ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
от 29 июня 2017 г. N АКПИ17-349
Верховный Суд Российской Федерации в составе:
судьи Верховного Суда Российской Федерации Назаровой А.М.,
при секретаре С.,
с участием прокурора Степановой Л.Е.,
рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Министерства социального развития, опеки и попечительства Иркутской области об оспаривании пунктов 3.5 и 5.5 санитарно-эпидемиологических правил СП 2.1.2.3358-16 "Санитарно-эпидемиологические требования к размещению, устройству, оборудованию, содержанию, санитарно-гигиеническому и противоэпидемическому режиму работы организаций социального обслуживания", утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 27 мая 2016 г. N 69,
установил:
постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 27 мая 2016 г. N 69 утверждены санитарно-эпидемиологические правила СП 2.1.2.3358-16 "Санитарно-эпидемиологические требования к размещению, устройству, оборудованию, содержанию, санитарно-гигиеническому и противоэпидемическому режиму работы организаций социального обслуживания" (далее - Правила). Нормативный правовой акт опубликован 24 августа 2016 г. на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru, 19 сентября 2016 г. в Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти и зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации (далее - Минюст России) 23 августа 2016 г. под N 43348.
Пунктом 3.5 Правил установлено, что спальные комнаты предусматриваются на 1 - 3 человека. Спальные комнаты для лиц, страдающих психическими расстройствами, рассчитываются на 4 - 6 человек. Планировка и оборудование всех помещений, включая спальные комнаты должны предусматривать возможность использования их лицами с ограниченными возможностями, в том числе инвалидами-колясочниками.
Пунктом 5.5 Правил закреплено, что помещения медицинского назначения оборудуются и эксплуатируются в соответствии с требованиями санитарных правил к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность.
Министерство социального развития, опеки и попечительства Иркутской области (далее - Министерство) обратилось в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании недействующими приведенных нормативных предписаний Правил в отношении организаций социального обслуживания, размещенных в ранее построенных зданиях, ссылаясь на их несоответствие пункту 1 части 1 статьи 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. N 442-ФЗ), абзацу третьему части 2 статьи 2 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" (далее - Федеральный закон от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ). По мнению административного истца, в оспариваемых нормах отсутствует указание на особенности их применения к организациям социального обслуживания, эксплуатируемых в части архитектурно-планировочных решений в соответствии с проектом, по которому они были построены, что свидетельствует о неопределенности требований к организациям социального обслуживания, установленных оспариваемыми пунктами и пунктом 1.2 Правил, создающих для государственных органов, организаций (их должностных лиц) возможность произвольного выбора норм, подлежащих применению в конкретном случае.
В обоснование требований административный истец указал, что Министерство, реализуя полномочия учредителя учреждений социального обслуживания Иркутской области, а также полномочия главного распорядителя средств областного бюджета, определяет потребность учреждений в имуществе, формирует государственное задание, планирует расходование средств областного бюджета с учетом пункта 1.2 Правил, предусматривающим, что ранее построенные здания организаций социального обслуживания в части архитектурно-планировочных решений эксплуатируются в соответствии с проектом, по которому они были построены. По результатам проверки, проведенной территориальным отделом Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека Иркутской области в г. Тулуне, Тулунском и Куйтунском районах, вынесено предписание в отношении областного государственного бюджетного учреждения социального обслуживания, в котором указано о выявленных нарушениях и необходимости привести здания, сооружения и помещения в соответствие с требованиями пунктов 3.5 и 5.5 Правил, несмотря на наличие пункта 1.2 Правил.
Министерство, извещенное о времени и месте проведения судебного заседания в установленном законом порядке, своего представителя в судебное заседание не направило, просило рассмотреть дело в его отсутствие.
Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (далее - Роспотребнадзор) и Минюст России в письменных возражениях указали, что оспариваемый нормативный правовой акт утвержден Главным государственным санитарным врачом Российской Федерации в пределах предоставленных ему полномочий, прошел правовую и антикоррупционную экспертизу, оспариваемые положения Правил не противоречат нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, не нарушают прав и свобод административного истца.
Представитель Роспотребнадзора М. и представитель Минюста России Ч. в судебном заседании просили отказать в удовлетворении административного иска.
Обсудив доводы административного истца, выслушав возражения административных ответчиков, проверив соответствие нормативного правового акта в оспариваемой части нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Степановой Л.Е., полагавшей в удовлетворении административного искового заявления отказать, Верховный Суд Российской Федерации не находит оснований для удовлетворения заявленного требования.
Статья 42 Конституции Российской Федерации и статья 8 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ закрепляют право граждан на благоприятную окружающую среду и благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека.
По смыслу Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ, государственные санитарно-эпидемиологические правила и нормативы - это нормативные правовые акты, устанавливающие санитарно-эпидемиологические требования (в том числе критерии безопасности и (или) безвредности факторов среды обитания для человека, гигиенические и иные нормативы), несоблюдение которых создает угрозу жизни или здоровью человека, а также угрозу возникновения и распространения заболеваний (статья 1). На территории Российской Федерации действуют федеральные санитарные правила, утвержденные федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 39).
В соответствии с пунктами 3 и 5 Положения о федеральном государственном санитарно-эпидемиологическом надзоре, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 5 июня 2013 г. N 476, федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным осуществлять государственный санитарно-эпидемиологический надзор в Российской Федерации, является Роспотребнадзор, организацию государственного надзора осуществляет руководитель Роспотребнадзора - Главный государственный санитарный врач Российской Федерации.
Таким образом, Правила утверждены Главным государственным санитарным врачом Российской Федерации в соответствии с предоставленными ему полномочиями.
В силу пункта 7 статьи 9 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 442-ФЗ получатели социальных услуг имеют право на обеспечение условий пребывания в организациях социального обслуживания, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, а также на надлежащий уход.
Согласно пункту 3 Положения о государственном санитарно-эпидемиологическом нормировании, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24 июля 2000 г. N 554, государственные санитарно-эпидемиологические правила устанавливают единые санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации производственных, общественных помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта.
Правила устанавливают санитарно-эпидемиологические требования к размещению, устройству, оборудованию, содержанию, санитарно-гигиеническому и противоэпидемическому режиму работы организаций социального обслуживания в стационарной и полустационарной формах, предназначенных для оказания социальных услуг лицам пожилого возраста, лицам с ограниченными возможностями здоровья и инвалидам (пункт 1.1), в том числе требования к зданиям организаций социального обслуживания (раздел III) и требования к помещениям, внутренней отделке помещений (раздел V).
Пунктом 3.5 Правил установлены требования к количественному размещению лиц, в том числе и для страдающих психическими расстройствами, а также к планировке и оборудованию всех помещений с учетом возможности их использования лицами с ограниченными возможностями, в том числе инвалидами-колясочниками.
Предписания пункта 5.5 Правил определяют порядок оборудования и эксплуатации помещения медицинского назначения и являются отсылочной нормой к санитарным правилам, адресованным организациям, осуществляющим медицинскую деятельность, а именно к СанПиН 2.1.3.263010 "Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность", утвержденным постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 18 мая 2010 г. N 58.
Довод административного истца о противоречии предписаний пунктов 3.5 и 5.5 Правил пункту 1 части 1 статьи 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 442-ФЗ и абзацу третьему части 2 статьи 2 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ является ошибочным и основан на неправильном толковании норм материального права, поскольку они не устанавливают требования к зданиям организаций социального обслуживания, помещениям и внутренней отделке помещений.
Приведенные положения законов устанавливают обязанность органов государственной власти и органов местного самоуправления, организаций всех форм собственности, индивидуальных предпринимателей и граждан обеспечивать соблюдение требований законодательства Российской Федерации в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения за счет собственных средств (часть 2 статьи 2 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ) и осуществлять свою деятельность в соответствии с федеральными законами, законами и иными нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации (пункт 1 части 1 статьи 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 442-ФЗ).
Нормативные правовые акты, имеющие большую юридическую силу, которым бы противоречили оспариваемые предписания, отсутствуют.
Следует отметить, что ранее действовавшие СанПиН 2.1.2.2564-09 "Гигиенические требования к размещению, устройству, оборудованию, содержанию объектов организаций здравоохранения и социального обслуживания, предназначенных для постоянного проживания престарелых и инвалидов, санитарно-гигиеническому и противоэпидемическому режиму их работы", утвержденные постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 23 ноября 2009 г. N 71, в пунктах 4.9 и 4.11 содержали предписания, аналогичные пункту 3.5 Правил, и в силу пункта 1.3 являлись обязательными для организаций независимо от их организационно-правовой формы и формы собственности при размещении, проектировании, строительстве и эксплуатации вновь строящихся, реконструируемых объектов.
Не может быть признано состоятельным и утверждение Министерства о том, что пункты 3.5 и 5.5 Правил в единстве с пунктом 1.2 Правил устанавливают неопределенные требования к организациям социального обслуживания, создающие для государственных органов, организаций (их должностных лиц) возможность произвольного выбора норм, подлежащих применению в конкретном случае.
Пункт 1.2 Правил предусматривает, что Правила не распространяются на организации здравоохранения, в которых осуществляется медицинское обслуживание лиц пожилого возраста, лиц с ограниченными возможностями здоровья и инвалидов, а также на организации, обеспечивающие временное проживание и социальную реабилитацию несовершеннолетних, в том числе с ограниченными возможностями здоровья; на объекты организаций социального обслуживания, находящиеся в стадии проектирования, строительства, реконструкции и ввода в эксплуатацию на момент вступления в силу Правил. Ранее построенные здания организаций социального обслуживания в части архитектурно-планировочных решений эксплуатируются в соответствии с проектом, по которому они были построены.
Следовательно, действие Правил не распространяется на ранее построенные здания организаций социального обслуживания в части архитектурно-планировочных решений.
Как следует из содержания заявления и представленных документов, административный истец фактически не согласен с предписанием территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека Иркутской области в г. Тулуне, Тулунском и Куйтунском районах от 7 ноября 2016 г. N 001917, согласно которому в ходе осуществления проверочных мероприятий по контролю были применены оспариваемые нормы Правил и выявлены нарушения санитарного законодательства.
Проверка данного предписания не может быть осуществлена Верховным Судом Российской Федерации в рамках настоящего дела.
Поскольку оспариваемые положения не противоречат нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, не нарушают права и законные интересы административного истца, то в соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в удовлетворении заявленного требования надлежит отказать.
Руководствуясь статьями 175 - 180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации
решил:
в удовлетворении административного искового заявления Министерства социального развития, опеки и попечительства Иркутской области об оспаривании пунктов 3.5 и 5.5 санитарно-эпидемиологических правил СП 2.1.2.3358-16 "Санитарно-эпидемиологические требования к размещению, устройству, оборудованию, содержанию, санитарно-гигиеническому и противоэпидемическому режиму работы организаций социального обслуживания", утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 27 мая 2016 г. N 69, отказать.
Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья Верховного Суда
Российской Федерации
А.М.НАЗАРОВА