КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 5 октября 2011 г. N 1461-О-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ
ГРАЖДАНКИ ФИРСОВОЙ ТАТЬЯНЫ ИВАНОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ
ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОЛОЖЕНИЯМИ СТАТЬИ 20
ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О СУДЕБНЫХ ПРИСТАВАХ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи С.М. Казанцева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданки Т.И. Фирсовой,
установил:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка Т.И. Фирсова оспаривает конституционность положений статьи 20 Федерального закона от 21 июля 1997 года N 118-ФЗ "О судебных приставах", которой устанавливаются страховые гарантии судебным приставам и право на возмещение ущерба.
Так, согласно пункту 1 данной статьи жизнь и здоровье судебного пристава подлежат обязательному государственному страхованию за счет средств федерального бюджета на сумму, равную 180-кратному размеру среднемесячной заработной платы судебного пристава. В ее пункте 2 указаны случаи, при наступлении которых органы государственного страхования выплачивают страховые суммы и дифференцированные размеры страховых выплат в зависимости от тяжести причиненного вреда, а именно:
в случае гибели (смерти) судебного пристава в период службы либо после увольнения, если она наступила вследствие причинения судебному приставу телесных повреждений или иного вреда здоровью в связи с его служебной деятельностью, выплата осуществляется семье погибшего (умершего) и его иждивенцам в размере, равном 180-кратному размеру среднемесячной заработной платы судебного пристава;
при причинении судебному приставу в связи с его служебной деятельностью телесных повреждений или иного вреда здоровью, исключающих дальнейшую возможность заниматься профессиональной деятельностью, ему выплачивается страховая сумма в размере, равном 36-кратному размеру его среднемесячной заработной платы;
причинение судебному приставу в связи с его служебной деятельностью телесных повреждений или иного вреда здоровью, не повлекших стойкой утраты трудоспособности и не повлиявших на возможность заниматься в дальнейшем профессиональной деятельностью, влечет выплату страховой суммы в размере, равном 12-кратному размеру его среднемесячной заработной платы.
Как следует из представленных в Конституционный Суд Российской Федерации и дополнительно полученных материалов, 19 января 2006 года Т.И. Фирсова, работавшая в должности заместителя начальника Пролетарского районного отдела - судебного пристава-исполнителя Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Ростовской области, в результате дорожно-транспортного происшествия получила тяжкие телесные повреждения, о чем был составлен акт о несчастном случае на производстве. 17 апреля 2007 года заявительнице была установлена инвалидность, причиной которой являлось трудовое увечье, и определена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 40 процентов.
Уголовное дело в отношении виновника дорожно-транспортного происшествия - гражданина А.Н. Неговоры Постановлением Кагальницкого районного суда Ростовской области от 25 января 2007 года было прекращено в связи с примирением с потерпевшей; в судебном заседании было установлено, что материальный и моральный вред ей был возмещен полностью. 16 января 2007 года Т.И. Фирсова была освобождена от занимаемой должности по собственному желанию.
Решением Пролетарского районного суда Ростовской области от 23 апреля 2009 года исковые требования Т.И. Фирсовой к Федеральной службе судебных приставов и Управлению Федеральной службы судебных приставов по Ростовской области о возмещении ущерба, причиненного в связи с осуществлением служебной деятельности, и компенсации морального вреда были удовлетворены частично: в ее пользу взысканы среднемесячная заработная плата судебного пристава в 12-кратном размере, ежемесячная разница между среднемесячной заработной платой и назначенной пенсией по инвалидности с 1 января 2009 года и задолженность по данной выплате с 17 апреля 2007 года по 31 декабря 2008 года, компенсация морального вреда, а также расходы на оплату услуг представителя. Определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда данное решение отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.
При новом рассмотрении дела решением от 25 февраля 2010 года в пользу заявительницы были взысканы компенсация в возмещение вреда в сумме 12-кратного размера среднемесячной заработной платы судебного пристава и судебные расходы, в остальной части иска отказано. Определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 13 мая 2010 года данное решение отменено и вынесено новое решение, которым заявительнице отказано в удовлетворении ее требований в полном объеме. При этом суд кассационной инстанции указал, что ссылки истицы на получение телесных повреждений при исполнении служебных обязанностей неправомерны, поскольку такие повреждения были причинены ей в результате нарушения гражданином А.Н. Неговорой Правил дорожного движения, и она не имеет права на получение возмещения вреда здоровью в соответствии со статьей 20 Федерального закона "О судебных приставах".
Определением судьи Ростовского областного суда от 28 июля 2010 года Т.И. Фирсовой было отказано в передаче ее жалобы для рассмотрения в порядке надзора. По запросу судьи Верховного Суда Российской Федерации от 18 ноября 2010 года дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, который определением от 18 февраля 2011 года отказал в передаче надзорной жалобы заявительницы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. Подтверждая законность и обоснованность состоявшегося судебного решения, Верховный Суд Российской Федерации указал, что в силу специальной нормы Федерального закона "О судебных приставах" причинение судебному приставу телесных повреждений или иного вреда здоровью является страховым случаем исключительно в связи со служебной деятельностью, чего по данному делу не установлено; не может повлечь отмену судебных решений довод заявительницы о том, что на момент причинения ей телесных повреждений она исполняла трудовые обязанности, поскольку следовала из командировки на служебном автомобиле, и что в силу положений Трудового кодекса Российской Федерации это подлежит учету и расследованию в качестве несчастного случая на производстве. В июне 2007 года Ростовским региональным отделением Фонда социального страхования Российской Федерации, куда Т.И. Фирсова обратилась за назначением обеспечения по страхованию в соответствии с Федеральным законом "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", ей была произведена единовременная страховая выплата и назначены ежемесячные страховые выплаты. Обеспечение по обязательному социальному страхованию производится Т.И. Фирсовой по настоящее время в полном объеме, задолженности по выплатам не имеется.
Т.И. Фирсова также обращалась с иском о взыскании страховых выплат к страховой компании "Уралсиб", в которой была застрахована гражданская ответственность виновника дорожно-транспортного происшествия, однако решением Пролетарского районного суда Ростовской области от 5 октября 2009 года ей было отказано в его удовлетворении, поскольку при прекращении уголовного дела в отношении А.Н. Неговоры было установлено, что моральный и материальный вред заявительнице возмещен в полном объеме непосредственно им, а в соответствии с подпунктом "е" пункта 2 статьи 6 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" не относится к страховым случаям наступление гражданской ответственности владельцев транспортных средств вследствие причинения вреда жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, если этот вред подлежит возмещению в соответствии с законом о соответствующем виде обязательного страхования или обязательного социального страхования.
Как утверждает заявительница, статья 20 Федерального закона "О судебных приставах" лишает ее возможности получить возмещение вреда, причиненного здоровью, поскольку не относит несчастный случай на производстве (а именно несчастный случай, произошедший при исполнении служебных обязанностей во время служебной командировки) к числу страховых случаев, связанных со служебной деятельностью судебного пристава, наступление которых является основанием для получения страхового возмещения, а потому противоречит статьям 18, 19, 21 (часть 1), 24 (часть 2), 33, 45, 46, 53, 55, 64, 118 (части 2 и 3), 120, 123 (часть 3) и 126 Конституции Российской Федерации.
2. В соответствии со статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" гражданин вправе обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение своих конституционных прав и свобод законом и такая жалоба признается допустимой, если этим законом затрагиваются его конституционные права и свободы и если оспариваемый закон применен в конкретном деле, рассмотрение которого завершено в суде.
Между тем вступившими в законную силу судебными решениями не подтверждается применение в деле заявительницы положений абзацев второго и третьего пункта 2 и пунктов 3 - 5 статьи 20 Федерального закона "О судебных приставах", а потому в этой части ее жалоба не является допустимой.
3. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, специфика государственной службы в Российской Федерации как профессиональной служебной деятельности граждан Российской Федерации по обеспечению исполнения соответствующих полномочий предопределяет особый правовой статус государственных служащих.
Исходя из особенностей этого статуса, обусловленных характером выполняемой государственными служащими деятельности, предъявляемыми к ним квалификационными требованиями, вводимыми ограничениями, связанными с государственной службой, законодатель вправе в рамках своей дискреции и с помощью специального правового регулирования устанавливать для государственных служащих определенные социальные гарантии в зависимости от вида, продолжительности, условий прохождения государственной службы и положения, занимаемого конкретной категорией государственных служащих в иерархической системе федеральной государственной службы (Определение от 12 мая 2005 года N 127-О).
3.1. Федеральным законом "О судебных приставах" на судебных приставов возложены задачи по обеспечению установленного порядка деятельности судов, осуществлению принудительного исполнения судебных актов, а также предусмотренных Федеральным законом от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" актов других органов и должностных лиц, исполнению законодательства об уголовном судопроизводстве по делам, отнесенным уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации к подследственности федерального органа исполнительной власти по обеспечению установленного порядка деятельности судов и исполнению судебных актов и актов других органов, т.е. выполнение публично-значимых государственных функций.
Согласно Федеральному закону "О судебных приставах" судебные приставы являются должностными лицами, состоящими на государственной службе (пункт 2 статьи 3). Должности судебного пристава по исполнению установленного порядка деятельности судов и судебного пристава-исполнителя включены в Реестр должностей федеральной государственной гражданской службы (утвержден Указом Президента Российской Федерации от 31 декабря 2005 года N 1574).
Следовательно, судебные приставы - это федеральные государственные гражданские служащие, и на них распространяются как ограничения и запреты, так и гарантии, установленные Федеральным законом от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации".
Так, в соответствии с названным Федеральным законом предусматривается медицинское страхование государственных гражданских служащих, гарантируется обязательное государственное социальное страхование на случай заболевания или утраты трудоспособности в период прохождения гражданской службы либо сохранение денежного содержания при временной нетрудоспособности, при этом виды и условия социального страхования, связанные с профессиональной служебной деятельностью, отнесены к существенным условиям служебного контракта (пункт 16 части 1 статьи 14, пункт 9 части 3 статьи 24, пункты 5 и 6 части 1 статьи 52).
В силу статьи 73 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации", согласно которой федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, содержащие нормы трудового права, применяются к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной данным Федеральным законом, к государственным гражданским служащим применяется и статья 184 Трудового кодекса Российской Федерации о гарантиях и компенсациях при несчастном случае на производстве и профессиональном заболевании, при этом виды, объемы и условия их предоставления определяются Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", которым в настоящее время урегулированы правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и положения которого, соответственно, также распространяются на государственных гражданских служащих.
3.2. Учитывая специфику служебных обязанностей судебных приставов, государство наряду с обязательным государственным социальным страхованием вправе установить для данной категории государственных служащих дополнительные гарантии по материальному обеспечению, в том числе в случае причинения в связи с профессиональной (служебной) деятельностью телесных повреждений или иного вреда здоровью, исключающих дальнейшую возможность заниматься профессиональной деятельностью. Такие гарантии для судебных приставов установлены в статье 20 Федерального закона "О судебных приставах". Так, в случае причинения судебному приставу в связи с его профессиональной (служебной) деятельностью телесных повреждений или иного вреда здоровью, исключающих дальнейшую возможность заниматься профессиональной деятельностью, ему выплачивается страховая сумма в размере, равном 36-кратному размеру среднемесячной заработной платы судебного пристава (абзац третий пункта 2), а также ежемесячно ему выплачивается компенсация в виде разницы между его среднемесячной заработной платой и назначенной ему в связи с этим пенсией, без учета суммы выплат, полученных по государственному страхованию (пункт 3).
Положения данной статьи не могут рассматриваться как нарушающие какие-либо конституционные права заявительницы, поскольку ими для судебных приставов закрепляются дополнительные (помимо основных общих гарантий и прав, предусмотренных для федеральных гражданских служащих) гарантии, предоставляемые в страховых случаях, которыми признаются любые перечисленные в пункте 2 данной статьи события, наступившие в связи с осуществлением судебным приставом его профессиональной (служебной) деятельности.
Более того, в пункте 7 данной статьи прямо указывается, что основанием для отказа в выплате страховых сумм и компенсаций являются только приговор или постановление суда в отношении лица, признанного виновным в гибели (смерти) судебного пристава или причинении ему телесных повреждений либо уничтожении или повреждении принадлежащего ему имущества, которыми установлено, что эти события не связаны со служебной деятельностью судебного пристава.
Не может статья 20 Федерального закона "О судебных приставах", вопреки мнению заявительницы, рассматриваться и как нарушающая конституционный принцип равенства всех перед законом и судом, поскольку закрепленные в ней условия получения страхового возмещения распространяются на всех судебных приставов, вред здоровью которых причинен в связи с их профессиональной (служебной) деятельностью.
Из представленных материалов следует, что Т.И. Фирсовой в полной мере было использовано право на судебную защиту, а потому нельзя считать, что оспариваемые ею положения нарушили ее права, гарантированные статьями 45, 46, 118 (части 2 и 3), 120, 123 (части 3) и 126 Конституции Российской Федерации.
Разрешение же вопроса о том, был ли вред здоровью заявительницы причинен в результате несчастного случая при исполнении ею служебных обязанностей судебного пристава, как связанного с установлением и исследованием фактических обстоятельств дела, относится к полномочиям судов общей юрисдикции и не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации").
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Фирсовой Татьяны Ивановны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН