ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 3 октября 2016 г. N 44-КГ16-15
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Пчелинцевой Л.М.,
судей Вавилычевой Т.Ю. и Фролкиной С.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании 3 октября 2016 г. гражданское дело по заявлению прокурора Частинского района Пермского края в интересах Казанцевой Г.Н. к Государственному учреждению - Пермскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации об обязании обеспечить инвалида техническими средствами реабилитации по кассационной жалобе управляющего Государственным учреждением - Пермским региональным отделением Фонда социального страхования Российской Федерации Токаревой Г.И. на решение Свердловского районного суда г. Перми от 27 июля 2015 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 21 октября 2015 г., которыми исковые требования удовлетворены.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Вавилычевой Т.Ю., объяснения представителей Государственного учреждения - Пермского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации Маслаковой О.Ю., Митиревой Е.В., поддержавших доводы кассационной жалобы,
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
прокурор Частинского района Пермского края обратился в суд с заявлением в интересах Казанцевой Г.Н. к Государственному учреждению - Пермскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации (далее - ГУ - Пермское региональное отделение ФСС РФ) об обязании обеспечить инвалида техническими средствами реабилитации.
В обоснование заявленных требований прокурор указал, что Казанцева Г.Н., < ... > года рождения, является инвалидом I группы по общему заболеванию бессрочно и в соответствии с индивидуальной программой реабилитации от 26 ноября 2008 г. нуждается в обеспечении техническими средствами реабилитации, в том числе подгузниками для взрослых в количестве 2 шт. в сутки.
5 мая 2015 г. в прокуратуру Частинского района Пермского края от Казанцевой Г.Н. поступило заявление о нарушении ее прав на обеспечение техническими средствами реабилитации - подгузниками.
Прокуратурой Частинского района Пермского края по данному заявлению была проведена проверка, в ходе которой было установлено, что с 27 ноября 2008 г. Казанцева Г.Н. поставлена на учет ГУ - Пермским региональным отделением ФСС РФ для обеспечения техническими средствами реабилитации. По информации ГУ - Пермского регионального отделения ФСС РФ, Казанцева Г.Н. была обеспечена подгузниками до 31 января 2014 г., после обращения в прокуратуру 25 мая 2015 г. Казанцевой Г.Н. получены подгузники в количестве 360 шт., что, по мнению прокурора, свидетельствует об обеспечении Казанцевой Г.Н. техническими средствами реабилитации только до 31 июля 2014 г.
Полагая, что ненадлежащее обеспечение Казанцевой Г.Н. средствами технической реабилитации нарушает ее права, прокурор Частинского района Пермского края с учетом уточненных требований просил суд обязать ГУ - Пермское региональное отделение ФСС РФ обеспечить Казанцеву Г.Н. в срок до 1 декабря 2015 г. техническими средствами реабилитации - подгузниками из расчета 2 шт. в сутки за период с 1 августа 2014 г. по день вынесения решения суда.
Представитель ответчика иск в суде не признал.
Решением Свердловского районного суда г. Перми от 27 июля 2015 г. требования прокурора Частинского района Пермского края в интересах Казанцевой Г.Н. удовлетворены.
На ГУ - Пермское региональное отделение ФСС РФ возложена обязанность в срок до 1 декабря 2015 г. обеспечить техническими средствами реабилитации Казанцеву Г.Н., < ... > года рождения, за период с 1 августа 2014 г. по 27 июля 2015 г. в количестве, предусмотренном индивидуальной программой реабилитации инвалида.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 21 октября 2015 г. данное решение суда оставлено без изменения.
В поданной в Верховный Суд Российской Федерации кассационной жалобе управляющего ГУ - Пермским региональным отделением ФСС РФ Токаревой Г.И. ставится вопрос об отмене состоявшихся по данному делу судебных постановлений, как незаконных.
По результатам изучения доводов кассационной жалобы судьей Верховного Суда Российской Федерации 5 мая 2016 г. дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Вавилычевой Т.Ю. от 19 августа 2016 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
В судебное заседание суда кассационной инстанции не явились надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке истец Казанцева Г.Н. и действующий в ее интересах прокурор Частинского района Пермского края, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и письменные возражения на нее прокурора Частинского района Пермского края Юдина В.В., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются основания для отмены в кассационном порядке обжалуемых судебных постановлений.
Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций были допущены такого рода существенные нарушения норм материального права, и они выразились в следующем.
Судом установлено и следует из материалов дела, что Казанцева Г.Н., < ... > года рождения, является инвалидом I группы по причине "общее заболевание" бессрочно. В соответствии с индивидуальной программой реабилитации инвалида Казанцева Г.Н. нуждается в обеспечении бессрочно техническими средствами реабилитации: костылями (1 пара на 2 года), ортопедической обувью (2 пары в год), подгузниками (2 шт. в сутки), комнатным креслом-коляской (1 шт. на 6 лет), ходунками (1 шт. на 7 лет).
27 ноября 2008 г. Казанцева Г.Н. поставлена на учет в ГУ - Пермском региональном отделении ФСС РФ для обеспечения техническими средствами реабилитации согласно индивидуальной программе реабилитации инвалида: костылями, подгузниками (2 шт. в сутки), ходунками, ортопедической обувью, комнатным креслом-коляской.
17 марта 2009 г. Казанцева Г.Н. была обеспечена креслом-коляской, 15 мая 2013 г. - ходунками.
На основании приказов ГУ - Пермского регионального отделения ФСС РФ от 14 июня 2013 г. N 2173-ТС, от 17 октября 2013 г. N 4094-ТС, от 24 декабря 2014 г. N 5608-ТС Казанцевой Г.Н. выплачена компенсация за приобретенную ею за свой счет ортопедическую обувь, предусмотренную индивидуальной программой реабилитации инвалида, в размере соответственно 5686 руб., 5526 руб. и 6022 руб.
По информации ГУ - Пермского регионального отделения ФСС РФ, с момента постановки на учет Казанцева Г.Н. была обеспечена подгузниками по 31 июля 2014 г., в соответствии с актом сдачи-приемки товара от 25 мая 2015 г. N УГМК0093339 Казанцевой Г.Н. были получены подгузники в количестве 360 шт.
Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования прокурора Частинского района Пермского края, действующего в интересах Казанцевой Г.Н., о возложении на ГУ - Пермское региональное отделение ФСС РФ обязанности обеспечить ее техническими средствами реабилитации в виде подгузников за период с 1 августа 2014 г. по 27 июля 2015 г., суд первой инстанции исходил из того, что Казанцева Г.Н. в указанный период не была своевременно и в полном объеме обеспечена техническими средствами реабилитации, предусмотренными ее индивидуальной программой реабилитации, и восстановление ее нарушенных прав должно быть осуществлено путем предоставления ей технических средств реабилитации в натуре за спорный период. При этом суд указал, что реализация данного права не может быть поставлена в зависимость от наличия или отсутствия достаточного финансирования расходов на приобретение технических средств реабилитации, а недостаточность поступлений в Фонд социального страхования РФ межбюджетных трансфертов на указанные цели из федерального бюджета не освобождает ответчика от исполнения возложенной на него законом обязанности по обеспечению инвалидов техническими средствами реабилитации в натуре.
Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием, дополнительно указав, что действующее законодательство не содержит ограничительных положений о невозможности исполнения обязательств по обеспечению инвалидов техническими средствами реабилитации в натуре за истекший период, а получение компенсации в соответствии со статьей 11 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" является правом инвалида.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на неправильном толковании и применении норм материального права.
Согласно части 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.
Правовые и организационные основы предоставления мер социальной поддержки инвалидов установлены Федеральным законом от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ), определяющим государственную политику в области социальной защиты инвалидов в Российской Федерации, целью которой является обеспечение инвалидам равных с другими гражданами возможностей в реализации гражданских, экономических, политических и других прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, а также в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации.
Одной из мер социальной поддержки инвалидов является реабилитация инвалидов - система и процесс полного или частичного восстановления способностей инвалидов к бытовой, общественной, профессиональной и иной деятельности (часть 1 статьи 9 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ).
Медицинская реабилитация, как следует из содержания частей 2 и 3 статьи 9 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ, - одно из направлений реабилитации инвалидов, предусматривающее в том числе использование инвалидами технических средств реабилитации.
Государство гарантирует инвалидам проведение реабилитационных мероприятий, получение технических средств и услуг, предусмотренных федеральным перечнем реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду за счет средств федерального бюджета (часть 1 статьи 10 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ).
Согласно части 14 статьи 11.1 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ технические средства реабилитации предоставляются инвалидам по месту их жительства уполномоченными органами в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, Фондом социального страхования Российской Федерации, а также иными заинтересованными организациями.
Во исполнение указанной нормы закона постановлением Правительства Российской Федерации от 7 апреля 2008 г. N 240 утверждены Правила обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации и отдельных категорий граждан из числа ветеранов протезами (кроме зубных протезов), протезно-ортопедическими изделиями (далее - Правила).
В абзаце втором пункта 2 Правил предусмотрено обеспечение инвалидов техническими средствами в соответствии с индивидуальными программами реабилитации инвалидов, разрабатываемыми федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы в порядке, установленном Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации.
Подпунктом "а" пункта 3 Правил установлено, что обеспечение инвалидов и ветеранов соответственно техническими средствами и изделиями осуществляется путем предоставления соответствующего технического средства (изделия).
В силу абзаца первого пункта 4 Правил заявление о предоставлении технического средства (изделия) подается инвалидом (ветераном) либо лицом, представляющим его интересы, в территориальный орган Фонда социального страхования Российской Федерации по месту жительства инвалида (ветерана) или в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации по месту жительства инвалида (ветерана), уполномоченный на осуществление переданных в соответствии с заключенным Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации и высшим органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации соглашением полномочий Российской Федерации по предоставлению мер социальной защиты инвалидам и отдельным категориям граждан из числа ветеранов.
В соответствии с абзацем первым пункта 5 Правил уполномоченный орган рассматривает заявление, указанное в пункте 4 данных Правил, в 15-дневный срок с даты его поступления и в письменной форме уведомляет инвалида (ветерана) о постановке на учет по обеспечению техническим средством (изделием). Одновременно с уведомлением уполномоченный орган высылает (выдает) инвалиду (ветерану) направление на получение либо изготовление технического средства (изделия) в отобранные уполномоченным органом в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для размещения заказов на поставку товаров, выполнение работ и оказание услуг для государственных нужд, организации, обеспечивающие техническими средствами (изделиями).
Согласно части 6 статьи 11 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ, если предусмотренные индивидуальной программой реабилитации или абилитации техническое средство реабилитации и (или) услуга не могут быть предоставлены инвалиду либо если инвалид приобрел соответствующее техническое средство реабилитации и (или) оплатил услугу за собственный счет, ему выплачивается компенсация в размере стоимости приобретенного технического средства реабилитации и (или) оказанной услуги, но не более стоимости соответствующего технического средства реабилитации и (или) услуги, предоставляемых в порядке, установленном частью четырнадцатой статьи 11.1 названного Федерального закона. Порядок выплаты такой компенсации, включая порядок определения ее размера и порядок информирования граждан о размере указанной компенсации, определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.
Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31 января 2011 г. N 57н утвержден Порядок выплаты компенсации за самостоятельно приобретенное инвалидом техническое средство реабилитации и (или) оказанную услугу, включая порядок определения ее размера и порядок информирования граждан о размере указанной компенсации (далее также - Порядок), в пункте 3 которого установлено, что компенсация выплачивается инвалиду в случае, если предусмотренные индивидуальной программой реабилитации инвалида техническое средство реабилитации и (или) услуга не могут быть предоставлены инвалиду или инвалид самостоятельно приобрел указанное техническое средство реабилитации и (или) оплатил услугу за счет собственных средств.
Компенсация инвалиду выплачивается на основании заявления инвалида либо лица, представляющего его интересы, о возмещении расходов по приобретению технического средства реабилитации и (или) оказанию услуги и документов, подтверждающих расходы по самостоятельному приобретению технического средства реабилитации и (или) оказанию услуги инвалидом за собственный счет, а также предъявления им следующих документов: документа, удостоверяющего личность, индивидуальной программы реабилитации инвалида, страхового свидетельства обязательного пенсионного страхования, содержащего страховой номер индивидуального лицевого счета (СНИЛС). Выплата инвалиду компенсации осуществляется уполномоченным органом в месячный срок с даты принятия соответствующего решения путем почтового перевода или перечисления средств на счет, открытый инвалидом в кредитной организации (пункт 5 Порядка выплаты компенсации за самостоятельно приобретенное инвалидом техническое средство реабилитации).
Из приведенных нормативных положений следует, что гарантированное государством право инвалида на обеспечение за счет средств федерального бюджета и Фонда социального страхования Российской Федерации техническими средствами реабилитации, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации инвалида, осуществляется путем предоставления этих средств в натуре или посредством выплаты денежной компенсации, если данные средства не могут быть предоставлены инвалиду либо если инвалид приобрел соответствующее техническое средство реабилитации за собственный счет, то есть механизм реализации указанного права регламентирован. При этом действующими нормативными правовыми актами не предусмотрено обеспечение инвалидов техническими средствами реабилитации в натуре за прошлый период в случае их непредоставления инвалиду уполномоченным органом по какой-либо причине. В такой ситуации право инвалида на обеспечение за счет средств федерального бюджета и Фонда социального страхования техническими средствами реабилитации осуществляется путем выплаты инвалиду денежной компенсации за самостоятельно приобретенное техническое средство реабилитации в порядке, установленном приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31 января 2011 г. N 57н.
Между тем суд, разрешая спор, неправильно истолковал подлежащие применению положения Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ, а также принятых в соответствии с ним нормативных правовых актов, вследствие чего пришел к ошибочному выводу о том, что Казанцева Г.Н. была лишена принадлежащего ей права на обеспечение техническими средствами реабилитации и восстановление ее права возможно только путем предоставления ей технических средств реабилитации в натуре за прошлое время.
Отсутствие в указанных выше правовых актах нормы права, прямо предусматривающей возможность обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации в натуре за прошлый период, вопреки мнению суда, означает в рамках механизма публично-правового регулирования спорных отношений запрет на обеспечение инвалидов техническими средствами реабилитации в натуре за прошлый период в случае их несвоевременного предоставления по каким-либо причинам.
В период, когда инвалид уполномоченным органом по каким-либо причинам не был обеспечен техническими средствами реабилитации, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации, его право на получение указанных мер социальной поддержки могло быть реализовано путем выплаты денежной компенсации за самостоятельно приобретенные технические средства реабилитации в порядке, установленном приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31 января 2011 г. N 57н.
Ссылка судов первой и апелляционной инстанций на то, что действующее законодательство не содержит запрета на получение инвалидом в натуре технических средств реабилитации, которые он не получил своевременно, а получение компенсации за самостоятельно приобретенные технические средства реабилитации является правом инвалида, несостоятельна, поскольку механизм реализации права инвалида на данную меру социальной поддержки в указанном случае урегулирован положениями части 6 статьи 11 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ, приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31 января 2011 г. N 57н.
Необоснованны и выводы судов первой и апелляционной инстанций о недостаточности финансирования расходов, связанных с обеспечением инвалидов техническими средствами реабилитации.
Статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что решение суда должно быть законным и обоснованным.
Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 2 и 3 постановления от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 и 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", под уточнением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, следует понимать действия судьи и лиц, участвующих в деле, по определению юридических фактов, лежащих в основании требований и возражений сторон, с учетом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих применению. В случае заблуждения сторон относительно фактов, имеющих юридическое значение, судья на основании норм материального права, подлежащих применению, разъясняет им, какие факты имеют значение для дела и на ком лежит обязанность их доказывания (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.
Из изложенных норм процессуального закона и разъяснений по их применению следует, что выводы суда об установленных им фактах должны быть основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании. При этом бремя доказывания юридически значимых обстоятельств между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также требований и возражений сторон.
Кроме того, в силу положений статей 67, 71, 195 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требования относимости и допустимости. В противном случае нарушаются задачи и смысл судопроизводства, установленные статьей 2 названного Кодекса.
Данные требования закона судами не соблюдены, а выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии достаточного финансирования расходов на приобретение инвалидам технических средств реабилитации и о недостаточности поступлений Фонду социального страхования Российской Федерации межбюджетных трансфертов на указанные цели из федерального бюджета какими-либо доказательствами не подтверждены, и данные обстоятельства, связанные с финансированием расходов Фонда социального страхования Российской Федерации, в том числе ГУ - Пермского регионального отделения ФСС РФ, судами не устанавливались.
Судами допущены и другие нарушения норм права.
Согласно части 5 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации резолютивная часть решения суда должна содержать выводы об удовлетворении иска либо об отказе в удовлетворении иска полностью или в части, указание на распределение судебных расходов, срок и порядок обжалования решения суда.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", исходя из того, что решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело, его резолютивная часть должна содержать исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных в мотивировочной части фактических обстоятельств. В связи с этим в ней должно быть четко сформулировано, что именно постановил суд как по первоначальному заявленному иску, так и по встречному требованию, если оно было заявлено (статья 138 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), кто, какие конкретно действия и в чью пользу должен произвести, за какой из сторон признано оспариваемое право. Судом должны быть разрешены и другие вопросы, указанные в законе, с тем чтобы решение не вызывало затруднений при исполнении (часть 5 статьи 198, статьи 204 - 207 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Однако резолютивная часть решения суда, постановленного по настоящему делу, указанным требованиям процессуального закона и разъяснениям по их применению не соответствует, поскольку не содержит четкой формулировки о количестве подлежащих передаче Казанцевой Г.Н. технических средств реабилитации - подгузников за указанный в решении суда период.
Кроме того, возлагая на ответчика обязанность обеспечить Казанцеву Г.Н. подгузниками за период с 1 августа 2014 г. по 27 июля 2015 г., суд исходил из того, что указанные технические средства реабилитации в необходимом количестве ей не предоставлены. При этом суд не учел, что, как следует из материалов дела, по акту сдачи-приемки товара от 25 мая 2015 г. N УГМК0093339 Казанцевой Г.Н. передано 360 подгузников.
С учетом приведенных обстоятельств Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что принятые по делу судебные постановления нельзя признать законными. Они приняты с существенным нарушением норм материального права, повлиявшим на исход дела, без его устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с установленными обстоятельствами и нормами материального закона, толкование которых дается в настоящем определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, а также с соблюдением требований процессуального закона.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
определила:
решение Свердловского районного суда г. Перми от 27 июля 2015 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от 21 октября 2015 г. отменить.
Дело направить на новое рассмотрение в Свердловский районный суд г. Перми.