КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 сентября 2024 г. N 2186-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
БИКБАЕВА ИРЕКА НУРИСЛАМОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОЛОЖЕНИЯМИ СТАТЕЙ 76 И 392 ТРУДОВОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, А ТАКЖЕ РЯДА
ФЕДЕРАЛЬНЫХ ЗАКОНОВ И ПОДЗАКОННЫХ НОРМАТИВНЫХ ПРАВОВЫХ АКТОВ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина И.Н. Бикбаева к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин И.Н. Бикбаев в своем требовании, обращенном к Конституционному Суду Российской Федерации, оспаривает конституционность следующих законоположений и нормативных правовых актов:
абзацев седьмого и восьмого части первой статьи 76 "Отстранение от работы" (в редакции Федерального закона от 2 июля 2021 года N 311-ФЗ - абзацы восьмой и девятый); частей первой, второй и пятой статьи 392 "Сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора" (в жалобе названы пунктами 1, 2 и 5 данной статьи) Трудового кодекса Российской Федерации;
статьи 202 "Приостановление течения срока исковой давности" ГК Российской Федерации;
частей 1, 6 и 7 статьи 219 "Срок обращения с административным исковым заявлением в суд" (в жалобе названы пунктами данной статьи) КАС Российской Федерации;
части 1 статьи 12 "Сроки рассмотрения письменного обращения" (в жалобе названа пунктом 1 данной статьи) Федерального закона от 2 мая 2006 года N 59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации";
статьи 10 "Рассмотрение и разрешение в органах прокуратуры заявлений, жалоб и иных обращений" Федерального закона от 17 января 1992 года N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации";
подпункта 6 пункта 1 статьи 51 "Полномочия главных государственных санитарных врачей и их заместителей" Федерального закона от 30 марта 1999 года N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения";
абзацев четвертого и пятого пункта 2 статьи 5 "Права и обязанности граждан при осуществлении иммунопрофилактики" (в жалобе названы подпунктами 3 и 4 данного пункта) Федерального закона от 17 сентября 1998 года N 157-ФЗ "Об иммунопрофилактике инфекционных болезней";
Постановления Правительства Российской Федерации от 15 июля 1999 года N 825 "Об утверждении перечня работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями и требует обязательного проведения профилактических прививок";
Постановления Правительства Российской Федерации от 30 июня 2004 года N 322 "Об утверждении Положения о Федеральной службе по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека";
Постановления Правительства Российской Федерации от 19 июня 2012 года N 608 "Об утверждении Положения о Министерстве здравоохранения Российской Федерации".
Как следует из представленных материалов, в связи с продолжающейся угрозой распространения COVID-19 среди населения Республики Татарстан постановлением главного государственного санитарного врача по Республике Татарстан от 11 октября 2021 года N 7 была предусмотрена обязательная вакцинация по эпидемическим показаниям ряда категорий граждан, в частности работающих в организациях жилищно-коммунального хозяйства и энергетики.
Заявитель, относящийся к данной категории работников, отказался от проводимой в соответствии с названным постановлением обязательной вакцинации, после чего был отстранен от работы без сохранения заработной платы. Суды общей юрисдикции подтвердили правомерность отстранения И.Н. Бикбаева от работы, указав также на пропуск им срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
По мнению заявителя, оспариваемые законоположения и нормативные правовые акты вступают в противоречие со статьями 2, 4 (часть 2), 6, 7, 15, 17, 18, 21, 22 (часть 1), 34 (часть 1), 37 (части 1 и 3), 39 (часть 2), 45, 46 (часть 1), 50 (часть 2), 55, 120 и 123 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, они позволяют работодателям отстранять от работы работников, не прошедших вакцинацию от новой коронавирусной инфекции, несмотря на то, что выполняемые ими работы не входят в Перечень работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями и требует обязательного проведения профилактических прививок (утвержден Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 июля 1999 года N 825), а применяемая в этих целях вакцина на момент возникновения спорных правоотношений не прошла полный цикл клинических испытаний, и тем самым нарушают конституционные права граждан на труд и его оплату не ниже минимального размера, а также препятствуют судебной защите нарушенных прав, исключая возможность приостановления течения срока исковой давности в связи с обращением гражданина к работодателю и в органы прокуратуры.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Оспариваемые И.Н. Бикбаевым положения части первой статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которым работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника по требованию органов или должностных лиц, уполномоченных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также в других случаях, предусмотренных данным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, непосредственно не устанавливают основания для отстранения работника от работы, действуют в системной связи с соответствующими нормами данного Кодекса, других федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, в том числе регулирующих отношения в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения и иммунопрофилактики инфекционных заболеваний.
Федеральный закон "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" закрепляет обязанность граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц в соответствии с осуществляемой ими деятельностью выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц (абзацы первый и второй статьи 10, абзацы первый и второй статьи 11). К числу обязательных для выполнения постановлений относятся, в частности, выдаваемые главными государственными санитарными врачами и их заместителями при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний, представляющих опасность для окружающих, мотивированные постановления о проведении профилактических прививок гражданам или отдельным группам граждан по эпидемическим показаниям (абзац пятый подпункта 6 пункта 1 статьи 51), т.е. при угрозе возникновения и распространения инфекционных болезней. При этом Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 января 2020 года N 66 к числу инфекционных заболеваний, представляющих опасность для окружающих, отнесена коронавирусная инфекция (2019-nCoV).
Предусмотренные абзацами первым и четвертым пункта 2 статьи 5 Федерального закона "Об иммунопрофилактике инфекционных болезней" правовые последствия отсутствия профилактических прививок в виде отстранения от работы граждан, занятых на работах, которые включены в перечень, утвержденный Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 июля 1999 года N 825 в соответствии с абзацем пятым названного пункта, и выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями, установлены исходя из необходимости сохранения здоровья таких категорий работников в процессе трудовой деятельности, а также обеспечения здоровья и безопасности других лиц.
Следовательно, взаимосвязанные положения части первой статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации, абзаца пятого подпункта 6 пункта 1 статьи 51 Федерального закона "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", абзацев первого, четвертого и пятого пункта 2 статьи 5 Федерального закона "Об иммунопрофилактике инфекционных болезней" и Постановления Правительства Российской Федерации от 15 июля 1999 года N 825 выступают элементами правового механизма, направленного на предотвращение и устранение возникающих в связи с эпидемическими заболеваниями рисков для жизни и здоровья граждан, и не могут расцениваться как нарушающие их конституционные права.
Отсутствуют основания также для вывода о нарушении конституционных прав заявителя частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку предусмотренный ею трехмесячный срок для обращения в суд выступает в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, направлен на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника и является достаточным для обращения в суд.
При этом своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника. Лицам, не реализовавшим по уважительным причинам свое право на обращение в суд в срок, установленный частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, часть пятая указанной статьи предоставляет возможность восстановить этот срок в судебном порядке. Оценивая обоснованность требований и устанавливая дату начала течения срока обращения в суд, суд действует не произвольно, а проверяет и учитывает всю совокупность обстоятельств конкретного дела, в том числе обстоятельства, не позволившие истцу своевременно обратиться в суд.
Что касается иных оспариваемых заявителем законоположений и нормативных правовых актов (включая часть вторую статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации; статью 202 ГК Российской Федерации; части 1, 6 и 7 статьи 219 КАС Российской Федерации; абзацы первый - четвертый и шестой подпункта 6 пункта 1 статьи 51 Федерального закона "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения"; часть 1 статьи 12 Федерального закона "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации"; статью 10 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации", а также постановления Правительства Российской Федерации от 30 июня 2004 года N 322 и от 19 июня 2012 года N 608), то их применение судом в деле И.Н. Бикбаева представленными документами не подтверждается.
Следовательно, данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному Федеральным конституционным законом "О Конституционном Суде Российской Федерации", не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бикбаева Ирека Нурисламовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН