ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
от 3 февраля 2009 г. N ГКПИ08-2351
Верховный Суд Российской Федерации в составе:
судьи Верховного Суда Российской Федерации Емышевой В.А.,
при секретаре Гудковой Е.Ю.,
с участием прокурора Масаловой Л.Ф.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Громова Владимира Витальевича о признании недействующими абзаца третьего подпункта "б" пункта 25 и пункта 33 Временных критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2001 г. N 56,
установил:
Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2001 г. N 56 утверждены Временные критерии определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (далее - Временные критерии). Постановление зарегистрировано в Министерстве юстиции РФ 15 августа 2001 г. N 2876 и официально опубликовано в "Российской газете", N 167, 29.08.2001, "Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти", N 36, 03.09.2001.
В соответствии с абзацем третьим подпункта "б" пункта 25 Временных критериев 50 процентов утраты профессиональной трудоспособности устанавливается, если пострадавший может выполнять работу по профессии с уменьшением объема производственной деятельности (на 0,5 ставки).
Согласно пункту 33 Временных критериев степень утраты профессиональной трудоспособности при очередном переосвидетельствовании устанавливается с учетом результатов реабилитации пострадавшего.
Громов В.В. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением о признании недействующими абзаца третьего подпункта "б" пункта 25 и пункта 33 Временных критериев, ссылаясь на то, что в результате применения этих норм были нарушены его права на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья.
По его мнению, абзац третий подпункта "б" пункта 25 Временных критериев противоречит Трудовому кодексу Российской Федерации, абзацам семнадцатому и восемнадцатому статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), пункту 16 Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2000 г. N 789 (далее - Правила), т.к., устанавливая в данном случае уменьшение объема производственной деятельности, предусматривает осуществление другой работы, не обусловленной трудовым договором.
Заявитель считает, что пункт 33 Временных критериев противоречит пункту 19 Правил, так как предписывает при очередном переосвидетельствовании учитывать лишь один фактор - результаты реабилитации пострадавшего в виде возможности выполнять работу по новой профессии, полученной в результате переобучения, которую он не выполнял до страхового случая, вместо четырех факторов, закрепленных в пункте 19 и подлежащих учету в совокупности.
В судебное заседание Громов В.В. не явился, о дне слушания дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.
Представители Министерства здравоохранения и социального развития РФ (Минздравсоцразвития России) Сарвадий М.В., Шаронова В.Н., Министерства юстиции РФ Гончарова Е.П. возражали против удовлетворения заявленных требований, ссылаясь на то, что Временные критерии приняты Министерством труда и социального развития Российской Федерации в пределах предоставленных полномочий, оспариваемые положения нормативного правового акта соответствуют закону и прав заявителя не нарушают.
Выслушав объяснения представителей заинтересованных лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, принимая во внимание заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Масаловой Л.Ф., полагавшей отказать в удовлетворении заявления, суд находит, что заявление Громова В.В. не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии с пунктом 3 статьи 11 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний определяется Правительством Российской Федерации.
Такой порядок определен Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2000 г. N 789, согласно которым критерии определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и форма программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания определяются Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации (пункт 2).
Во исполнение пункта 2 названного Постановления Правительства РФ Министерством труда и социального развития Российской Федерации Постановлением от 18 июля 2001 г. N 56 утверждены Временные критерии, т.е. в пределах предоставленных ему полномочий.
Абзацами семнадцать и восемнадцать статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ профессиональная трудоспособность определена как способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества, а степень утраты профессиональной трудоспособности как выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая.
По смыслу приведенных норм объем выполняемой работы является одним из признаков, характеризующих профессиональную трудоспособность человека.
Пунктом 16 Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности предусмотрено, что в случае если пострадавший вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания может в обычных производственных условиях продолжать профессиональную деятельность с выраженным снижением квалификации либо с уменьшением объема выполняемой работы или если он утратил способность продолжать профессиональную деятельность вследствие умеренного нарушения функций организма, но может в обычных производственных условиях выполнять профессиональную деятельность более низкой квалификации, устанавливается степень утраты профессиональной трудоспособности от 40 до 60 процентов.
Аналогичная норма содержится в пункте 24 Временных критериев.
Абзац третий подпункта "б" пункта 25 Временных критериев предусматривает возможность установления 50 процентов утраты профессиональной трудоспособности в случае, если пострадавший может выполнять работу по профессии с уменьшением объема производственной деятельности (на 0,5 ставки), т.е. профессиональную деятельность, выполняемую им до наступления страхового случая.
Следовательно, абзац третий подпункта "б" пункта 25 Временных критериев не противоречит абзацам семнадцать и восемнадцать статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ и пункту 16 Правил, поскольку не предполагает выполнение пострадавшим работы по другой профессии, кроме той, которая предшествовала страховому случаю.
Довод заявителя о том, что выполнение пострадавшим работы с уменьшением объема производственной деятельности и иными условиями оплаты труда следует рассматривать как осуществление другой работы, в связи с чем неправомерно учитывать возможность выполнять работу меньшего объема, суд считает необоснованным.
Трудовой кодекс РФ допускает возможность работы на условиях неполного рабочего дня или неполной рабочей недели с оплатой труда пропорционально отработанному им времени или в зависимости от выполненного им объема работ (статья 93).
Выполнение пострадавшим работы на условиях неполного рабочего времени не означает выполнение другой профессиональной деятельности, а означает выполнение той же работы меньшего объема.
В соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ уменьшение оплаты труда в случае уменьшения объема выполняемых работ в связи с частичной утратой трудоспособности компенсируется лицам, пострадавшим вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания путем установления им ежемесячных страховых выплат в размере утраченного заработка, определяемого как доля среднего месячного заработка застрахованного, исчисленная в соответствии со степенью утраты им профессиональной трудоспособности (статья 12).
Нельзя признать обоснованными и доводы заявителя о противоречии пункта 33 Временных критериев, устанавливающего обязанность учитывать при установлении степени утраты профессиональной трудоспособности при очередном переосвидетельствовании результаты реабилитации пострадавшего, пункту 19 Правил.
Согласно статье 9 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ реабилитация инвалидов - система и процесс полного или частичного восстановления способностей инвалидов к бытовой, общественной и профессиональной деятельности. Реабилитация инвалидов направлена на устранение или возможно более полную компенсацию ограничений жизнедеятельности, вызванных нарушением здоровья со стойким расстройством функций организма, в целях социальной адаптации инвалидов, достижения ими материальной независимости и их интеграции в общество. Реабилитация инвалидов включает в себя медицинскую реабилитацию, профессиональную реабилитацию (в том числе обучение, переобучение новой профессии), социальную реабилитацию.
Застрахованный в силу подпункта 3 пункта 2 статьи 16 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ обязан выполнять рекомендации по медицинской, социальной и профессиональной реабилитации в сроки, установленные программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, проходить медицинские освидетельствования и переосвидетельствования в установленные учреждениями медико-социальной экспертизы сроки, а также по направлению страховщика.
Согласно пункту 19 Правил при повторном освидетельствовании пострадавшего после проведения реабилитационных мероприятий специалисты учреждения медико-социальной экспертизы при установлении степени утраты профессиональной трудоспособности учитывают повреждение здоровья вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, возможность выполнять работу по профессии, полученной в результате обучения или переобучения, способность пострадавшего выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию, с учетом имеющихся у него профессиональных знаний и умений. В случае уклонения (отказа) пострадавшего от выполнения рекомендованных реабилитационных мероприятий вопрос о степени утраты профессиональной трудоспособности рассматривается с учетом возможности выполнять любую трудовую деятельность.
Таким образом, если при повторном освидетельствовании пострадавшего будет установлено, что он прошел обучение или переобучение по профессии, по которой он выполнял работу до несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, то при повторном установлении степени утраты застрахованным профессиональной трудоспособности необходимо учитывать возможность выполнения работы по этой профессии с учетом полученных в результате обучения или переобучения знаний и умений.
Довод заявителя о том, что пункт 33 Временных критериев предписывает при очередном переосвидетельствовании учитывать лишь один фактор - результаты реабилитации пострадавшего в виде возможности выполнять работу по новой профессии, полученной в результате переобучения, которую он не выполнял до страхового случая, вместо четырех факторов, закрепленных в пункте 19 Правил, нельзя признать обоснованными, поскольку из оспариваемой нормы такой вывод не следует.
Необходимость учета результатов реабилитационных мероприятий при очередном переосвидетельствовании не исключает необходимость учета иных факторов, указанных в Правилах.
Таким образом, пункт 33 не противоречит абзацам семнадцатому и восемнадцатому статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ, пункту 19 Правил, поскольку не предполагает при определении степени утраты пострадавшим профессиональной трудоспособности учет возможности выполнения им работы по другой профессии, кроме той, которая предшествовала страховому случаю и по которой осуществлялось обучение или переобучение пострадавшего.
В силу ч. 1 ст. 253 ГПК РФ суд, признав, что оспариваемый нормативный правовой акт не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, принимает решение об отказе в удовлетворении соответствующего заявления.
Руководствуясь ст. ст. 194 - 199, 253 ГПК РФ, Верховный Суд Российской Федерации
решил:
в удовлетворении заявления Громова Владимира Витальевича о признании недействующими абзаца третьего подпункта "б" пункта 25 и пункта 33 Временных критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2001 г. N 56, отказать.
Решение может быть обжаловано в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 дней со дня его принятия в окончательной форме.
Судья Верховного Суда
Российской Федерации
В.А.ЕМЫШЕВА