ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
РЕШЕНИЕ
от 19 марта 2003 г. N ГКПИ 02-1340, ГКПИ 03-16
Именем Российской Федерации
Верховный Суд Российской Федерации в составе:
председательствующего - судьи Верховного Суда РФ Колычевой Г.А., при секретаре Терентьевой С.В., Чистякове А.В., с участием прокурора Воскобойниковой Е.Л.,рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Кирдяева Василия Владимировича о признании пункта 31 Временных критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2001 года N 56, недействительным (незаконным) и заявление Кознова Владимира Васильевича о признании пунктов 30, 31 Временных критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2001 года N 56, недействительными (незаконными),
установил:
Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2001 года N 56 "Об утверждении Временных критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, формы программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания" утверждены Временные критерии определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (далее - Временные критерии).
Пунктом 30 Временных критериев предусмотрено, что если диагностированное в период трудовой деятельности профессиональное заболевание или последствия несчастного случая на производстве не повлекли за собой утрату профессиональной трудоспособности работника и позволяли ему выполнять работу по соответствующей профессии без снижения квалификации, класса тяжести труда и заработной платы вплоть до выхода на пенсию по старости, но на момент освидетельствования сами по себе ограничивают способность к труду, степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах устанавливается с учетом возможности выполнения любой трудовой деятельности.
Согласно пункту 31 Временных критериев степень утраты профессиональной трудоспособности не определяется, если диагностированное в период трудовой деятельности профессиональное заболевание или последствия несчастного случая на производстве не повлекли за собой утрату работником профессиональной трудоспособности в период трудовой деятельности, позволяли ему выполнять работу по соответствующей профессии без снижения квалификации, класса тяжести труда и заработной платы вплоть до выхода на пенсию по старости и на момент освидетельствования сами по себе не ограничивают способности к трудовой деятельности.
Кирдяев В.В. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании недействительным (незаконным) пункта 31 Временных критериев, Кознов В.В. - с заявлением о признании недействительными пунктов 30 и 31 того же нормативного акта.
Кирдяев В.В. указал, что, получив 9 января 1972 года в результате несчастного случая на производстве травму руки, частично утратил трудоспособность, был вынужден оставить работу составителя поездов и работал дежурным слесарем. 10 июля 2002 года обратился в Первичное бюро медико-социальной экспертизы города Южноуральска Челябинской области для установления степени утраты трудоспособности, однако ему в этом было отказано. Южноуральский городской суд, куда обратился с жалобой на действия государственного органа, решением от 31 октября 2002 года признал жалобу необоснованной, сославшись на пункт 31 Временных критериев.
Другой заявитель - Кознов В.В. указал, что с 21 ноября 1973 года по 28 февраля 1991 года работал штурманом корабля Ан-12, ТУ-134 в составе экипажа воздушного судна Гражданской авиации, получил профзаболевание в виде двусторонней тугоухости с умеренной степенью слуха. Первые признаки тугоухости были обнаружены у него в 1987 году, в 1990 году установлен диагноз: "Двусторонний кохлеарный неврит". С 1 марта 1991 года он ушел на пенсию по выслуге лет и стал работать председателем профкома летного состава АК "Донавиа". Данная должность не летная и по тяжести, напряженности, квалификации труда, ответственности, зарплате намного ниже, чем летная. 5 февраля 2002 года Центром профессиональной патологии г. Шахты Ростовской области ему установлен диагноз: "Двусторонняя нейросенсорная тугоухость умеренной степени - заболевание профессиональное". Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ростовской области вначале занизило, а затем полностью сняло с него степень утраты профессиональной трудоспособности. За защитой своих прав обратился в федеральный суд Кировского района г. Ростова-на-Дону, но решением от 5 января 2003 года суд в удовлетворении заявленных им требований отказал. При этом суд сослался на пункты 30 и 31 Временных критериев. Судебная коллегия Ростовского областного суда по гражданским делам своим определением от 26 февраля 2003 года оставила данное решение в силе.
По мнению заявителей Кирдяева В.В. и Кознова В.В., пункты 30 и 31 Временных критериев приняты Министерством труда и социального развития Российской Федерации с превышением своих полномочий, противоречат действующему законодательству и нарушают права граждан на обеспечение по страхованию. Указанные пункты устанавливают ограничения на возмещение вреда, причиненного здоровью, в зависимости от возраста и времени обращения за страховым возмещением.
Дела по заявлениям Кирдяева В.В. и Кознова В.В. объединены в одно производство для совместного рассмотрения и разрешения.
В качестве заинтересованных лиц к участию в деле привлечены Министерство труда и социального развития Российской Федерации, Министерство здравоохранения Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации и Министерство юстиции Российской Федерации.
Заявитель Кирдяев В.В. и представитель Министерства здравоохранения Российской Федерации в суд не явились, о времени и месте судебного заседания извещены, просили рассмотреть дело в их отсутствие.
Всеми заинтересованными лицами в суд представлены письменные возражения относительно заявлений Кирдяева В.В. и Кознова В.В.
В судебном заседании Кознов В.В. поддержал свои требования. Представитель Министерства труда РФ Шаронова В.Н., представители Фонда социального страхования РФ Маврина В.В. и Куделина Л.А., Министерства юстиции РФ - Чижикова Т.Ю. возражали против удовлетворения требований заявителей, считая их необоснованными.
Выслушав объяснения Кознова В.В., представителей заинтересованных лиц, исследовав материалы дела и заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры РФ Воскобойниковой Е.Л., полагавшей, что Кирдяеву В.В. и Кознову В.В. в удовлетворении требований следует отказать, Верховный Суд РФ считает, что заявления Кирдяева В.В. и Кознова В.В. не подлежат удовлетворению.
Законодательство Российской Федерации об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", принимаемых в соответствии с ним федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации.
В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ (ред. 26.11.2002) "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" обеспечение по страхованию осуществляется в виде пособия по временной нетрудоспособности, страховых выплат (единовременной страховой выплаты и ежемесячных страховых выплат), а также в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с повреждением здоровья застрахованного, на его медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию, включая расходы на: дополнительную медицинскую помощь, в том числе на дополнительное питание и приобретение лекарств, санаторно-курортное лечение, протезирование, обеспечение приспособлениями, необходимыми застрахованному для трудовой деятельности и в быту.
Ежемесячные страховые выплаты предназначены для возмещения утраченного заработка и определяются как доля среднего месячного заработка застрахованного до наступления страхового случая, исчисленная в соответствии со степенью утраты им профессиональной трудоспособности (пункт 1 статьи 12 Федерального закона).
Как следует из статьи 3 Федерального закона, под профессиональной трудоспособностью федеральный законодатель понимает способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества, а под степенью утраты профессиональной трудоспособности - выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая.
Федеральный закон "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" не предусматривает ежемесячных выплат в возмещение вреда, причиненного здоровью, только за факт травмы на производстве или выявление профессионального заболевания.
Согласно пункту 3 статьи 11 Федерального закона степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний определяется Правительством Российской Федерации.
Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2000 года N 789, принятым в соответствии с Федеральным законом "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", были утверждены Правила установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
Тем же Постановлением N 789 Правительство Российской Федерации поручило Министерству труда и социального развития Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации и Фондом социального страхования Российской Федерации утвердить критерии определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также форму программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания;
предоставило Министерству труда и социального развития Российской Федерации и Министерству здравоохранения Российской Федерации полномочия давать необходимые разъяснения по вопросам, связанным с применением Правил, утвержденных настоящим Постановлением.
Временные критерии, нормы которых оспариваются заявителями (пункты 30, 31), утверждены Минтрудом России по согласованию с Минздравом России и Фондом социального страхования во исполнение Постановления Правительства РФ от 16 октября 2000 года N 789.
Постановление Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2001 года N 56 об утверждении Временных критериев зарегистрировано в Министерстве юстиции РФ 15 августа 2001 года за N 2876 и опубликовано 29 августа 2001 года в Российской газете N 167 и 3 сентября 2001 года - в Бюллетене нормативных актов федеральных органов государственной власти N 36.
В соответствии с пунктом 2 раздела 1 Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 16 октября 2000 года N 789, степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в процентах на момент освидетельствования пострадавшего, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утверждаемыми Министерством труда и социального развития Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации и Фондом социального страхования Российской Федерации.
Согласно разделу II Правил при определении степени утраты профессиональной трудоспособности оцениваются последствия повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве, профессионального заболевания и имеющиеся у пострадавшего профессиональные способности, психофизиологические возможности, профессионально значимые качества, позволяющие продолжать выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию, того же содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации, уменьшения объема выполняемой работы и тяжести труда в обычных или специально созданных производственных условиях.
Лица, выработавшие необходимый трудовой стаж без утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, то есть без снижения квалификации, объема трудовой деятельности и заработка вплоть до выхода на пенсию, получают пенсию в полном размере, как это предусмотрено действующим пенсионным законодательством для всех граждан.
Поскольку трудовая пенсия по старости выплачивается в целях компенсации заработной платы, которую получали застрахованные лица перед установлением трудовой пенсии по старости (статьи 2, 5 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации"), ее назначение предусматривает прекращение профессиональной деятельности.
В связи с этим для граждан, достигших права на трудовую пенсию по старости без утраты заработка в период трудовой деятельности вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, не может быть применен общий порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность.
Для указанной категории лиц разработаны особые правила по установлению степени утраты профессиональной трудоспособности, исходя из возможностей выполнять любую трудовую деятельность. Любая трудовая деятельность - это широкий круг работ, в которых может быть занят такой гражданин с учетом его профессиональных способностей, знаний, умений и психофизиологических возможностей. Это и нашло свое отражение в обжалуемых заявителями пунктах нормативного акта.
Пункты 30 и 31 Временных критериев касаются только степени утраты профессиональной трудоспособности.
Что касается нуждаемости пострадавшего в реабилитационных мероприятиях, то этот вопрос ими не регулируется.
Конкретные виды, формы, объемы необходимых реабилитационных мероприятий определяются учреждением медико-социальной экспертизы в порядке, предусмотренном пунктами 20 - 24 Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
Как пояснили представители заинтересованных лиц, если у пострадавших, на которых распространяются пункты 30, 31 Временных критериев, учреждением медико-социальной экспертизы выявлена нуждаемость в реабилитационных мероприятиях, заключение об этом оформляется в виде программы реабилитации, где определяются конкретные виды, формы и объемы необходимых реабилитационных мероприятий.
Оплата расходов на реабилитационные мероприятия производится в порядке, установленном Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 апреля 2001 года N 332 "Об утверждении порядка оплаты дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию лиц, пострадавших в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".
Так, оплата расходов на приобретение дополнительных лекарств и изделий медицинского назначения, протезирование и обеспечение приспособлениями, необходимыми пострадавшему для трудовой деятельности и в быту, производится Фондом социального страхования Российской Федерации за счет средств, предусмотренных на осуществление обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
С учетом изложенного применение пунктов 30, 31 Временных критериев не нарушает прав граждан на обеспечение по страхованию.
В этой связи являются необоснованными доводы заявителей о том, что нормативный акт Министерства труда России в оспариваемой части противоречит статьям 19 и 39 Конституции РФ, статьям 4 и 16 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", статьям 1064, 1068, 1084, 1085 Гражданского кодекса РФ, Правилам установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
По указанным выше основаниям суд не может согласиться и с утверждением Кознова В.В. о противоречии пунктов 30, 31 Временных критериев статьям 22 и 25 Всеобщей Декларации прав человека.
Несостоятельна ссылка и на то, что пункты 30, 31 Временных критериев не соответствуют пунктам 4, 14, 16, 22, 27, 30 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года N 967.
Перечисленные Козновым В.В. пункты Положения определяют понятие "профессионального заболевания", порядок диагностирования профессионального заболевания и расследования обстоятельств и причин его возникновения.
В оспариваемых же пунктах 30 и 31 Временных критериев, как указано выше, определяется порядок установления учреждениями медико-социальной экспертизы степени утраты профессиональной трудоспособности лиц, вышедших на пенсию и не имевших в период трудовой деятельности утраты заработка в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
Как видно из письменных отзывов по делу Минтруда России и Фонда социального страхования Российской Федерации, а также из объяснений в судебном заседании их представителей, Кирдяеву В.В. по последствиям несчастного случая на производстве с 1972 года по 1974 год устанавливалось 30 процентов утраты профессиональной трудоспособности с ежегодным переосвидетельствованием. На очередное переосвидетельствование во ВТЭК (в настоящее время - учреждения медико-социальной экспертизы) для определения степени утраты профессиональной трудоспособности он не явился. Работал дежурным слесарем, аппаратчиком, в 1988 году вышел на пенсию по старости.
В связи с тем, что нормы пункта 31 Временных критериев могут быть применены в отношении граждан, у которых в период трудовой деятельности не было утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а у Кирдяева В.В., как признали заинтересованные лица, имелась утрата профессиональной трудоспособности в период трудовой деятельности в результате несчастного случая на производстве, нормы пункта 31 Временных критериев на Кирдяева В.В. не распространяются.
В отношении его действует общий порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности, исходя из оценки потери способности или возможности продолжать выполнять профессиональную деятельность.
Оставление без удовлетворения решением Южноуральского городского суда от 31 октября 2002 года жалобы Кирдяева В.В. на действия учреждения медико-социальной экспертизы не лишает его права обжаловать это решение в установленном Гражданским процессуальным кодексом РФ порядке.
Таким образом, издавая Временные критерии в оспариваемой заявителями части, Минтруд России действовал в пределах полномочий, предоставленных Правительством Российской Федерации. Нормативный акт согласован с заинтересованными органами, прошел государственную регистрацию, опубликован в официальной печати, в оспариваемой части не противоречит действующему законодательству и прав граждан, в том числе заявителей, не нарушает.
Руководствуясь статьями 194 - 199, 253 ГПК РФ, Верховный Суд Российской Федерации
решил:
заявление Кирдяева Василия Владимировича о признании пункта 31 Временных критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2001 года N 56, недействительным (незаконным) оставить без удовлетворения;
заявление Кознова Владимира Васильевича о признании пунктов 30, 31 Временных критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2001 года N 56, недействительными (незаконными) оставить без удовлетворения.
На решение суда может быть подана кассационная жалоба, а прокурором, участвующим в деле, может быть принесено кассационное представление в течение 10 дней со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Судья Верховного Суда
Российской Федерации
Г.А.КОЛЫЧЕВА