Судебная практика по ТК РФ

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 20, 36 Федерального закона от 29.11.2010 N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", статьей 306.4 Бюджетного кодекса Российской Федерации, пунктами 156, 158 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 28.02.2011 N 158н, разделом XVI Территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов, утвержденной постановлением Правительства Ямало-Ненецкого автономного округа от 23.12.2016 N 1213-П, пунктом 4.1 Типового договора на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.12.2012 N 1355н, суды пришли к выводу о доказанности факта нецелевого использования обществом средств обязательного медицинского страхования в виде необоснованного возмещения за счет средств ОМС расходов на аренду мобильного диагностического комплекса по договору аренды от 16.05.2017, а также расходов на аренду жилого помещения по договору аренды от 01.01.2017 N 1.

Заместитель прокурора Магаданской области обратился в суд с административным исковым заявлением о признании не действующим со дня принятия указанного нормативного правового акта ввиду его несоответствия положениям подпункта 1 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 6 октября 1999 года N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации", части 2 статьи 50, статьи 57 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 79-ФЗ), закону Магаданской области от 9 февраля 2005 года N 553-ОЗ "О государственной гражданской службе Магаданской области", частям 1 и 2 статьи 2 Областного закона от 23 декабря 2005 года.

Удовлетворяя административный иск, суд первой инстанции пришел к выводу, что положенные в основу оспариваемого решения Комиссии отчеты об оценке определения рыночной стоимости земельных участков не соответствуют требованиям Федерального закона от 29 июля 1998 г. N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" (далее также - Закон об оценочной деятельности) и распоряжению Министерства имущественных отношений Российской Федерации от 6 марта 2002 г. N 568-р "Об утверждении методических рекомендаций по определению рыночной стоимости земельных участков". Кроме того, суд, руководствуясь статьей 18 Федерального закона от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе" (далее также - Закон о государственной гражданской службе), Указом Президента Российской Федерации от 12 августа 2002 г. N 885 "Об утверждении общих принципов служебного поведения государственных служащих", отметил, что оспариваемое решение Комиссии, членом которой являлась начальник отдела реестра государственной собственности Министерства Максимова М.И., принятое по результатам рассмотрения заявления Министерства об изменении кадастровой стоимости земельных участков, основанное только на отчетах об определении рыночной стоимости данных объектов недвижимого имущества, заказчиком которых также являлась Максимова М.И., не может расцениваться как законное и обоснованное.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и руководствуясь положениями частей 12 и 13 статьи 21 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", исходили из того, что пенсионным законодательством не предусмотрена возможность изменения порядка доставки страховой пенсии гражданину, признанному банкротом, по требованию его финансового управляющего.

Разрешая исковые требования Сайфуллина Д.Р. о взыскании с Министерства обороны Российской Федерации компенсации морального вреда, суд первой инстанции, сославшись на положения статьи 16 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих", статей 151, 1064, 1084, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснения, данные в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", указал, что Министерством обороны Российской Федерации, являющимся надлежащим ответчиком по настоящему делу, обязанным доказать отсутствие вины должностных лиц войсковой части 31612 в причинении вреда здоровью Сайфуллину Д.Р., не представлено доказательств отсутствия такой вины. В то же время заключением от 11 сентября 2015 г. по материалам расследования, проведенного врио начальника 1 учебного центра войсковой части 31612, подтверждено причинение истцу при исполнении им обязанностей военной службы тяжкого вреда здоровью по вине должностных лиц войсковой части 31612, не обеспечивших надлежащие условия прохождения военной службы.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования Москвитина А.А. о признании трудовыми отношений, возникших в период с 13 ноября 2017 г. по 12 февраля 2018 г. между ним и ООО "Оптимастрой", и взыскании с работодателя ООО "Оптимастрой" заработной платы, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 16, 19.1, 67 Трудового кодекса Российской Федерации и исходил из того, что ответчиком (ООО "Оптимастрой") был фактически осуществлен допуск работника Москвитина А.А. к выполнению трудовой функции кровельщика, Москвитин А.А. приступил к работе на объекте с ведома и по поручению работодателя, вследствие чего суд первой инстанции пришел к выводу о том, что Москвитин А.А. состоял с ответчиком в трудовых отношениях, которые не были оформлены работодателем ООО "Оптимастрой" в установленном законом порядке. При этом суд первой инстанции указал, что на работодателя законом возложена обязанность оформления трудовых отношений с работником и ненадлежащее выполнение работодателем этой обязанности не может являться основанием для отказа в защите нарушенных трудовых прав работника. Представленный ООО "Оптимастрой" договор подряда от 30 октября 2017 г. N 4 суд первой инстанции не принял в качестве доказательства позиции ответчика о том, что Москвитин А.А. не работал по трудовому договору на объекте - в детском саде по адресу: ст. Новопокровская, ул. Советская, д. 155, поскольку данный договор заключен с другим физическим лицом - Ярмаркиным В.А. - на выполнение работ на объекте, расположенном по иному адресу, а именно: г. Усть-Лабинск, ул. Октябрьская, д. 84.

Удовлетворяя исковые требования, суды руководствовались положениями статей 15, 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 85 Бюджетного кодекса Российской Федерации, статей 9, 12, 26 Федерального закона от 12.01.1996 N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" (далее - Закон о погребении), пунктом 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2006 N 23 "О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации", позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 25.10.2016 N 2367-О, Законом Иркутской области от 11.12.2013 N 113-ОЗ (в редакции от 12.12.2014) "Об областном бюджете на 2014 год и плановый период 2015 и 2016 годов" (далее - Закон об областном бюджете).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о соответствии оспариваемой нормы федеральному законодательству, указав, что она принята во исполнение Указа от 7 мая 2012 года N 606 и Указа Президента Российской Федерации от 5 мая 1992 года N 431 "О мерах по социальной поддержке многодетных семей", которыми урегулированы вопросы предоставления многодетным семьям мер социальной поддержки. Сославшись на отсутствие в федеральном законодательстве определения понятия многодетной семьи, сделал заключение о праве субъектов Российской Федерации самостоятельно определить критерии отнесения семей к числу многодетных с учетом национальных и культурных особенностей социально-экономического и географического развития региона.

Рассматривая спор, суды руководствовались статьями 20.3, 94, 99, 131 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 50 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статьей 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402 "О бухгалтерском учете" и исходили из недоказанности передачи названных документов временному управляющему и обязанности Авсюкова В.А. как руководителя должника по их передаче.

Рассматривая спор, суды руководствовались статьями 9, 10, 33 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 15, 56, 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 4, 5 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", статьями 33, 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и исходили из доказанности нарушения Одинцовым А.А. обязанности по своевременному обращению в суд с заявлением должника, а также по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника.

Оценив представленные доказательства, руководствуясь статьями 229.1, 229.2, 229.4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2016 N 62 "О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о приказном производстве", статьей 17 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования", суды, в том числе, пришли к выводу об отсутствии оснований для признания доказательств, представленных фондом, бесспорными и достаточными для вынесения судебного приказа о взыскании с общества спорной финансовой санкции.

В соответствии со статьей 19.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях привлечение работодателем либо заказчиком работ (услуг) к трудовой деятельности на условиях трудового договора либо к выполнению работ или оказанию услуг на условиях гражданско-правового договора государственного или муниципального служащего, замещающего должность, включенную в перечень, установленный нормативными правовыми актами, либо бывшего государственного или муниципального служащего, замещавшего такую должность, с нарушением требований, предусмотренных Федеральным законом от 25 декабря 2008 г. N 273-ФЗ "О противодействии коррупции" (далее - Закон о противодействии коррупции), влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от двух тысяч до четырех тысяч рублей; на должностных лиц - от двадцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на юридических лиц - от ста тысяч до пятисот тысяч рублей.

Признавая правомерным решение фонда, суд апелляционной инстанции указал, что предусмотренное частью 2 статьи 11.1 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" право лиц на получение пособия по уходу за ребенком компенсирует заработок, утраченный из-за неполного рабочего времени, сокращение которого вызвано необходимостью в оставшееся рабочее время продолжать осуществлять уход за ребенком. Однако, незначительное сокращение рабочего времени не может расцениваться как мера, необходимая для продолжения осуществления ухода за ребенком, повлекшая утрату заработка. В такой ситуации, пособие по уходу за ребенком уже не является компенсацией утраченного заработка, а приобретает характер дополнительного материального стимулирования работника. Выплата пособия при минимальном сокращении продолжительности рабочего дня противоречит целям установления и назначения самого пособия. Выплаты обществом страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, произведенные в пользу работников, осуществляющим трудовую деятельность на условиях неполного рабочего времени при минимальном сокращении продолжительности рабочего дня менее чем на 1 час, фактически являются мерами дополнительного материального стимулирования работника, не свидетельствуют о наступлении страхового случая и подлежат включению в базу для начисления страховых взносов.

Как следует из судебных актов, решением пенсионного фонда от 22.12.2017 N 019S12170000417 общество привлечено к ответственности, предусмотренной абзацем 3 статьи 17 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 27-ФЗ), в виде штрафа в размере 19 038 рублей 64 копеек за представление недостоверных сведений в отношении застрахованных лиц, предусмотренных пунктом 2 статьи 11 Федерального закона N 27-ФЗ.

1. Гражданка Т.А. Левинова оспаривает конституционность следующих положений Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации":

части 11 статьи 56 в первоначальной редакции, согласно которой сотруднику органов внутренних дел, увольняемому со службы в органах внутренних дел по основанию, предусмотренному частью 1, пунктом 1, 2, 3, 4, 8, 9, 11, 13, 16, 17, 18, 19 или 21 части 2 либо пунктом 6, 11 или 12 части 3 статьи 82 данного Федерального закона, по его желанию предоставляются предусмотренные законодательством Российской Федерации отпуска;

Статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить:

обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда;

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 53, 80 Земельного кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 3 Федерального закона от 25.10.2001 N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", суд установил, что спорные земельные участки с кадастровыми номерами 59:24:37301014595, 59:24:3830101:4605 сформированы из земель фонда перераспределения Шадейского сельского поселения в связи с отказом в 2011 году правопредшественника истца от права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком общей площадью 211336500 кв. м с кадастровым номером 59:24:0000000:106, удостоверенного свидетельством на право бессрочного (постоянного) пользования землей от 31.03.1999 N 173, в результате чего большая часть земельных участков, образованных из указанного земельного участка была приобретена правопредшественником истца в собственность и в аренду, а остальная часть земельных участков, в числе которых и спорные земельные участки - передана в фонд перераспределения земель; требования действующего законодательства при предоставлении спорных земельных участков в аренду предпринимателю соблюдены, и, учитывая, что истец не обладает правом постоянного (бессрочного) пользования этими земельными участками и не заявлял о намерении участвовать в соответствующих конкурентных процедурах, пришел к выводу, что истец не является заинтересованным лицом по смыслу статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по предъявленным требованиям, что исключает удовлетворение настоящего иска.