КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 1 марта 2011 года N 270-О-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ
ГРАЖДАНКИ ПИМЧЕНКОВОЙ НИНЫ МИХАЙЛОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ
ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ АБЗАЦЕМ ЧЕТВЕРТЫМ ПУНКТА 2
ПОСТАНОВЛЕНИЯ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
"О РАСПРОСТРАНЕНИИ ДЕЙСТВИЯ ЗАКОНА РСФСР "О СОЦИАЛЬНОЙ
ЗАЩИТЕ ГРАЖДАН, ПОДВЕРГШИХСЯ ВОЗДЕЙСТВИЮ РАДИАЦИИ
ВСЛЕДСТВИЕ КАТАСТРОФЫ НА ЧЕРНОБЫЛЬСКОЙ АЭС"
НА ГРАЖДАН ИЗ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ ОСОБОГО РИСКА"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи Л.М. Жарковой, проводившей на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданки Н.М. Пимченковой,
установил:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка Н.М. Пимченкова оспаривает конституционность абзаца четвертого пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2123-I "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска" (в редакции Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ), определяющего порядок распространения на членов семей, потерявших кормильца из числа ветеранов подразделений особого риска, мер социальной поддержки, установленных для граждан, пострадавших вследствие чернобыльской катастрофы, Законом Российской Федерации от 15 мая 1991 года N 1244-I "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", а именно пунктами 3, 7, 8, 12 - 14 части первой статьи 14, частью четвертой статьи 39, а также статьями 41 и 42.
Как следует из представленных материалов, заявительница является вдовой ветерана подразделений особого риска И.М. Пимченкова, который в период прохождения военной службы принимал непосредственное участие в ликвидации радиационных аварий на ядерных установках надводных и подводных кораблей и других военных объектах (подпункт "в" пункта 1 Постановления Верховного Совета Российской Федерации "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска"), 29 мая 2009 года был признан инвалидом I группы вследствие общего заболевания, а 4 июня 2009 года умер.
Решением Санкт-Петербургского регионального межведомственного экспертного совета от 18 сентября 2009 года была установлена причинная связь смерти И.М. Пимченкова с воздействием радиационных факторов при непосредственном участии в действиях подразделений особого риска. В соответствии с частью четвертой статьи 39 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" Военным комиссариатом Ульяновской области Н.М. Пимченковой была выплачена единовременная компенсация в связи с потерей кормильца вследствие воздействия радиации в размере 17 947,61 руб., в назначении же заявительнице ежемесячной денежной компенсации было отказано, поскольку ее муж не был признан инвалидом вследствие заболевания, связанного с воздействием радиационных факторов при непосредственном участии в действиях подразделений особого риска.
Не согласившись с отказом, Н.М. Пимченкова обратилась с иском об установлении ежемесячной компенсации в возмещение вреда, причиненного смертью кормильца, в Ленинский районный суд города Ульяновска, который своим решением от 11 марта 2010 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 13 апреля 2010 года, отказал в удовлетворении ее требования, ссылаясь на то, что ее мужу инвалидность в связи с воздействием радиации не устанавливалась и ежемесячная компенсация в возмещение вреда здоровью не выплачивалась.
Заявительница повторно обратилась в Санкт-Петербургский региональный межведомственный экспертный совет, который решением от 18 августа 2010 года установил, что заболевание И.М. Пимченкова, приведшее к инвалидности и смерти, связано с радиационным воздействием вследствие непосредственного участия в действиях подразделений особого риска. Однако в удовлетворении заявления о пересмотре ранее вынесенного судебного решения по вновь открывшимся обстоятельствам определением Ленинского районного суда города Ульяновска от 1 ноября 2010 года Н.М. Пимченковой было отказано.
По мнению заявительницы, оспариваемое ею законоположение, как не предоставляющее членам семьи ветеранов подразделений особого риска, признанных инвалидами и умерших вследствие заболевания, обусловленного воздействием радиации, права на получение ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, установленной пунктом 15 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", неправомерно ограничивает объем их социальной защиты и тем самым противоречит статьям 19 (часть 1), 42 и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации.
2. Статья 42 Конституции Российской Федерации предоставляет каждому право на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением. Государство, исполняя конституционную обязанность по защите прав и свобод человека и гражданина (статьи 2 и 18 Конституции Российской Федерации), должно обеспечить лицам, пострадавшим от радиационных чрезвычайных ситуаций техногенного характера, возмещение вреда, причиненного воздействием радиации.
Факт массового причинения вреда здоровью граждан, оказавшихся по воле государства в зоне радиационного излучения, вызванного испытанием ядерного оружия либо аварией энергетических ядерных установок, обусловливает возникновение конституционно-правовых отношений по поводу возмещения вреда, причиненного их здоровью, между государством, с деятельностью которого в сфере освоения и использования ядерной энергии связано причинение вреда, и пострадавшими от этого гражданами.
К числу таких граждан Постановлением Верховного Совета Российской Федерации "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска" отнесены и ветераны подразделений особого риска, ставшие инвалидами вследствие воздействия радиации: на них распространены меры социальной поддержки, установленные для инвалидов вследствие чернобыльской катастрофы. Тем самым Российская Федерация признала необходимость компенсации вреда здоровью этих граждан на тех же принципах, которые изложены в данном Законе применительно к гражданам, пострадавшим от радиационного излучения вследствие чернобыльской катастрофы и ее последствий (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 7 октября 2005 года N 385-О и от 1 марта 2010 года N 296-О-П).
2.1. Социальная защита семей ветеранов подразделений особого риска осуществляется путем предоставления им мер социальной поддержки, предусмотренных пунктами 3, 7, 8, 12 - 14 части первой статьи 14, частью четвертой статьи 39, а также статьями 41 и 42 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", в частности в виде оплаты в размере 50 процентов занимаемой общей площади в домах государственного и муниципального фондов и в приватизированных жилых помещениях (в пределах норм, предусмотренных законодательством Российской Федерации); оплаты в размере 50 процентов за пользование отоплением, водопроводом, газом и электроэнергией, а проживающим в домах, не имеющих центрального отопления, - предоставления скидки в размере 50 процентов со стоимости топлива, приобретаемого в пределах норм, установленных для продажи населению, включая транспортные расходы; ежемесячной денежной компенсации на приобретение продовольственных товаров; преимущественного обеспечения местами в пансионатах ветеранов или домах-интернатах для престарелых и инвалидов и др.
Кроме того, в случае установления причинной связи смерти кормильца - ветерана подразделений особого риска с заболеванием, которое обусловлено воздействием радиационных факторов, семьям умерших ветеранов выплачивается единовременная компенсация; нетрудоспособные члены семьи умершего ветерана подразделений особого риска, состоявшие на его иждивении, имеют право на ежемесячную компенсацию в связи с потерей кормильца (абзац четвертый пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска").
Такое правовое регулирование направлено на обеспечение социальной защиты членов семей ветеранов подразделений особого риска в целях компенсации им вреда, причиненного смертью кормильца, подвергшегося радиационному воздействию в связи с испытаниями ядерного оружия либо радиационными авариями, которые имели место в СССР в условиях нештатных радиационных ситуаций в начальный период освоения и использования ядерной энергии.
2.2. Из материалов, приложенных к жалобе, усматривается, что Н.М. Пимченкова, имеющая статус члена семьи ветерана подразделений особого риска, получает соответствующие меры социальной поддержки. В то же время ей было отказано в установлении ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного смертью кормильца, поскольку ее муж не был признан инвалидом вследствие воздействия радиации, на которого распространяется право на получение такой компенсации на равных условиях с инвалидами вследствие чернобыльской катастрофы.
Однако возникновение у членов семьи умершего права на предоставление мер социальной поддержки связано с наличием у кормильца правового статуса лица, здоровью которого был причинен вред в связи с радиационным воздействием, обусловленным чернобыльской катастрофой, что предопределяет возникновение конституционной обязанности государства по его возмещению; основаниями для выполнения государством названной обязанности перед конкретным лицом, которое оказалось в зоне влияния радиационного излучения и других неблагоприятных факторов, возникших вследствие чернобыльской катастрофы, являются факт причинения ему вреда и наличие причинно-следственной связи между наступлением неблагоприятных последствий для его здоровья и соответствующей чрезвычайной ситуацией. Приобретение этого статуса осуществляется в рамках особой правоприменительной процедуры, которая предполагает установление межведомственными экспертными советами и военно-врачебными комиссиями причинной связи между повлекшим инвалидность заболеванием и радиационным воздействием вследствие чернобыльской катастрофы, как это предусмотрено частью седьмой статьи 24 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2007 года N 960-О-П и от 16 декабря 2008 года N 1085-О-П).
Постановлением Верховного Совета Российской Федерации "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска" на граждан из подразделений особого риска было распространено действие статьи 24 названного Закона. Следовательно, механизм реализации данных законоположений в отношении указанной категории граждан также предполагает установление причинной связи инвалидности с воздействием радиационных факторов вследствие непосредственного участия в действиях подразделений особого риска.
2.3. Как следует из определений Конституционного Суда Российской Федерации от 16 декабря 2008 года N 1085-О-П и от 5 марта 2009 года N 496-О-П, волеизъявление самого пострадавшего от воздействия радиации в любом случае должно рассматриваться как юридический факт, на основании которого начинается соответствующая правоприменительная процедура, независимо от того, была ли она надлежащим образом завершена, и было ли решение по такому заявлению принято при жизни инвалида. Изменение причины инвалидности, в том числе в отношении граждан из подразделений особого риска, также осуществляется на основании заявления самого инвалида (пункты 14 и 24 Правил признания лица инвалидом, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 февраля 2006 года N 95; пункты 2, 3, 16 и 20 Разъяснения Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 15 апреля 2003 года N 1 "Об определении федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы причин инвалидности").
Таким образом, приобретение специального правового статуса "инвалид вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей военной службы и связанного с непосредственным участием в действиях подразделений особого риска" как при установлении инвалидности впервые, так при изменении причины инвалидности связано прежде всего с волеизъявлением самого гражданина.
Представленные в Конституционный Суд Российской Федерации материалы свидетельствуют о том, что И.М. Пимченков был признан инвалидом вследствие общего заболевания, с заявлением об установлении причинной связи вызвавшего инвалидность заболевания с воздействием радиационных факторов в межведомственный экспертный совет не обращался, а потому на момент смерти не имел статуса инвалида вследствие заболевания, полученного при исполнении обязанностей военной службы и связанного с непосредственным участием в действиях подразделений особого риска, и по своему правовому положению не был приравнен к инвалидам вследствие чернобыльской катастрофы.
При таких обстоятельствах оспариваемое законоположение не может рассматриваться как нарушающее права заявительницы - члена семьи ветерана подразделений особого риска в ее конкретном деле. Соответственно, ее жалоба, как не отвечающая критериям допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, вытекающим из статей 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не может быть принята им к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Пимченковой Нины Михайловны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН