КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 сентября 2016 г. N 2042-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
САЕНКО НИКОЛАЯ ИВАНОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ ЧАСТЬЮ 3 СТАТЬИ 36 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА
"О СТРАХОВЫХ ПЕНСИЯХ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев по требованию гражданина Н.И. Саенко вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Н.И. Саенко оспаривает конституционность части 3 статьи 36 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", согласно которой со дня вступления в силу данного Федерального закона Федеральный закон от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с данным Федеральным законом в части, не противоречащей данному Федеральному закону.
Как следует из представленных в Конституционный Суд Российской Федерации материалов, заявитель является получателем пенсии по старости, назначенной ему с декабря 2014 года. С 1 января 2015 года, т.е. со дня вступления в силу Федерального закона "О страховых пенсиях", по документам выплатного дела был произведен перерасчет размера пенсии Н.И. Саенко исходя из установленной ему на 31 декабря 2014 года трудовой пенсии по старости (без учета фиксированного базового размера страховой части трудовой пенсии по старости), а также назначена фиксированная выплата к страховой пенсии по старости.
По мнению заявителя, оспариваемая им норма противоречит статьям 15, 19 и 55 Конституции Российской Федерации, поскольку лишает возможности перерасчета размера его пенсии с учетом предусмотренного пунктом 17 статьи 14 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (в редакции Федерального закона от 24 июля 2009 года N 213-ФЗ) с 1 января 2015 года увеличения фиксированного базового размера страховой части его трудовой пенсии по старости исходя из имеющегося у него на день назначения трудовой пенсии по старости страхового стажа свыше 30 лет.
Оспариваемые нормы применены в деле Н.И. Саенко судами общей юрисдикции.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение механизма реализации данного конституционного права к компетенции законодателя (статья 39, часть 2). Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсий в установленных законом случаях и размерах, реализация которого обеспечивается в Российской Федерации путем создания систем обязательного и добровольного пенсионного страхования, а также государственного пенсионного обеспечения.
Федеральный законодатель обладает достаточно широкой дискрецией в указанной сфере и вправе закрепить в законе правовые основания назначения пенсий, размеры пенсий, порядок их исчисления и выплаты, а также, как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, вправе изменять установленное им в данной сфере регулирование, учитывая финансово-экономические возможности государства на соответствующем этапе его развития и соблюдая при этом конституционные принципы справедливости, равенства, соразмерности и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые предполагают сохранение разумной стабильности правового регулирования и недопустимость внесения произвольных изменений в действующую систему норм, а также предоставление гражданам в случае необходимости возможности, в частности посредством установления временного регулирования, в течение некоторого переходного периода адаптироваться к вносимым изменениям (постановления от 24 мая 2001 года N 8-П, от 26 декабря 2002 года N 17-П, от 29 января 2004 года N 2-П и др.).
В рамках реформирования системы обязательного пенсионного страхования законодателем в качестве обязательного страхового обеспечения вместо трудовой пенсии по старости с 1 января 2015 года были введены: страховая пенсия по старости, фиксированная выплата к страховой пенсии и накопительная пенсия (пункт 1 статьи 9 Федерального закона "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" в редакции Федерального закона от 21 июля 2014 года N 216-ФЗ), а также установлено новое правовое регулирование, закрепляющее условия и порядок их назначения и выплаты (Федеральный закон "О страховых пенсиях" и Федеральный закон от 28 декабря 2013 года N 424-ФЗ "О накопительной пенсии").
В Федеральном законе "О страховых пенсиях" страховая пенсия и фиксированная выплата к ней также выделены в качестве самостоятельных видов обязательного страхового обеспечения застрахованных лиц (пункты 1 и 6 статьи 3) и определение их размеров осуществляется по различным правилам (статьи 15 - 18). Так, с 1 января 2015 года (момента вступления в силу указанного Федерального закона) размер страховой пенсии по старости стал определяться исходя из стоимости одного пенсионного коэффициента и индивидуального пенсионного коэффициента по состоянию на день, с которого назначается страховая пенсия по старости, рассчитываемого с учетом сумм страховых взносов, начисленных и уплаченных за застрахованное лицо, а размер фиксированной выплаты к ней - в твердых суммах, не зависящих от продолжительности страхового стажа застрахованного лица (статьи 15 - 17 Федерального закона "О страховых пенсиях"). При этом фиксированная выплата к страховой пенсии устанавливается одновременно с назначением страховой пенсии.
Сам по себе переход к новому правовому регулированию в области пенсионного обеспечения граждан в рамках системы обязательного пенсионного страхования осуществлен законодателем в пределах дискреционных полномочий, с соблюдением требования о предоставлении гражданам возможности в течение некоего разумного переходного периода адаптироваться к вносимым изменениям, направлен на реализацию конституционных предписаний и не должен приводить к снижению уровня пенсионного обеспечения граждан.
Для пенсионеров, получавших на 31 декабря 2014 года трудовые пенсии по старости, в статье 34 Федерального закона "О страховых пенсиях" установлен особый порядок перерасчета их пенсий, который позволяет определять величину их индивидуального пенсионного коэффициента, необходимого для исчисления им страховой пенсии, исходя из размера установленной им ранее пенсии по старости (без учета фиксированного базового размера страховой части трудовой пенсии по старости и накопительной части трудовой пенсии); а если при перерасчете размеров трудовой пенсии размер страховой пенсии (без учета фиксированной выплаты к страховой пенсии) не достигает получаемого пенсионером на день вступления в силу Федерального закона "О страховых пенсиях" (1 января 2015 года) размера страховой пенсии трудовой части пенсии (без учета фиксированного базового размера страховой части трудовой пенсии по старости и накопительной части трудовой пенсии), пенсионеру выплачивается страховая пенсия в прежнем, более высоком размере.
Следовательно, лицам, получавшим трудовую пенсию по старости, с 1 января 2015 года в результате перерасчета устанавливались страховая пенсия и в размерах, предусмотренных статьями 16 - 17 Федерального закона "О страховых пенсиях", фиксированная выплата к ней.
Именно в связи с закреплением такого механизма сохранения ранее приобретенных застрахованными лицами пенсионных прав законодатель в статье 36 Федерального закона "О страховых пенсиях" предусмотрел правило о том, что со дня вступления в силу данного Федерального закона ранее принятые федеральные законы, предусматривающие условия и нормы пенсионного обеспечения, применяются в части, не противоречащей ему, а Федеральный закон "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий.
Таким образом, оспариваемая норма в системе действующего законодательства является элементом механизма, который при изменении условий и порядка пенсионного обеспечения в системе обязательного пенсионного страхования гарантирует разумную стабильность правового регулирования и реализацию пенсионных прав застрахованных лиц, а потому не может расцениваться как противоречащая конституционным предписаниям (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2016 года N 217-О).
Кроме того, как следует из представленных материалов, перерасчет пенсии Н.И. Саенко с января 2015 года привел к увеличению размера его пенсионного обеспечения.
Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Саенко Николая Ивановича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН