б.А. - с февраля 2005 года в связи с тем, что пенсия по инвалидности превысила сумму утерянного денежного содержания. Полагают данные действия неправомерными, поскольку в данном случае к отношениям по возмещению вреда их здоровью подлежит применению глава 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

1. Гражданам В.П. Балесному и М.П. Павлову в 1990 году в соответствии с действовавшим на тот момент законодательством были назначены пенсии за выслугу лет как работникам летно-испытательного состава гражданской авиации. После вступления в силу Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Калининском районе Санкт-Петербурга, посчитав, что исчисление пенсии М.П. Павлова в порядке, предусмотренном для летно-испытательного состава гражданской авиации, повлечет за собой уменьшение ее размера, произвело перерасчет пенсии с применением коэффициента 1,2, ограничивающего отношение среднемесячного заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате по стране за соответствующий период. Решением Выборгского районного суда города Санкт-Петербурга от 20 сентября 2005 года, оставленным в силе определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 13 января 2006 года, М.П. Павлову было отказано в иске о перерасчете пенсии и взыскании недополученной ее суммы.

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации Г.И. Разумов просит проверить конституционность статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации, а фактически - ее части первой, согласно которой при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные им отпуска. По мнению заявителя, указанная норма в силу ее неопределенности может иметь двоякое истолкование, позволяющее судам отказывать в ее применении к отношениям, возникшим до введения в действие Трудового кодекса Российской Федерации, и противоречит статье 4 (часть 2) Конституции Российской Федерации.

1. Гражданин В.В. Самуйленков неоднократно обращался в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобами на нарушение его конституционных прав положениями пункта 3 статьи 14 Федерального закона от 12 января 1995 года N 5-ФЗ "О ветеранах", которые не предусматривают предоставление ему как инвалиду вследствие увечья, полученного при исполнении иных обязанностей военной службы и связанного с аварией на Чернобыльской АЭС, мер социальной поддержки, установленных для инвалидов войны. В своем ходатайстве он просит разъяснить смысл отдельных положений Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года N 438-О-О, указав при этом, что вопрос о предоставлении инвалидам вследствие увечья, полученного при исполнении иных обязанностей военной службы в связи с аварией на Чернобыльской АЭС, мер социальной поддержки, установленных для инвалидов войны, может быть разрешен законодателем лишь в отношении граждан, не имеющих статуса военнослужащих, а именно призванных на специальные учебные сборы; лица же, имеющие статус военнослужащих и ставшие инвалидами вследствие названной причины, имеют право на меры социальной поддержки, предусмотренные для инвалидов войны.

Порядок выплаты компенсаций за утраченное жилье и/или имущество гражданам, пострадавшим в результате разрешения кризиса в Чеченской Республике и покинувшим ее безвозвратно, утвержден Постановлением Правительства Российской Федерации от 30 апреля 1997 года N 510, которое, в свою очередь, принято во исполнение Указа Президента Российской Федерации от 5 сентября 1995 года N 898 "О дополнительных компенсационных выплатах лицам, пострадавшим в результате разрешения кризиса в Чеченской Республике" в целях скорейшего восстановления нарушенных прав и законных интересов пострадавших граждан с учетом характера причиненного вреда.

1. Гражданин В.И. Андриенко, работавший в должности директора филиала N 25 государственного учреждения - Ростовского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации, был уволен с работы по основанию, предусмотренному пунктом 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, - в связи с неоднократным неисполнением без уважительных причин трудовых обязанностей. Решением Шахтинского городского суда Ростовской области от 19 марта 2008 года, оставленным без изменения кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 5 мая 2008 года, В.И. Андриенко было отказано в иске к государственному учреждению - Ростовскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. В удовлетворении надзорных жалоб Ростовским областным судом и Верховным Судом Российской Федерации также было отказано.

1. Гражданин А.И. Демин, являющийся получателем пенсии за выслугу лет, назначенной ему в 1990 году Министерством обороны Российской Федерации в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-I "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей", оспаривает конституционность Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", который, по мнению заявителя, не позволяет учитывать на лицевом счете застрахованного лица сведения о суммах страховых взносов, уплаченных за него работодателем в Пенсионный фонд Российской Федерации за период с 1 января 1997 года по 1 января 2002 года, и производить конвертацию пенсионных прав с учетом страховых взносов за указанный период, чем нарушает его конституционные права.