КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 июля 2010 г. N 1085-О-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЗАПРОСА
НАРОДНОГО СОБРАНИЯ РЕСПУБЛИКИ ИНГУШЕТИЯ О ПРОВЕРКЕ
КОНСТИТУЦИОННОСТИ ПОДПУНКТА "А" ПУНКТА 10 И АБЗАЦА
ВТОРОГО ПУНКТА 13 ПОЛОЖЕНИЯ ОБ ОКАЗАНИИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ
ПОДДЕРЖКИ В ЖИЛИЩНОМ ОБУСТРОЙСТВЕ ВЫНУЖДЕННЫМ ПЕРЕСЕЛЕНЦАМ,
ЛИШИВШИМСЯ ЖИЛЬЯ В РЕЗУЛЬТАТЕ ОСЕТИНО-ИНГУШСКОГО
КОНФЛИКТА В ОКТЯБРЕ - НОЯБРЕ 1992 ГОДА
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи Н.С. Бондаря, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение запроса Народного Собрания Республики Ингушетия,
установил:
1. В запросе Народного Собрания Республики Ингушетия оспаривается конституционность подпункта "а" пункта 10 и абзаца второго пункта 13 Положения об оказании государственной поддержки в жилищном обустройстве вынужденным переселенцам, лишившимся жилья в результате осетино-ингушского конфликта в октябре - ноябре 1992 года (утверждено Постановлением Правительства Российской Федерации от 6 марта 1998 года N 274).
По мнению заявителя, подпункт "а" пункта 10 Положения, согласно которому в процессе подготовки к рассмотрению заявления на получение государственной поддержки территориальный орган Федеральной миграционной службы запрашивает при необходимости дополнительную информацию у соответствующих государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, является неясным и недостаточно определенным, поскольку не уточняет, какая именно дополнительная информация может быть запрошена органами Федеральной миграционной службы. Следствием такой неопределенности, как полагает заявитель, является необоснованное расширение в сравнении с действующим законодательством перечня запрашиваемой информации в правоприменительной практике.
Что же касается абзаца второго пункта 13 Положения, согласно которому порядок организации работы по оказанию государственной поддержки вынужденным переселенцам, лишившимся жилья в результате осетино-ингушского конфликта, порядок осуществления выплат и контроля за целевым использованием средств государственной поддержки, а также форму договора о целевом использовании бюджетных средств определяет Федеральная миграционная служба, то его противоречие Конституции Российской Федерации заявитель связывает со следующими обстоятельствами.
Приказом Федеральной миграционной службы от 7 апреля 2008 года N 83, принятым во исполнение возложенных на нее приведенным нормативным положением полномочий, был утвержден Порядок организации работы по оказанию государственной поддержки вынужденным переселенцам, лишившимся жилья в результате осетино-ингушского конфликта, и осуществления выплат и контроля за целевым использованием средств государственной поддержки. В соответствии с его пунктом 5 в случае, если в заявлении в качестве цели оказания государственной поддержки указывается восстановление разрушенного жилья, Межрегиональное управление Федеральной миграционной службы запрашивает органы исполнительной власти Республики Северная Осетия - Алания о возможном обустройстве обратившегося с заявлением вынужденного переселенца в соответствующем населенном пункте на территории Республики Северная Осетия - Алания; в случае получения от органов исполнительной власти Республики Северная Осетия - Алания информации о невозможности обустройства обратившегося в выбранном населенном пункте Межрегиональное управление Федеральной миграционной службы разъясняет обратившемуся его права на жилищное обустройство в других населенных пунктах Республики Северная Осетия - Алания, предлагает обратившемуся иную форму оказания государственной поддержки, а при его отказе от предложенных вариантов информирует Правительство Республики Северная Осетия - Алания и Правительство Республики Ингушетия с целью дальнейшего жилищного обустройства обратившегося с заявлением вынужденного переселенца.
Такое регулирование, предусматривающее полномочие органов исполнительной власти Республики Северная Осетия - Алания по решению вопроса о возможности обустройства вынужденных переселенцев в местах прежнего проживания, по мнению заявителя, стало поводом для многочисленных отказов в возвращении вынужденных переселенцев из Республики Северная Осетия - Алания в места прежнего проживания, в восстановлении принадлежащих им на праве собственности домовладений, в их регистрации по месту жительства и в обмене паспортов.
Соответственно, заявитель исходит из того, что оспариваемые нормы по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, вводят не установленные федеральными законами ограничения конституционных прав и свобод граждан и фактически лишают вынужденных переселенцев гарантированной им государственной поддержки, что, по его мнению, противоречит статьям 27 (часть 1), 35, 40 (часть 1), 55 (часть 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
2. Согласно Конституции Российской Федерации Россия - демократическое правовое социальное государство, призванное охранять достоинство личности и осуществлять политику, направленную на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека; человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита - обязанность государства; права и свободы человека и гражданина в Российской Федерации признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, и в соответствии с Конституцией Российской Федерации определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием; государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется на основе принципа юридического равенства (статьи 1, 2, 7, 17, 18, 19, 21 и 45 Конституции Российской Федерации).
Из названных положений, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, вытекает конституционная обязанность Российской Федерации в случаях, когда в каком-либо субъекте Российской Федерации возникают экстраординарные ситуации, связанные в том числе с нарушениями режима правовой безопасности и вынуждающие проживающих на его территории граждан Российской Федерации вопреки своей воле покидать места постоянного жительства, обеспечить им посредством дополнительных мер экономического, социального и юридического характера условия для ресоциализации и восстановления нарушенных прав; соответственно, такие граждане вправе рассчитывать на применение к ним специальных мер защиты, обусловленных юридической природой данной обязанности государства (Постановление от 21 ноября 2002 года N 15-П).
2.1. В порядке реализации данной обязанности государства был принят Закон Российской Федерации от 19 февраля 1993 года N 4530-1 "О вынужденных переселенцах", который в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации определяет статус вынужденных переселенцев, устанавливает экономические, социальные и правовые гарантии защиты их прав и законных интересов на территории Российской Федерации.
Статьей 7 данного Закона закреплены полномочия федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления в отношении вынужденных переселенцев, в частности правомочие территориальных органов федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, участвовать в финансировании строительства (приобретения) и распределения жилья для постоянного проживания вынужденных переселенцев (подпункт 3 пункта 3).
В соответствии с этим Правительством Российской Федерации в утвержденном Постановлением от 6 марта 1998 года N 274 Положении об оказании государственной поддержки в жилищном обустройстве вынужденным переселенцам, лишившимся жилья в результате осетино-ингушского конфликта в октябре - ноябре 1992 года предусмотрено, что рассмотрение вопросов, связанных с оказанием вынужденным переселенцам, лишившимся жилья в результате осетино-ингушского конфликта, государственной поддержки, осуществляется уполномоченным территориальным органом Федеральной миграционной службы (пункт 5), который в процессе подготовки к рассмотрению заявления на получение государственной поддержки запрашивает при необходимости дополнительную информацию у соответствующих государственных органов, органов местного самоуправления (подпункт "а" пункта 10). Право органов Федеральной миграционной службы запрашивать и получать в установленном порядке сведения, необходимые для принятия решений по вопросам, относящимся к установленной сфере деятельности, прямо закреплено также в подпункте 3 пункта 7 Положения о Федеральной миграционной службе (утверждено Указом Президента Российской Федерации от 19 июля 2004 года N 928).
Такое правовое регулирование информационного взаимодействия территориальных органов Федеральной миграционной службы с другими органами государственной власти и органами местного самоуправления, осуществленное Правительством Российской Федерации, направлено на создание необходимых условий для полноценной и эффективной реализации соответствующими органами исполнительной власти возложенных на них полномочий в сфере государственной поддержки вынужденных переселенцев, что согласуется с конституционным полномочием Правительства Российской Федерации обеспечивать проведение в Российской Федерации единой государственной политики в области социального обеспечения, законность, права и свободы граждан (статья 114, пункты "в", "е" части 1; статья 115, часть 1). Имея организационно-управленческое содержание, оно не определяет какие-либо права и обязанности граждан, включая вынужденных переселенцев, и потому само по себе не может рассматриваться как нарушающее конституционные права и свободы человека и гражданина, указанные заявителем.
2.2. Что касается абзаца второго пункта 13 Положения, то его несоответствие Конституции Российской Федерации заявитель, как это прямо следует из содержания запроса, связывает не с содержанием его норм, которые имеют бланкетный характер, а с принятым на их основании Приказом Федеральной миграционной службы от 7 апреля 2008 года N 83, который, как полагает заявитель, не согласуется с действующим законодательством.
Тем самым, формально оспаривая конституционность подпункта "а" пункта 10 и абзаца второго пункта 13 Положения об оказании государственной поддержки в жилищном обустройстве вынужденным переселенцам, лишившимся жилья в результате осетино-ингушского конфликта в октябре - ноябре 1992 года, заявитель, по существу, ставит перед Конституционным Судом Российской Федерации вопрос о проверке данного нормативного правового акта федерального органа исполнительной власти на соответствие актам большей юридической силы. Между тем решение данного вопроса не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", а относится к прерогативе судов общей юрисдикции.
3. Как следует из части второй статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", согласно которой основанием к рассмотрению дела Конституционным Судом Российской Федерации является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции Российской Федерации оспариваемая заявителем норма, отсутствие такой неопределенности влечет отказ в принятии обращения к рассмотрению.
Поскольку в вопросе о соответствии Конституции Российской Федерации подпункта "а" пункта 10 и абзаца второго пункта 13 Положения об оказании государственной поддержки в жилищном обустройстве вынужденным переселенцам, лишившимся жилья в результате осетино-ингушского конфликта в октябре - ноябре 1992 года, неопределенность отсутствует, данный запрос не может быть принят Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению запроса Народного Собрания Республики Ингушетия, поскольку он не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми такого рода обращения в Конституционный Суд Российской Федерации признаются допустимыми.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данному запросу окончательно и обжалованию не подлежит.
3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН