ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 3 февраля 1999 года
(извлечение)
Б. обратилась в суд с иском к управлению внутренних дел Северо-Восточного административного округа г. Москвы о восстановлении на работе инспектором первого межмуниципального отдела виз и разрешений. По ее мнению, увольнение по п. "б" ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в связи с достижением предельного возраста, предусмотренного ст. 59 этого Положения, произведено с нарушением установленного порядка, претензий по службе к ней не предъявлялось, просьба об оставлении на работе необоснованно отклонена.
Решением Бутырского межмуниципального суда Северо-Восточного административного округа г. Москвы (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда, президиумом Московского городского суда, Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ) в иске отказано.
Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных постановлений в связи с неправильным применением норм материального права и направлении дела на новое рассмотрение.
Президиум Верховного Суда РФ 3 февраля 1999 г. судебные решения оставил без изменения, а протест прокурора - без удовлетворения, указав следующее.
Как видно из материалов дела, старший лейтенант милиции Б. уволена с занимаемой должности приказом начальника управления внутренних дел Северо-Восточного административного округа г. Москвы в связи с достижением возраста (п. "б" ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 г.), до наступления которого согласно ст. 59 названного Положения допускается состояние на службе в органах внутренних дел лиц среднего начальствующего состава (45 лет).
Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте сослался на то, что в ч. 2 ст. 58 названного Положения закреплено правило об увольнении по п. "б" ст. 58 по инициативе сотрудника либо по инициативе начальника соответствующего органа внутренних дел, которое является дополнительной льготой для сотрудников милиции. По его мнению, увольнение по инициативе руководителя без согласия сотрудника милиции и без обоснования причин, подтверждающих невозможность дальнейшего прохождения службы, которые могут быть проверены судом, не соответствует Конституции Российской Федерации. В приказе об увольнении Б. не указаны основания, послужившие поводом для освобождения от занимаемой должности в связи с достижением предельного возраста. При рассмотрении же дела суд не исследовал обстоятельства, связанные с согласием истицы на увольнение и невозможностью продолжения ею службы.
Изложенный в протесте довод прокурора о том, что достижение предельного возраста сотрудником милиции само по себе не является безусловным основанием для увольнения без обоснования руководителем причин невозможности продолжения сотрудником милиции службы, правильный и соответствует требованиям ст. ст. 58, 59 Положения.
Согласно п. 4 ст. 59 Положения в интересах службы при положительной аттестации и отсутствии медицинских противопоказаний сотрудники органов внутренних дел в персональном порядке и с их согласия могут быть оставлены на службе сверх установленного предельного возраста на срок до пяти лет.
Упомянутая норма, регулирующая порядок увольнения со службы по п. "б" ст. 58 Положения, по существу является гарантией прав сотрудника милиции на продолжение службы в случае пригодности по состоянию здоровья и добросовестного исполнения в прошлом своих должностных обязанностей.
Подобное применение ст. ст. 58, 59 Положения не противоречит ст. 19 Закона РСФСР от 18 апреля 1991 г. "О милиции", в которой не предусмотрена обязанность руководителя внутренних дел уволить сотрудника по достижении им предельного возраста.
Более того, увольнение сотрудников по п. "б" ст. 58 Положения (с учетом требований ст. 59) обязывает администрацию обосновать невозможность продолжения сотрудником службы, устраняет вероятность произвольных действий со стороны руководителя, не основанных на интересах службы, препятствует преследованию за критику.
Мнение прокурора в протесте сообразуется с положениями ст. ст. 2, 32, 37 Конституции Российской Федерации о высшей ценности прав и свобод гражданина, а также о праве каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, о равном доступе к государственной службе. Такая позиция прокурора не противоречит специфике деятельности, которую осуществляют органы внутренних дел, особенностям правового статуса сотрудника милиции и по существу соответствует (как это видно из дела) практике увольнения сотрудников по достижении предельного возраста.
Вместе с тем в данном случае оснований для отмены судебных постановлений нет, поскольку в деле имеются материалы, свидетельствующие о невозможности оставлении Б. на службе, которые суд первой инстанции исследовал в судебном заседании и оценил в решении в соответствии с требованиями ст. 197 ГПК РСФСР.
Довод прокурора в протесте о том, что суд эти обстоятельства не проверял, не соответствует содержанию решения суда и материалам дела.
Как видно из материалов дела, в частности представления руководства об увольнении Б., она неудовлетворительно относилась к своим служебным обязанностям, была переведена в связи с этим на менее ответственный участок работы, но заинтересованность в работе не проявила.
Более того, в рапорте начальника первого отдела виз и разрешений на имя начальника управления внутренних дел округа указывалось на то, что Б. в 1993-1994 гг. объявлялись дисциплинарные взыскания за недобросовестное отношение к исполнению обязанностей и у нее сложились напряженные взаимоотношения с коллективом.
Свидетели К., Г., П. показали, что истица недобросовестно исполняла свои обязанности, конфликтовала с сотрудниками отдела, отрицательно характеризовалась по месту службы.
Представленные суду доказательства, в том числе письменные, подробно исследованы судом и оценены в соответствии со ст. 65 ГПК РСФСР.
В деле имеются многочисленные письма, справки, протоколы органов внутренних дел г. Москвы и общественных организаций, из которых следует, что именно ненадлежащее исполнение обязанностей стало причиной невозможности продолжения с Б. трудовых отношений.
При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о законности увольнения Б.
Довод прокурора в протесте о том, что увольнение по п. "б" ст. 58 Положения возможно лишь с согласия сотрудника милиции, ошибочен.
Как указано в ч. 4 п. 59 Положения, в интересах службы при положительной аттестации сотрудники с их согласия могут быть оставлены на службе сверх установленного предельного возраста.
По смыслу этой нормы, согласие сотрудника на продолжение работы требуется лишь в тех случаях, когда имеются основания для оставления его на службе (в частности, положительная характеристика по месту работы).
При наличии данных о том, что сотрудник милиции характеризуется отрицательно и в интересах службы нецелесообразно оставление его на службе, он может быть уволен по п. 8 ст. 58 Положения без его согласия.