ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 4 августа 2015 г. N 26-КГ15-21
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Кликушина А.А.,
судей Вавилычевой Т.Ю. и Назаренко Т.Н.
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по заявлению Мусиева М.Б. и Мусиевой Л.Х. об установлении факта нахождения на иждивении,
по кассационной жалобе представителя Министерства внутренних дел по Республике Ингушетия Точиева М.А. на решение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 30 июня 2014 г. и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия от 18 сентября 2014 г.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Вавилычевой Т.Ю., объяснения представителей Министерства внутренних дел по Республике Ингушетия Коригова М.А., Чибилевой Л.А., поддержавших доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
Мусиев М.Б. и Мусиева Л.Х. обратились в суд с заявлением об установлении факта нахождения на иждивении сына Мусиева И.М., погибшего в 2002 году при исполнении служебных обязанностей.
В обоснование заявленных требований указали, что, проживая вместе с сыном, находились на полном его иждивении. Установление данного факта необходимо им для приобретения права на получение выплат на ремонт жилого дома.
Решением Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 30 июня 2014 г. заявленные требования удовлетворены.
Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия от 18 сентября 2014 г. указанное решение суда оставлено без изменения.
В кассационной жалобе представитель МВД по Республике Ингушетия Точиев М.А. ставит вопрос об отмене указанных выше судебных постановлений ввиду существенного нарушения норм материального права.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Вавилычевой Т.Ю. от 1 июля 2015 г. кассационная жалоба заявителя с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются предусмотренные статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены обжалуемых судебных постановлений.
Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Такие нарушения норм материального права были допущены судами первой и апелляционной инстанций.
Устанавливая факт нахождения Мусиева М.Б. и Мусиевой Л.Х. на иждивении сына Мусиева И.М., суд исходил из показаний свидетелей М. и М. согласно которым заявители проживали совместно с сыном и находились на его иждивении.
Оставляя решение суда без изменения, судебная коллегия указала на то, что согласно справке о размере денежного довольствия на момент гибели Мусиева И.М. его денежное довольствие составляло < ... > руб. < ... > коп., Мусиева Л.Х. являлась получателем социальной пенсии в размере < ... > руб. < ... > коп., а Мусиев М.Б. получал пособие по безработице.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что судебные постановления приняты с нарушением норм материального права и согласиться с ними нельзя по следующим основаниям.
Как установлено судом и следует из материалов дела, сын заявителей Мусиев И.М. погиб при исполнении служебных обязанностей 20 декабря 2002 г.
Мусиев И.М. проживал совместно с родителями - Мусиевым М.Б. и Мусиевой Л.Х. по адресу: < ... > (л.д. 8, 12 - 14).
Согласно части 1 и пункта 2 части 2 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций. Суд рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении.
В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 10 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" члены семьи сотрудника, погибшего (умершего) вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в органах внутренних дел, имеют право на получение денежных компенсаций расходов на оплату ремонта принадлежащего им индивидуального жилого дома.
Как следует из подпункта "д" пункта 3 Правил обеспечения проведения ремонта индивидуальных жилых домов, принадлежащих членам семей военнослужащих и сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации, потерявших кормильца, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 мая 2006 г. N 313, к членам семей погибших (умерших) военнослужащих относятся лица, находившиеся на иждивении погибшего (умершего) военнослужащего.
В силу пункта 4 части 2 статьи 1 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" членами семьи сотрудника и гражданина Российской Федерации, уволенного со службы в органах внутренних дел, и лицами, находящимися (находившимися) на их иждивении считаются лица, находящиеся (находившиеся) на полном содержании сотрудника (гражданина Российской Федерации, уволенного со службы в органах внутренних дел) или получающие (получавшие) от него помощь, которая является (являлась) для них постоянным и основным источником средств к существованию, а также иные лица, признанные иждивенцами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
Частью 2 статьи 179 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что иждивенцами признаются нетрудоспособные члены семьи, находящиеся на полном содержании работника или получающие от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию.
Таким образом, для признания лиц находившимися на иждивении в целях получения предусмотренных статьей 10 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" компенсационных выплат необходимо установление одновременно наличия следующих условий: нетрудоспособности лица, постоянности источника средств к существованию и установления факта того, что такой источник является основным для существования лица. Отсутствие одного из указанных условий исключает возможность признания лица иждивенцем.
При определении круга лиц, относящихся к нетрудоспособным, следует руководствоваться пунктом "б" части 3 статьи 29 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей", согласно которому нетрудоспособными членами семьи считаются отец, мать и супруг, если они достигли возраста: мужчины - 60 лет, женщины - 55 лет, либо являются инвалидами.
Между тем, предусмотренные законом условия, необходимые для признания заявителей находившимися на иждивении умершего, отсутствует.
Из материалов дела следует, что на момент смерти Мусиева И.М. (20 декабря 2002 г.) его отец Мусиев М.Б., < ... > года рождения, и его мать Мусиева Л.Х., < ... > года рождения пенсионного возраста для назначения пенсии по старости не достигли, являлись трудоспособными, каких-либо документов об инвалидности заявителей на указанную дату в материалах дела не имеется.
То обстоятельство, что Мусиев М.Б. получает пособие по безработице, на что сослался суд первой инстанции, доказательством, подтверждающим доводы заявителя о нахождении на иждивении сына, не является.
Доказательств, свидетельствующих о том, что Мусиев И.М., исходя из численного состава своей семьи, оказывал родителям такую материальную помощь, которая была бы для них постоянным и основным источником средств к существованию, в материалах дела не имеется.
При таких обстоятельствах вывод суда о нахождении заявителей на иждивении сына Мусиева И.М. нельзя признать основанным на положениях действующего законодательства, регулирующего данные правоотношения.
Судебная коллегия находит, что допущенные судами первой и второй инстанций нарушения норм материального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, в связи с чем судебные постановления подлежат отмене.
Поскольку по делу установлены обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения заявления, однако судом допущена ошибка в применении норм материального права, Судебная коллегия полагает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении заявления отказать.
Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
определила:
решение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 30 июня 2014 г. и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Ингушетия от 18 сентября 2014 г. отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении заявления Мусиева М.Б. и Мусиевой Л.Х. об установлении факта нахождения на иждивении отказать.