ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
РЕШЕНИЕ
от 7 октября 1999 г. N ГКПИ98-756
Именем Российской Федерации
Верховный Суд Российской Федерации в составе:
председательствующего - судьи Верховного Суда РФ Редченко Ю.Д., при секретаре Е., с участием прокурора Масаловой Л.Ф.,рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску С. о признании недействительным Указа Президента Российской Федерации N 1370 от 13 ноября 1998 года об освобождении его от должности полномочного представителя Президента Российской Федерации в Республике Хакасия, восстановлении в прежней должности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и возмещении понесенных расходов, связанных с рассмотрением данного дела,
установил:
С. с апреля 1997 года работал полномочным представителем Президента Российской Федерации в Республике Хакасия. Указом Президента Российской Федерации от 13 ноября 1998 года N 1370 он был освобожден от занимаемой должности за однократное грубое нарушение служебных обязанностей.
Считая данный Указ Президента Российской Федерации незаконным, С. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с вышеуказанными требованиями, сославшись на то, что за время работы в указанной должности нарушений должностных обязанностей не допускал.
При этом в заявлении указывает на то, что ушел в неоплачиваемый отпуск с 1 по 25 сентября 1998 года в связи необходимостью выполнения учебного плана, т.к. в предоставлении ежегодного отпуска Администрацией Президента Российской Федерации ему было отказано.
Увольнение, по его мнению, было вызвано лишь неприязненными отношениями, сложившимися у него с начальником Управления Администрации Президента Российской Федерации по координации деятельности полномочных представителей Президента Российской Федерации в регионах Ф.
Поскольку на государственных служащих распространяется действие трудового законодательства, то дисциплинарное взыскание должно налагаться на них с соблюдением требований ст. ст. 135 - 136 КЗоТ Российской Федерации, чего в отношении его выполнено не было.
Кроме того, за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей могут быть уволены только руководители предприятий, учреждений, организаций либо руководители обособленных подразделений. Полномочный же представитель Президента Российской Федерации не является руководителем обособленного подразделения и в связи с этим он не может быть уволен по указанному выше основанию (ст. 254 п. 1 КЗоТ Российской Федерации).
Считает также, что Указ Президента Российской Федерации об освобождении его от должности издан с пропуском установленного ч. 2 ст. 136 КЗоТ Российской Федерации месячного срока, что также свидетельствует о его незаконности.
В судебном заседании С. и его представитель Р. заявленные требования поддержали.
Представитель Президента Российской Федерации Д. с требованиями С. не согласился и просил об оставлении их без удовлетворения, сославшись на то, что освобождение заявителя от должности произведено в полном соответствии с требованиями закона.
Выслушав объяснения С. и его представителя Р., представителя Президента Российской Федерации Д., исследовав материалы дела и заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Масаловой Л.Ф., полагавшей в удовлетворении заявленных требований отказать, Верховный Суд Российской Федерации находит их не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 14 Федерального закона "Об основах государственной службы Российской Федерации" за неисполнение или ненадлежащее исполнение государственным служащим возложенных на него обязанностей (должностной проступок) на государственного служащего могут налагаться органом или руководителем, имеющим право назначать государственного служащего на государственную должность, дисциплинарные взыскания, в том числе и в виде увольнения.
Из содержания ст. 4 этого же Закона следует, что на государственных служащих распространено действие законодательства Российской Федерации о труде с особенностями, предусмотренными данным Законом.
Согласно п. 1 ст. 254 КЗоТ Российской Федерации трудовой договор (контракт) некоторых категорий работников может быть прекращен в случае однократного грубого нарушения трудовых обязанностей: руководителем предприятия, учреждения, организации (филиала, представительства, отделения и другого обособленного подразделения) и его заместителями.
Как установлено судом, С. являлся полномочным представителем Президента Российской Федерации в Республике Хакасия с апреля 1997 года и являлся руководителем данного представительства.
В соответствии с изданным им распоряжением от 18 сентября 1998 года N 13 он без соответствующего разрешения Администрации Президента Российской Федерации ушел с 21 по 25 сентября 1998 года в неоплачиваемый отпуск и выехал в г. Москву.
По поводу своего отсутствия на рабочем месте в указанные дни им 24 сентября 1998 года были даны объяснения начальнику Управления Администрации Президента Российской Федерации по координации деятельности полномочных представителей Президента Российской Федерации в регионах, в которых по существу не оспаривал самовольного ухода в отпуск без содержания, мотивируя это необходимостью продолжения научной работы.
Указанные выше обстоятельства подтверждаются материалами дела и фактически не оспариваются самим заявителем С.
При таких данных суд приходит к выводу о том, что увольнение С. от занимаемой должности произведено в соответствии с требованиями закона и каких-либо оснований для признания оспариваемого Указа Президента Российской Федерации недействительным не имеется.
Довод С. о том, что он прогула без уважительных причин не совершал, не может быть принят во внимание, поскольку оставление им работы в указанный период без разрешения соответствующего должностного лица обоснованно расценено в данном случае как прогул без уважительных причин.
Утверждение заявителя о том, что он был вынужден уйти без разрешения в краткосрочный отпуск без содержания в связи с необходимостью продолжения научной работы и ввиду того, что в предоставлении такого отпуска ему было отказано, нельзя признать убедительным, так как в подтверждение указанных обстоятельств им каких-либо достоверных доказательств не приведено.
Из объяснений представителя Президента Российской Федерации, в частности, следует, что С. с заявлениями о предоставлении ему учебного отпуска и соответствующими документами, подтверждающими необходимость предоставления такого отпуска, в Администрацию Президента Российской Федерации не обращался. Об этом свидетельствует и его объяснение на имя Ф. от 24 сентября 1998 года, в котором он ссылается лишь на заявления о предоставлении ему ежегодного отпуска.
Приведенные представителем Президента Российской Федерации доводы на этот счет материалами дела не опровергнуты. Не представлено в их опровержение каких-либо доказательств и самим заявителем.
Что касается ссылки заявителя в подтверждение того, что он обращался с таким заявлением, на объяснения свидетеля К., то суд не может принять ее во внимание, поскольку объяснения названного свидетеля в той части, что С. в сентябре 1998 года отправлял заявление о предоставлении учебного отпуска в Администрацию Президента Российской Федерации, нельзя признать объективными, так как они противоречат материалам дела, и в том числе первоначальным объяснением самого заявителя, в которых он ничего не указывает о своем обращении с подобным заявлением.
Кроме того, не подтверждена заявителем и сама необходимость предоставления ему учебного отпуска.
В материалах дела на этот счет имеются лишь выписка из приказа по Томскому государственному университету от 27 июля 1998 года о прикреплении С. к кафедре конституционного и международного права для сдачи кандидатских экзаменов, а также подготовки и защиты кандидатской диссертации, его индивидуальный план работы соискателя без указания даты его согласования с научным руководителем и справка государственного университета о том, что выезд к научному руководителю в сроки 18 - 25 сентября 1998 года соответствовал учебному плану. Из содержания указанных документов не усматривается каких-либо обстоятельств, свидетельствующих об острой необходимости, как утверждал С., продолжения научной работы и предоставления ему в связи с этим учебного отпуска именно в сентябре 1998 года.
Других же документов, подтверждающих данное обстоятельство в деле не имеется, и заявителем их не представлено.
То обстоятельство, что С. не был предоставлен по истечении 11 месяцев работы ежегодный отпуск, также не может свидетельствовать о правомерности его ухода в отпуск без содержания.
Исходя из этого, суд не может согласиться с утверждением С. о том, что он отсутствовал на работе в указанные выше дни по уважительной причине.
Не может суд согласиться и с утверждением С. в той части, что он не подлежал увольнению по п. 1 ст. 254 КЗоТ Российской Федерации за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей, поскольку оно ни на чем не основано и опровергается материалами дела, из которых усматривается, что он являлся полномочным представителем Президента Российской Федерации в Республике Хакасия и одновременно руководителем данного представительства, являющегося обособленным подразделением службы полномочных представителей Президента Российской Федерации в субъектах Российской Федерации.
Что касается довода заявителя о том, что Указ об освобождении его от должности издан Президентом Российской Федерации по истечении месячного срока со дня обнаружения проступка, то его также нельзя признать обоснованным.
Материалами дела подтверждено, что о причинах отсутствия С. на работе соответствующему должностному лицу Администрации Президента Российской Федерации стало известно только 24 сентября 1998 года, после получения от него объяснения по этому вопросу. Следовательно, днем обнаружения проступка является указанный выше день. Начиная с 5 по 23 октября 1998 года включительно С. был временно нетрудоспособным по болезни, что подтверждается листком нетрудоспособности (л.д. 112).
Указ Президента Российской Федерации об освобождении его от должности издан 13 ноября 1998 года, т.е. в месячный срок со дня обнаружения проступка.
С представленными заявителем и его представителем расчетами в подтверждение пропуска установленного законом месячного срока издания Указа Президента Российской Федерации об увольнении суд не может согласиться, поскольку в соответствии со ст. 191 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которым определено его начало.
Администрации Президента Российской Федерации о проступке С. стало известно 24 сентября 1998 года, и в силу закона начало течения месячного срока подлежит исчислению со следующего за ним дня, а не с 24 сентября 1998 года, как об этом указывает в своем расчете заявитель (вариант 1).
Второй вариант расчета также не может быть признан обоснованным, так как он ни в коей мере не согласуется с требованиями вышеприведенной нормы Закона о начале исчисления указанного выше срока.
Не нашел своего подтверждения, по мнению суда, и довод С. о том, что освобождение его от должности явилось следствием сложившихся между ним и начальником Управления Ф. неприязненных отношений.
Другие доводы, на которые заявитель и его представитель ссылались в суде, также не могут служить основанием к удовлетворению заявленных требований.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 191 - 197 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, Верховный Суд Российской Федерации
решил:
заявление С. о признании недействительным Указа Президента Российской Федерации от 13 ноября 1998 года N 1370 об освобождении его от должности полномочного представителя Президента Российской Федерации в Республике Хакасия и восстановлении его в прежней должности, а также взыскании заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и расходов, связанных с рассмотрением дела, оставить без удовлетворения.
Настоящее решение может быть обжаловано в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 дней со дня его вынесения в окончательной форме.