КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 июня 2024 г. N 1606-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ОСТРОВЕРХОВА ЕВГЕНИЯ АНДРЕЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 3 ПРАВИЛ ФОРМИРОВАНИЯ СПИСКА
ДЕТЕЙ-СИРОТ И ДЕТЕЙ, ОСТАВШИХСЯ БЕЗ ПОПЕЧЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ, ЛИЦ
ИЗ ЧИСЛА ДЕТЕЙ-СИРОТ И ДЕТЕЙ, ОСТАВШИХСЯ БЕЗ ПОПЕЧЕНИЯ
РОДИТЕЛЕЙ, ЛИЦ, КОТОРЫЕ ОТНОСИЛИСЬ К КАТЕГОРИИ ДЕТЕЙ-СИРОТ
И ДЕТЕЙ, ОСТАВШИХСЯ БЕЗ ПОПЕЧЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ, ЛИЦ ИЗ ЧИСЛА
ДЕТЕЙ-СИРОТ И ДЕТЕЙ, ОСТАВШИХСЯ БЕЗ ПОПЕЧЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ,
И ДОСТИГЛИ ВОЗРАСТА 23 ЛЕТ, КОТОРЫЕ ПОДЛЕЖАТ ОБЕСПЕЧЕНИЮ
ЖИЛЫМИ ПОМЕЩЕНИЯМИ, ИСКЛЮЧЕНИЯ ДЕТЕЙ-СИРОТ И ДЕТЕЙ,
ОСТАВШИХСЯ БЕЗ ПОПЕЧЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ, ЛИЦ ИЗ ЧИСЛА ДЕТЕЙ-СИРОТ
И ДЕТЕЙ, ОСТАВШИХСЯ БЕЗ ПОПЕЧЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ, ИЗ УКАЗАННОГО
СПИСКА В СУБЪЕКТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО ПРЕЖНЕМУ МЕСТУ
ЖИТЕЛЬСТВА И ВКЛЮЧЕНИЯ ИХ В СПИСОК В СУБЪЕКТЕ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО НОВОМУ МЕСТУ ЖИТЕЛЬСТВА
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Е.А. Островерхова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин Е.А. Островерхов оспаривает конституционность пункта 3 Правил формирования списка детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями, исключения детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, из указанного списка в субъекте Российской Федерации по прежнему месту жительства и включения их в список в субъекте Российской Федерации по новому месту жительства, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 апреля 2019 года N 397 (далее - Правила).
Из представленных материалов следует, что решением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, заявителю отказано в удовлетворении требований о признании незаконным отказа органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации включить его в список детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, подлежащих обеспечению жилыми помещениями (далее - список).
По мнению заявителя, пункт 3 Правил не соответствует статьям 17 (часть 3) и 40 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой его положения в системе действующего правового регулирования, по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, предоставляют уполномоченному на формирование списка органу ничем не ограниченное право произвольно отказывать во включении в список лицам, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, но до достижения указанного возраста в соответствующий список включены не были.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Положения пункта 3 Правил применяются во взаимосвязи с нормами Федерального закона от 21 декабря 1996 года N 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей", в частности абзацем четвертым пункта 1 его статьи 1, определяющим лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, как лиц в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей. Тем самым законодатель, в дополнение к государственной поддержке детей, т.е. лиц, не достигших 18 лет (пункт 1 статьи 54 Семейного кодекса Российской Федерации), лишившихся или ограниченных в возможности иметь содержание от своих родителей и нуждающихся по этой причине в социальной защите, распространил действие упомянутого Федерального закона на лиц, достигших возраста 18 лет, и предоставил им право пользоваться соответствующими мерами социальной поддержки до достижения возраста 23 лет, обеспечив тем самым единообразный подход к определению оснований социальной защиты таких граждан.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что такое правовое регулирование осуществлено в интересах указанных лиц с целью предоставления им дополнительной социальной поддержки с учетом имевшегося у них ранее статуса детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права граждан (определения от 26 мая 2016 года N 1037-О, от 18 июля 2017 года N 1650-О, от 26 ноября 2018 года N 2985-О, от 25 июня 2019 года N 1642-О и др.).
При этом оспариваемая норма подлежит применению с учетом разъяснений, содержащихся в обзорах практики рассмотрения судами дел, связанных с обеспечением названных лиц жилыми помещениями (утверждены Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 ноября 2013 года и 23 декабря 2020 года), о возможности обеспечения жилыми помещениями лиц, не вставших (не поставленных) на учет до достижения возраста 23 лет по причинам, признанным судом уважительными, имеет целью защиту прав и интересов указанных лиц, закрепляет условия обеспечения их благоустроенными жилыми помещениями специализированного жилищного фонда и сохранения за ними права на однократное предоставление такого жилого помещения.
Таким образом, пункт 3 Правил направлен на обеспечение адресности социальной защиты упомянутых лиц и достижение баланса частных и публичных интересов, в силу чего не может расцениваться как нарушающий указанные в жалобе конституционные права заявителя, в деле с участием которого суды исходили из того, что доказательств наличия причин, препятствовавших Е.А. Островерхову обратиться с заявлением о включении его в список, не представлено, соответствующее обращение было подано заявителем спустя длительный срок с момента достижения им возраста 23 лет.
Установление же и оценка фактических обстоятельств, на что, по существу, направлены доводы Е.А. Островерхова, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относятся.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Островерхова Евгения Андреевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН