ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 12 июля 2018 г. N АПЛ18-244
Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Зайцева В.Ю.,
членов коллегии Асташова С.В., Попова В.В.,
при секретаре Г.
рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Б. о признании частично недействующими пунктов 3 и 6 приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 18 марта 2010 г. N 8-75 "Об условиях оплаты труда работников органов прокуратуры Российской Федерации, осуществляющих служебную деятельность на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации"
по апелляционной жалобе Б. на решение Верховного Суда Российской Федерации от 5 апреля 2018 г., которым в удовлетворении административного искового заявления отказано.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зайцева В.Ю., объяснения Б., поддержавшей апелляционную жалобу, представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации Мухиной О.В., возражавшей против доводов апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
установила:
18 марта 2010 г. Генеральным прокурором Российской Федерации издан приказ N 8-75 "Об условиях оплаты труда работников органов прокуратуры Российской Федерации, осуществляющих служебную деятельность на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации" (далее - Приказ).
Пунктом 3 Приказа предусмотрено исчислять и выплачивать единовременные выплаты (в том числе компенсации и выходное пособие при увольнении), страховые суммы и пенсии, исходя из должностных окладов (окладов), доплат (окладов) за классный чин без учета их повышения, предусмотренного пунктом 1 данного приказа.
Пунктом 6 Приказа начальнику Главного управления обеспечения деятельности органов и учреждений прокуратуры Генеральной прокуратуры Российской Федерации предписано обеспечить в установленном порядке финансирование расходов, связанных с реализацией Приказа.
Б., уволенная из органов прокуратуры по собственному желанию в связи с выходом на пенсию за выслугу лет, обратилась в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании частично недействующими пунктов 3 и 6 Приказа, ссылаясь на их противоречие Конституции Российской Федерации, Трудовому кодексу Российской Федерации, статье 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон о трудовых пенсиях), пункту "а" части 1 статьи 14 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей" (далее - Закон Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N 4468-1). Полагает, что Приказ в оспариваемой части нарушает ее право на получение пенсии за выслугу лет в большем размере.
Решением Верховного Суда Российской Федерации от 5 апреля 2018 г. в удовлетворении административного искового заявления отказано.
В апелляционной жалобе Б., не соглашаясь с таким решением, просит его отменить, как незаконное, утверждая, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального права, а изложенные в судебном решении выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации оснований для ее удовлетворения и отмены обжалуемого решения не находит.
В силу пункта 1 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации основанием для признания нормативного правового акта не действующим полностью или в части является его несоответствие иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.
По настоящему административному делу такое основание для признания пунктов 3 и 6 Приказа недействующими отсутствует.
Согласно пункту 1 статьи 17 Федерального закона от 17 января 1992 г. N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации" (далее - Федеральный закон о прокуратуре Российской Федерации) Генеральный прокурор Российской Федерации издает обязательные для исполнения всеми работниками органов и организаций прокуратуры приказы, указания, распоряжения, положения и инструкции, регулирующие вопросы организации деятельности системы прокуратуры Российской Федерации и порядок реализации мер материального и социального обеспечения указанных работников.
В соответствии с пунктом 1 Указа Президента Российской Федерации от 30 октября 2009 г. N 1225 "О дополнительных гарантиях и компенсациях работникам органов прокуратуры Российской Федерации, осуществляющим деятельность на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации, и членам их семей" (далее - Указ) работникам органов прокуратуры Российской Федерации, осуществляющим служебную деятельность на территориях Республики Дагестан, Республики Ингушетия, Кабардино-Балкарской Республики, Карачаево-Черкесской Республики, Республики Северная Осетия - Алания и Чеченской Республики, а также работникам органов прокуратуры Российской Федерации, направленным для выполнения задач по обеспечению законности и правопорядка на территориях указанных субъектов Российской Федерации, за время фактического выполнения ими этих задач постановлено выплачивать должностные оклады (оклады) и доплаты за классный чин с повышением на 50 процентов (абзац первый). Исчислять и выплачивать единовременные выплаты (в том числе компенсации и выходное пособие при увольнении), страховые суммы и пенсии, исходя из должностных окладов и доплат за классный чин без учета их повышения, предусмотренного этим пунктом (абзац второй).
Из преамбулы Приказа видно, что он издан Генеральным прокурором Российской Федерации в целях реализации положений Указа и в соответствии с полномочиями, предусмотренными пунктом 1 статьи 17 Федерального закона о прокуратуре Российской Федерации.
Пунктом 1 Приказа предусмотрена выплата работникам органов прокуратуры Российской Федерации, осуществляющим служебную деятельность на территориях Республики Дагестан, Республики Ингушетия, Кабардино-Балкарской Республики, Карачаево-Черкесской Республики, Республики Северная Осетия - Алания и Чеченской Республики, а также работникам органов прокуратуры Российской Федерации, направленным для выполнения задач по обеспечению законности и правопорядка на территориях указанных субъектов Российской Федерации, за время фактического выполнения ими этих задач должностных окладов (окладов) и доплат (окладов) за классный чин с повышением на 50 процентов.
Пунктом 3 Приказа предписано исчислять и выплачивать единовременные выплаты (в том числе компенсации и выходное пособие при увольнении), страховые суммы и пенсии, исходя из должностных окладов (окладов), доплат (окладов) за классный чин без учета их повышения, предусмотренного пунктом 1 Приказа.
Поскольку положение пункта 3 Приказа основано на Указе и полностью воспроизводит содержание его абзаца второго пункта 1, суд первой инстанции сделал правильный вывод об отсутствии оснований для удовлетворения административного иска в данной части.
При этом суд правильно указал в решении, что Приказ имеет ведомственный характер, не содержит правовых норм, затрагивающих права, свободы и обязанности человека и гражданина, и не относится к категории организационно-распорядительных документов, подлежащих опубликованию в журнале "Законность".
Доводы Б. о противоречии пунктов 3 и 6 Приказа Конституции Российской Федерации, Трудовому кодексу Российской Федерации, статье 30 Федерального закона о трудовых пенсиях, пункту "а" части 1 статьи 14 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N 4468-1 и нарушении ее пенсионных прав отклонены судом правомерно ввиду их необоснованности.
Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, Б. проходила службу в прокуратуре Карачаево-Черкесской Республики в должности старшего помощника Адыге-Хабльского межрайонного прокурора, была уволена из органов прокуратуры 15 июля 2013 г. по собственному желанию в связи с выходом на пенсию за выслугу лет. Не соглашаясь с размером назначенной и выплачиваемой ей пенсии, Б. в судебном порядке предъявила исковые требования к прокуратуре Карачаево-Черкесской Республики, в том числе о произведении перерасчета пенсии, в удовлетворении которых ей было отказано. Оспаривая положения Приказа в порядке абстрактного нормоконтроля, Б. фактически выражает несогласие с размером получаемой пенсии за выслугу лет и состоявшимися по гражданскому делу судебными актами по ее иску к прокуратуре Карачаево-Черкесской Республики о признании бездействия ответчика незаконным в части перерасчета пенсии в сторону увеличения, об обязании произвести перерасчет в сторону увеличения, о взыскании задолженности по окладу, выходному пособию и за переработку сверхурочной нормы, на что правильно указано в обжалуемом решении.
Отказывая в удовлетворении административного иска, суд первой инстанции верно исходил из того, что пункты 3 и 6 Приказа не регулируют отношения, связанные с пенсионным обеспечением прокурорских работников и не содержат предписаний, изменяющих установленное в этих целях правовое регулирование, предусмотренное Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N 4468-1. Норм, противоречащих положениям Федерального закона о трудовых пенсиях, Приказ в оспариваемой части не содержит. Не вступают в противоречие оспариваемые предписания и с Порядком исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий работникам органов и организаций прокуратуры Российской Федерации и их семьям, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 г. N 942, изданным в связи с Федеральным законом от 13 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О прокуратуре Российской Федерации" по иным вопросам.
Определение в пункте 6 Приказа должностного лица, обеспечивающего в установленном порядке финансирование расходов, связанных с его реализацией, не затрагивает права административного истца в отношениях, возникших в связи с пенсионным обеспечением.
Учитывая, что при рассмотрении и разрешении дела установлено, что пункты 3 и 6 Приказа соответствуют нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, суд в соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации правомерно отказал Б. в удовлетворении заявленного требования.
Апелляционная жалоба административного истца не содержит доводов, свидетельствующих о незаконности обжалуемого решения.
Несогласие Б. с размером назначенной по выслуге лет пенсии со ссылкой на нарушение ее пенсионных прав оспариваемым в части Приказом поводом для признания пунктов 3 и 6 данного приказа недействующими не является.
Утверждение в апелляционной жалобе о противоречии изложенных в обжалуемом решении выводов фактическим обстоятельствам дела является ошибочным и не может повлечь отмену обжалуемого решения.
Решение суда первой инстанции вынесено в соответствии с нормами материального и процессуального права; предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации оснований для его отмены не имеется.
Руководствуясь статьями 308 - 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
определила:
решение Верховного Суда Российской Федерации от 5 апреля 2018 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Б. - без удовлетворения.
Председательствующий
В.Ю.ЗАЙЦЕВ
Члены коллегии
С.В.АСТАШОВ
В.В.ПОПОВ