[неофициальный перевод] < * >
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "БУЦЕВ (BUTSEV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Жалоба N 1719/02)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 22 сентября 2005 года)
< * > Перевод предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
По делу "Буцев против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
Ф. Тюлькенс,
С. Ботучаровой,
А. Ковлера,
Х. Гаджиева,
Д. Шпильманна,
С.Э. Йебенса, судей,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая 30 августа 2005 г. за закрытыми дверями,
принял следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 1719/02), поданной 7 марта 2001 г. в Европейский Суд против Российской Федерации гражданином России Виктором Григорьевичем Буцевым (далее - заявитель) в соответствии со Статьей 34 европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Власти Российской Федерации в Европейском Суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П. Лаптевым.
3. 4 декабря 2003 г. Европейский Суд решил коммуницировать властям Российской Федерации часть жалобы заявителя на длительное неисполнение судебного решения от 21 мая 1999 г. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский Суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
4. Заявитель - 1951 года рождения, проживает в г. Шахты Ростовской области.
5. В 1987 году заявитель принимал участие в мероприятиях по ликвидации аварии в зоне Чернобыльской АЭС. В результате заявитель после этого страдает от чрезмерного радиоактивного облучения. В 1996 году заявитель прошел медицинское обследование, в результате которого была установлена связь между плохим состоянием здоровья заявителя и его участием в мероприятиях по ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. Заявителю установили ежемесячную выплату компенсации.
6. В неустановленный день заявитель подал иск в Шахтинский городской суд Ростовской области к управлению социальной защиты населения администрации г. Шахты на применение предположительно неправильного порядка исчисления размера ежемесячных выплат и потребовал перерасчета выплат, выплаты суммы невыплаченной компенсации здоровью и компенсации ущерба.
7. 21 мая 1999 г. своим решением Шахтинский городской суд Ростовской области удовлетворил исковые требования заявителя и обязал управление социальной защиты населения администрации г. Шахты произвести перерасчет суммы ежемесячной компенсации за период с 14 мая 1996 г. по 31 мая 1999 г., выплатить заявителю сумму невыплаченной компенсации в размере 134442 рублей 46 копеек в связи с этим и выплачивать ежемесячную компенсацию в размере 4547 рублей 75 копеек с последующей индексацией до соответствующих изменений в законодательстве.
8. Судебное решение от 21 мая 1999 г. не было обжаловано сторонами и вступило в силу через 10 дней, то есть 31 мая 1999 г.
9. Некоторое время спустя управление социальной защиты населения администрации г. Шахты обратилось в Шахтинский городской суд Ростовской области с заявлением о пересмотре дела заявителя по вновь открывшимся обстоятельствам, в частности, в связи с обнаружением платежного документа о зарплате заявителя в течение 12 месяцев, перед тем как он участвовал в мероприятиях по ликвидации последствий на Чернобыльской АЭС.
10. 10 июля 2000 г. Шахтинский городской суд Ростовской области удовлетворил заявление и возобновил разбирательство по делу.
11. Как представляется, ни управление социальной защиты населения администрации г. Шахты, ни Шахтинский городской суд Ростовской области не уведомили заявителя о возобновлении рассмотрения его дела и о вынесении определения от 10 июля 2000 г.
12. Заявитель обжаловал в порядке надзора судебное решение от 10 июля 2000 г., указав на это нарушение. В его жалобе также указывалось, что доказательство, на которое ссылалось управление социальной защиты населения администрации г. Шахты, не может рассматриваться как вновь открывшееся обстоятельство, поскольку оно было полностью доступно Шахтинскому городскому суду Ростовской области при рассмотрении дела в суде по первой инстанции.
13. 9 ноября 2000 г. президиум Ростовского областного суда, рассмотрев дело в порядке надзора, отменил судебное решение от 10 июля 2000 г. Суд полностью согласился с доводами заявителя и своим постановлением отклонил доводы управления социальной защиты населения администрации г. Шахты как необоснованные.
14. 29 января 2001 г. исполнительный лист на основании судебного решения от 21 мая 1999 г. поступил в службу судебных приставов, и 31 января 2001 г. службой судебных приставов было возбуждено исполнительное производство в связи с этим.
15. По утверждению властей Российской Федерации, управление социальной защиты населения администрации г. Шахты исполнило судебное решение посредством пяти банковских переводов, произведенных 29 марта, 24 апреля, 30 мая, 27 и 28 июня 2002 г. На 1 июля 2002 г. заявитель получил денежную компенсацию в размере 7627 рублей 49 копеек, при этом задолженность была погашена.
16. По утверждению заявителя, до настоящего времени судебное решение от 21 мая 1999 г. не исполнено в части, касающейся индексации размера ежемесячной компенсации до дальнейших внесений изменений в законодательство.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции
18. Заявитель жаловался на то, что длительное неисполнение судебного решения от 21 мая 1999 г. нарушило его "право на суд", гарантируемое пунктом 1 статьи 6 Конвенции, и его право на беспрепятственное пользование своим имуществом, гарантируемое Статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции. Данные статьи в части, применимой в настоящем деле, гласят:
Пункт 1 статьи 6 Конвенции
"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...".
Статья 1 Протокола N 1 к Конвенции
"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов".
А. Приемлемость жалобы
18. Власти Российской Федерации заявили, что рассматриваемое судебное решение исполнено. Они утверждали, что заявитель более не является жертвой предполагаемых нарушений, поскольку ему предоставлена компенсация на национальном уровне, и что по этой причине его жалоба должна быть объявлена неприемлемой.
19. Заявитель не согласился с доводами властей Российской Федерации и подтвердил свою жалобу. Относительно утраты статуса жертвы он утверждал, что судебное решение от 21 мая 1999 г. остается неисполненным в части индексации ежемесячных выплат заявителю в соответствии с увеличением минимального размера оплаты труда и что в любом случае имели место существенные задержки в ходе исполнительного производства.
20. Прежде всего, Европейский Суд напомнил, что "решение или меры в пользу заявителя не являются в принципе достаточными для того, чтобы он перестал быть "жертвой", за исключением случаев, в которых национальные власти в прямой форме или фактически признали нарушение положений Конвенции и устранили его последствия" (см. Постановление Европейского Суда по делу "Амюур против Франции" (Amuur v. France) от 25 июня 1996 г., Reports 1996-III, р. 846, § 36; Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Далбан против Румынии" (Dalban v. Romania), жалоба N 28114/95, ECHR 1999-VI, § 44; и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Ротару против Румынии" (Rotaru v. Romania), жалоба N 28341/95, ECHR 2000-V, § 35). Субсидиарная природа контрольного механизма Конвенции препятствует рассмотрению жалобы только тогда, когда эти условия соблюдены (см., например, Решение Европейского Суда по делу "Йенсен и Расмуссен против Дании" (Jensen and Rasmussen v. Denmark) от 20 марта 2003 г., жалоба N 52620/99).
21. В настоящем деле Европейский Суд отметил, что стороны расходятся во мнении относительно того, было ли судебное решение от 21 мая 1999 г. исполнено в полном объеме. В частности, заявитель утверждал, что в части, касающейся индексации сумм, судебное решение от 21 мая 1999 г. остается неисполненным. Тем не менее Европейский Суд счел, что ничто в материалах дела или доводах сторон не подтверждает это утверждение. Сторонами не оспаривается то, что с 1 июля 2002 г. заявитель получает ежемесячные выплаты в значительно большем размере по сравнению с теми, которые были установлены судебным решением от 21 мая 1999 г., что при отсутствии доказательств об обратном убедительно свидетельствует о том, что индексация выплат была произведена. Относительно утверждений заявителя о том, что индексация была недостаточной в размере, то из резолютивной части судебного решения от 21 мая 1999 г. следует, что Шахтинский городской суд Ростовской области обязал управление социальной защиты населения администрации г. Шахты производить индексацию ежемесячных выплат, производимых заявителю, но не указал то, как индексация должна производиться. Заявитель имел возможность оспорить данное судебное решение в кассации или впоследствии обратиться в Шахтинский городской суд Ростовской области с заявлением о разъяснении соответствующей части судебного решения, но заявитель не воспользовался этими возможностями. Европейский Суд не усмотрел указаний на то, что то, как органы власти произвели индексацию размера ежемесячных выплат заявителю, было произвольным или необоснованным, и, соответственно, пришел к выводу о том, что судебное решение от 21 мая 1999 г. исполнено в полном объеме.
22. Однако Европейский Суд отметил, что сам факт исполнения властями судебных решений со значительными задержками не может рассматриваться как автоматически лишающий заявителя статуса жертвы в соответствии с Конвенцией. Таким образом, Европейский Суд не может прийти к выводу, что власти Российской Федерации или органы власти признали указываемые заявителем нарушения и предоставили компенсацию в связи с этим, таким образом лишив его статуса жертвы (см., например, Постановление Европейского Суда по делу "Петрушко против Российской Федерации" (Petrushko v. Russia) от 24 февраля 2005 г., жалоба N 36494/02, § 16). Соответственно, Европейский Суд отклонил данное возражение властей Российской Федерации относительно утраты заявителем статуса жертвы.
23. Более того, Европейский Суд установил, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции, и отметил, что не является она неприемлемой и по иным основаниям. Таким образом, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
В. Существо жалобы
24. Власти Российской Федерации утверждали, что ввиду того факта, что судебное решение, рассматриваемое в рамках настоящего дела, исполнено, нарушение прав заявителя, гарантируемых Конвенцией, отсутствует.
25. Заявитель подтвердил свою жалобу.
1. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
26. Европейский Суд напомнил, что пункт 1 статьи 6 Конвенции гарантирует право на подачу иска по вопросу определения гражданских прав и обязанностей на рассмотрение в суд; таким образом, он гарантирует право на обращение в суд, в рамках которого одним из аспектов является право на доступ к правосудию, то есть право инициировать судебное разбирательство в суде по гражданским вопросам. Однако это право было бы иллюзорным, если бы национальные правовые системы Высоких Договаривающихся Сторон допускали, чтобы окончательное подлежащее исполнению судебное решение оставалось неисполненным в ущерб одной из сторон. Было бы невообразимо, чтобы пункт 1 статьи 6 Конвенции подробно описывал процессуальные гарантии, предоставляемые сторонам судопроизводства, - которое должно быть справедливым, публичным и не должно затягиваться, - не предоставляя гарантии исполнения судебных решений; толкование статьи 6 Конвенции как предоставление исключительно права на обращение в суд и проведение судебного разбирательства, по всей видимости, приведет к ситуации, несовместимой с принципом верховенства права, который Высокие Договаривающиеся Стороны обязались соблюдать при ратификации Конвенции. Таким образом, исполнение судебного решения должно рассматриваться как составляющая часть "судебного разбирательства" по смыслу статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "Бурдов против России" (Burdov v. Russia), жалоба N 59498/00, ECHR 2002-III, § 34, и Постановление Европейского Суда по делу "Хорнсби против Греции" (Hornsby v. Greece) от 19 марта 1997 г., Reports 1997-II, р. 510, § 40).
27. Далее Европейский Суд напомнил, что та или иная задержка исполнения судебного решения при определенных обстоятельствах может быть оправдана, но задержка не может быть такой, чтобы нарушала саму суть права, гарантируемого пунктом 1 статьи 6 Конвенции. Финансовые трудности, испытываемые государством, не должны были препятствовать заявителю получить причитающееся ему денежные суммы, присужденные в результате судебного разбирательства (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Бурдов против России", § 35).
28. Возвращаясь к настоящему делу, Европейский Суд отметил, что судебное решение от 21 мая 1999 г. не исполнялось в течение трех лет и 28 дней. Власти Российской Федерации не привели причины таким задержкам. Не приняв в течение такого значительного периода времени необходимых мер для исполнения вступившего в законную силу судебного решения по настоящему делу, власти Российской Федерации лишили положения пункта 1 статьи 6 Конвенции их полезной сущности в настоящем деле.
29. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
2. Предполагаемое нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции
30. Европейский Суд напомнил, что "требование" может представлять собой "имущество" по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в случае, если в достаточной мере установлено, что оно может быть юридически реализовано (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Бурдов против России", § 40, и Постановление Европейского Суда по делу "Греческие нефтеперегонные заводы "Стран" и Стратис Андреатис против Греции" (Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece) от 9 декабря 1994 г., Series A, N 301-В, р. 84, § 59). Судебное решение от 21 мая 1999 г. предоставило заявителю юридически реализуемое требование, а не просто общее право на получение материальной помощи от государства. Данное судебное решение вступило в силу, поскольку не было обжаловано в кассационном порядке, и на его основании было возбуждено исполнительное производство. Следовательно, невозможность для заявителя в течение существенного срока добиться исполнения представляет собой вмешательство в его право на беспрепятственное пользование своим имуществом, гарантируемое первым предложением пункта 1 статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.
31. При отсутствии какого-либо обоснования такого вмешательства (см. выше § 28) Европейский Суд пришел к выводу, что имело место нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.
II. Применение статьи 42 Конвенции
32. Статья 41 Конвенции гласит:
"Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
А. Ущерб
33. Заявитель потребовал от Европейского Суда произвести индексацию размера ежемесячных выплат, осуществлять ежемесячные выплаты в размере 24508 рублей 88 копеек и выплатить задолженность в размере 628575 рублей 75 копеек за период с 1 января 1999 г. по 31 октября 2004 г. в качестве компенсации материального ущерба и морального вреда.
34. Власти Российской Федерации сочли, что если Европейский Суд установит нарушение положений Конвенции в настоящем деле, сам факт установления нарушения будет представлять собой достаточную справедливую компенсацию. Они также утверждали, что требования заявителя в любом случае чрезмерны и что если Европейский Суд решит присудить компенсацию, она не должна превышать суммы, присужденные Европейским Судом по делу "Бурдов против России".
35. Европейский Суд не усмотрел причинно-следственной связи между установленным нарушением и требованиями компенсации материального ущерба. Соответственно, он отклонил эти требования. Вместе с тем Европейский Суд признал, что заявитель испытывал душевные страдания и неуверенность в связи с неисполнением государством своевременно и в полном объеме рассматриваемого судебного решения, что не может быть компенсировано одним лишь фактом установления нарушения. Однако требуемые суммы в отношении морального вреда представляются чрезмерными. Европейский Суд принял во внимание денежные суммы, присужденные по делу "Бурдов против России" (упоминавшемся выше, § 47), сущность суммы, присужденной по судебному решению в настоящем деле, которое длительное время не исполнялось, длительность исполнительного производства и иные соответствующие аспекты. Исходя из принципа справедливости, Европейский Суд присудил заявителю 4500 евро в качестве компенсации морального вреда в связи с длительным неисполнением судебного решения плюс сумму налогов, которые могут быть начислены на указанную сумму.
В. Судебные расходы и издержки
36. Заявитель не требовал компенсации судебных расходов и издержек, понесенных в национальных органах власти и Европейском Суде. Соответственно, Европейский Суд не присудил компенсации в связи с этим.
С. Процентная ставка при просрочке платежей
37. Европейский Суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
На этих основаниях суд единогласно:
1) объявил жалобу приемлемой;
2) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции;
3) постановил:
(a) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю 4500 (четыре тысячи пятьсот) евро в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в национальную валюту Российской Федерации по курсу на день произведения выплаты, плюс сумму налогов, которые могут быть начислены на указанную выше сумму;
(b) что простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;
4) отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 22 сентября 2005 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 Правила 77 Регламента Суда.
Секретарь Секции Суда
Христос РОЗАКИС
Председатель Палаты
Серен НИЛЬСЕН