КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 2 апреля 2009 г. N 472-О-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ
ГРАЖДАНКИ ТЕСЛЕНКО ДИНЫ ПАВЛОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 8 ЧАСТИ 1 И ЧАСТЬЮ 2 СТАТЬИ 37
ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ГОСУДАРСТВЕННОЙ ГРАЖДАНСКОЙ СЛУЖБЕ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи С.П. Маврина, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданки Д.П. Тесленко,
установил:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка Д.П. Тесленко оспаривает конституционность следующих положений Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации":
пункта 8 части 1 статьи 37, согласно которому служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя, а гражданский служащий - освобожден от замещаемой должности гражданской службы и уволен с гражданской службы в случае прекращения допуска гражданского служащего к сведениям, составляющим государственную тайну, если исполнение должностных обязанностей требует допуска к таким сведениям;
части 2 статьи 37, предусматривающей, что увольнение с гражданской службы в связи с несоответствием гражданского служащего замещаемой должности гражданской службы по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением либо вследствие недостаточной квалификации, подтвержденной результатами аттестации, допускается, если невозможно перевести гражданского служащего с его согласия на иную должность гражданской службы.
Как следует из представленных материалов, Д.П. Тесленко, замещавшей должность начальника отдела защиты государственной тайны и специальной документальной связи Центральной акцизной таможни, был объявлен выговор за ненадлежащее исполнение служебных обязанностей, а затем был прекращен ее допуск к государственной тайне, что послужило основанием для расторжения заключенного с ней служебного контракта и освобождения от занимаемой должности на основании пункта 8 части 1 статьи 37 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации". Д.П. Тесленко обратилась в Московский городской суд с требованиями о признании незаконным приказа Центральной акцизной таможни об объявлении ей выговора, о восстановлении ее на работе и защите ряда трудовых прав, нарушенных, по ее мнению, нанимателем в период действия служебного контракта. Решением от 7 мая 2008 года Д.П. Тесленко было отказано в удовлетворении ее исковых требований в полном объеме. Определением Верховного Суда Российской Федерации от 22 августа 2008 года решение суда первой инстанции было частично отменено, а в части отказа в удовлетворении иска о признании незаконным приказа Центральной акцизной таможни об объявлении Д.П. Тесленко выговора и восстановлении ее на работе - оставлено без изменения. Суды общей юрисдикции, не усмотревшие в материалах дела каких-либо фактов, свидетельствующих о незаконности ее увольнения, сослались на пункт 8 части 1 статьи 37 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации".
Заявительница утверждает, что оспариваемые ею законоположения противоречат статьям 19 (части 1 и 2), 37 (части 1 и 3) и 55 (части 3) Конституции Российской Федерации, поскольку не предоставляют гражданскому служащему, чей допуск к сведениям, составляющим государственную тайну, прекращается в установленном порядке, гарантию в виде предложения другой должности гражданской службы, не связанной с допуском к государственной тайне, т.е. позволяют увольнять гражданского служащего со службы при наличии вакантной должности, замещение которой не требует подобного допуска, и при отсутствии его отказа от перевода на такую должность, а потому являются дискриминационными, не обеспечивающими равный уровень гарантий в сфере труда и занятости для наемных работников и государственных гражданских служащих при их увольнении в связи с прекращением допуска к государственной тайне, нарушающими ее трудовые права, не согласующимися с конституционно значимыми целями ограничения прав и свобод.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные Д.П. Тесленко материалы, не находит оснований для принятия ее жалобы к рассмотрению.
2.1. Согласно Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1). Данное право может быть реализовано гражданином в различных формах, в том числе путем поступления на государственную гражданскую службу.
Специфика государственной гражданской службы в Российской Федерации как профессиональной служебной деятельности граждан Российской Федерации по обеспечению исполнения полномочий органов государственной власти предопределяет особый правовой статус гражданских служащих, который включает в себя, в частности, обусловленные характером соответствующей деятельности права и обязанности гражданских служащих, налагаемые на них ограничения, связанные с государственной гражданской службой, а также предоставляемые гражданским служащим гарантии.
Установление особого правового статуса гражданских служащих осуществляется федеральным законодателем, который посредством специального правового регулирования вправе определять для данной категории лиц соответствующие права, обязанности, ограничения и гарантии с учетом специфики задач, принципов организации и функционирования государственной гражданской службы.
Поскольку государственная гражданская служба представляет собой особую форму реализации права на свободное распоряжение своими способностями к труду, специальные нормы, которые регулируют служебные отношения лиц, замещающих должности государственной гражданской службы, могут отличаться от норм, регламентирующих отношения, возникающие в процессе реализации указанного права в иных формах (в частности, путем заключения трудового договора).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, принцип равенства, закрепленный в статье 19 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, не препятствует законодателю при осуществлении специального правового регулирования труда (прохождения службы) устанавливать различия в правовом статусе лиц, принадлежащих к разным по условиям и роду деятельности категориям, если эти различия являются объективно оправданными, обоснованными и соответствуют конституционно значимым целям. Такие различия, основанные на специфических (квалификационных) требованиях, связанных с определенной работой, согласно пункту 2 статьи 1 Конвенции МОТ N 111, не считаются дискриминацией (Постановление от 6 июня 1995 года N 7-П, определения от 1 июля 1998 года N 84-О; от 8 февраля 2001 года N 45-О; от 5 июля 2001 года N 134-О; 3 октября 2002 года N 233-О; 19 апреля 2007 года N 266-О-О).
2.2. Необходимость предоставления гражданским служащим дополнительных гарантий в сфере труда и занятости при расторжении с ними служебного контракта по инициативе нанимателя непосредственно из Конституции Российской Федерации не вытекает. Определение вида и объема подобных гарантий, а также случаев их предоставления является прерогативой федерального законодателя, который, регламентируя порядок прекращения служебного контракта с гражданским служащим, вправе устанавливать перечень тех оснований, увольнению по которым предшествует предложение гражданскому служащему иной должности гражданской службы.
Такого рода гарантии не охватываются содержанием закрепленных Конституцией Российской Федерации прав граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, выбор рода деятельности и профессии (статья 37, часть 1), а также на защиту от безработицы (статья 37, часть 3).
3. Оспариваемый заявительницей пункт 8 части 1 статьи 37 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации" предусматривает одно из оснований расторжения служебного контракта с гражданским служащим по инициативе нанимателя - прекращение допуска гражданского служащего к сведениям, составляющим государственную тайну, если исполнение должностных обязанностей требует допуска к таким сведениям. В данном случае расторжение служебного контракта производится в связи с объективной невозможностью выполнения гражданским служащим возложенных на него служебных обязанностей, вызванной прекращением действия основного условия замещения соответствующей должности - допуска к сведениям, составляющим государственную тайну. Поэтому оспариваемая Д.П. Тесленко норма сама по себе не может рассматриваться как нарушающая ее конституционные права и свободы. Следовательно, ее жалоба в этой части не является допустимой в силу статей 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Что касается части 2 статьи 37 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации", то, как следует из приложенных к жалобе решений судов общей юрисдикции, она в деле Д.П. Тесленко непосредственно не применялась и не могла быть применена, поскольку предусмотренная ею гарантия предоставляется при увольнении гражданских служащих по инициативе нанимателя по иным основаниям, отличным от основания увольнения заявительницы.
Настаивая на признании части 2 статьи 37 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации" не соответствующей Конституции Российской Федерации, Д.П. Тесленко фактически предлагает внести целесообразные, с ее точки зрения, дополнения в действующее законодательство, предусматривающие необходимость предоставления гражданскому служащему, допуск которого к сведениям, составляющим государственную тайну, прекращен в установленном порядке, дополнительной гарантии в виде предложения ему другой должности гражданской службы, не связанной с допуском к государственной тайне и, как следствие, - возможность расторжения с гражданским служащим служебного контракта по основанию, установленному пунктом 8 части 1 статьи 37 названного Федерального закона, лишь при отсутствии иной должности гражданской службы либо при отказе гражданского служащего от перевода на иную должность гражданской службы.
Однако разрешение подобных вопросов является прерогативой федерального законодателя и не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 1 и 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Тесленко Дины Павловны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой, и поскольку разрешение поставленного заявительницей вопроса Конституционному Суду Российской Федерации неподведомственно.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
Судья-секретарь
Конституционного Суда
Российской Федерации
Ю.М.ДАНИЛОВ