Судебная практика по ТК РФ

В соответствии со статьей 19.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях привлечение работодателем либо заказчиком работ (услуг) к трудовой деятельности на условиях трудового договора либо к выполнению работ или оказанию услуг на условиях гражданско-правового договора государственного или муниципального служащего, замещающего должность, включенную в перечень, установленный нормативными правовыми актами, либо бывшего государственного или муниципального служащего, замещавшего такую должность, с нарушением требований, предусмотренных Федеральным законом от 25 декабря 2008 г. N 273-ФЗ "О противодействии коррупции" (далее - Закон о противодействии коррупции), влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от двух тысяч до четырех тысяч рублей; на должностных лиц - от двадцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на юридических лиц - от ста тысяч до пятисот тысяч рублей.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 424, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 части 3 и частью 4 статьи 39.7, пунктом 2 статьи 49 Земельного кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 3 Федерального закона от 25.10.2001 N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", пунктом 5 постановления Правительства Российской Федерации от 16.07.2009 N 582, пунктами 1.5.3, 1.10, 2.1.1 Порядка расчета арендной платы за земельные участки, государственная собственность на которые не разграничена, и земельные участки, находящиеся в собственности Волгоградской области, предоставленные в аренду без торгов, утвержденного постановлением Администрации Волгоградской области от 22.08.2011 N 469-п (в редакции постановления администрации Волгоградской области от 18.03.2016 N 113-п), статьей 3 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Перечнем имущества, относящегося к железнодорожным путям общего пользования, федеральным автомобильным дорогам общего пользования, магистральным трубопроводам, линиям энергопередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью указанных объектов, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004 N 504, признал, что спорный земельный участок относится к числу земельных участков, занятых линейными объектами, является объектом энергетической системы регионального значения и объектом системы электроснабжения регионального значения пришел к выводу, что при расчете годовой арендной платы за указанный земельный участок, комитет должен был руководствоваться приказом Минэкономразвития от 22.09.2011 N 507, а значение коэффициента вида функционального использования земельного участка для земель под электростанциями, обслуживающими их сооружениями и объектами приравнивается к 0,015, в связи с чем взыскал с общества задолженность по арендной плате в сумме 780,62 руб.

Признавая недействительным оспариваемое решение пенсионного фонда, суды первой и апелляционной инстанций исходили из отсутствия у предприятия оснований для применения предусмотренных статьей 58.3 Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования" (далее - Закон N 212-ФЗ) дополнительных тарифов страховых взносов в отношении выплат, произведенных работнику, занятому неполный рабочий день (менее 80% рабочего времени ежедневно) на видах работ, указанных в подпунктах 2 - 18 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17.12.2001 N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (далее - Закон N 173-ФЗ), а с 01.01.2015 - в пунктах 2 - 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" (далее - Закон N 400-ФЗ).

Суд кассационной инстанции не согласился с указанными выводами судов и отменил решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, отказав обществу в удовлетворении заявленных требований. При этом, учитывая установленные судами первой и апелляционной инстанции фактические обстоятельства дела, суд кассационной инстанции указал, что согласно действующей с 01.01.2017 редакции пункта 13 Правил отнесения видов экономической деятельности к классу профессионального риска, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 01.12.2005 N 713, и действующей с 26.02.2017 редакции пункта 5 Порядка N 55 в случае непредставления страхователем в срок до 15 апреля предусмотренных пунктом 3 Порядка N 55 документов, подтверждающих основной вид экономической деятельности, фонд относит в соответствующем году данного страхователя к имеющему наиболее высокий класс профессионального риска виду экономической деятельности в соответствии с кодами по ОКВЭД, указанными в отношении этого страхователя в ЕГРЮЛ, и в срок до 1 мая уведомляет страхователя об установленном с начала текущего года размере страхового тарифа, соответствующем этому классу профессионального риска. Таким образом, у фонда отсутствует обязанность устанавливать именно фактически осуществляемый страхователем вид экономической деятельности с наиболее высоким классом профессионального риска.

Исследовав обстоятельства дела в соответствии со статьями 65, 198, 200, 201, 329 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 45, 78 Налогового кодекса Российской Федерации, статьями 12, 30, 112 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", суд кассационной инстанции пришел к выводу о несоответствии данного постановления требованиям действующего законодательства.

Решением судьи Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 30 ноября 2016 г. N 12-1659/2016 постановление должностного лица от 10 октября 2016 г. N 8-ПП/2016-4/135/172/70/14 изменено, из него исключены выводы о нарушении ГПОУ "СТТТ" требований статьи 117 Трудового кодекса Российской Федерации в отношении работников Т. и О. за 2014 - 2016 гг., производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 5.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, прекращено на основании статьи 2.9 названного Кодекса в связи с малозначительностью совершенного административного правонарушения, с объявлением устного замечания (т. 1, л.д. 97 - 100).

Основанием для принятия пенсионным фондом оспариваемого решения послужил вывод о наличии у общества обязанности начислять и уплачивать дополнительные тарифы страховых взносов, предусмотренные статьей 58.3 Закона N 212-ФЗ в отношении выплат, произведенных работникам общества, занятым на видах работ, указанных в подпунктах 2 - 18 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17.12.2001 N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (далее - Закон N 173-ФЗ), а с 01.01.2015 - в пунктах 2 - 18 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" (далее - Закон N 400-ФЗ).

Довод Лесовских М.В. в апелляционной жалобе о том, что суд первой инстанции, не приняв во внимание предписания статьи 7 Федерального закона от 10 января 1996 г. N 6-ФЗ "О дополнительных гарантиях социальной защиты судей и работников аппаратов судов Российской Федерации" (далее - Закон о дополнительных гарантиях социальной защиты судей), неправильно определил стаж ее работы в должности судьи в размере 12 лет, в то время как в действительности он составляет 18,5 года, ошибочен.

Общие принципы, содержание и меры социальной поддержки детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, установлены Федеральным законом от 21 декабря 1996 года N 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей".

В обоснование своих требований заявители сослались на противоречие оспариваемых норм части 7 статьи 8 Федерального закона от 25 декабря 2008 года N 273-ФЗ "О противодействии коррупции", Указу Президента Российской Федерации от 21 сентября 2009 года N 1065 "О проверке достоверности и полноты сведений, представляемых гражданами, претендующими на замещение должностей федеральной государственной службы и федеральными государственными служащими, и соблюдения федеральными государственными служащими требований к служебному поведению", Указу Президента Российской Федерации от 15 июля 2015 года N 364 "О мерах по совершенствованию организации деятельности в области противодействия коррупции".

Разрешая спор и изменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, суд округа руководствовался положениями статей 18, 24, 25, 26, 33.2, 36.13, 36.14, 36.23 Федерального закона от 07.05.1998 N 75-ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах", статьи 5 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", Федерального закона от 24.07.2002 N 111-ФЗ "Об инвестировании средств для финансирования накопительной части трудовой пенсии в Российской Федерации" и исходил из того, что в предмет рассмотрения по настоящему спору вопрос об источниках выплат не входил, в связи с чем указал лишь на взыскание денежных средств в обозначенном размере с ответчика.

Как следует из судебных актов, оспоренным решением управления общество привлечено к ответственности на основании абзаца 3 статьи 17 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" (далее - Федеральный закон N 27-ФЗ) в виде 696 500 рублей штрафа по факту представления дополняющих форм СЗВ-М в отношении застрахованных лиц за февраль 2017 года за пределами срока, установленного пунктом 2.2 статьи 11 Федерального закона N 27-ФЗ.

Как следует из судебных актов и материалов дела, пенсионным фондом проведена проверка правильности заполнения, полноты и своевременности представления сведений индивидуального (персонифицированного) учета, предусмотренных пунктом 2.2 статьи 11 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" (далее - Федеральный закон N 27-ФЗ).

Удовлетворяя иск, суды руководствовались статьями 15, 16, 1069, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 51, 52, 57, 58 Жилищного кодекса Российской Федерации, статьей 84 Бюджетного кодекса Российской Федерации, подпунктом 24 части 2 статьи 26.3 Федерального закона от 16.10.1999 N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации", статьей 17 Федерального закона от 24.11.1995 N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации", статьями 14, 50 Федерального закона от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", учитывали позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016.

В обоснование требований Сапралиев С.Р. ссылался на то, что он проходил службу в органах внутренних дел Республики Ингушетия на различных должностях, в период прохождения службы он принимал участие в выполнении задач в зоне вооруженного конфликта, в связи с чем 13 января 2006 г. ему было выдано удостоверение ветерана боевых действий, дающее право на получение льгот, установленных пунктом 1 статьи 16 Федерального закона от 12 января 1995 г. N 5-ФЗ "О ветеранах", и с этого времени ему выплачивалась ежемесячная денежная выплата как ветерану боевых действий.