[неофициальный перевод] < * >
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "БАЖЕНОВ (BAZHENOV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Жалоба N 37930/02)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 20 октября 2005 года)
< * > Перевод предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
По делу "Баженов против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Третья секция), заседая Палатой в составе
Б.М. Цупанчича, Председателя Палаты,
Дж. Хедигана,
К. Бырсана,
М. Цацы-Николовской,
А. Ковлера,
Р. Йегер,
Э. Мийера, судей,
а также при участии В. Берже, Секретаря Секции Суда,
заседая 29 сентября 2005 г. за закрытыми дверями,
принял следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 37930/02), поданной 23 сентября 2002 г. в Европейский Суд против Российской Федерации гражданином России Сергеем Серафимовичем Баженовым (далее - заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Власти Российской Федерации в Европейском Суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П. Лаптевым.
3. 14 января 2004 г. Европейский Суд решил коммуницировать властям Российской Федерации часть жалобы заявителя на длительное неисполнение судебных решений от 19 июня 2000 г., 14 марта 2001 г. и 28 мая 2002 г. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский Суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.
I. Обстоятельства дела
4. Заявитель - 1960 года рождения, проживает в г. Тамбове.
5. В 1980-х годах он принимал участие в мероприятиях по ликвидации аварии в зоне Чернобыльской АЭС. С конца 1980-х годов заявитель получает в связи с этим социальные выплаты.
1. Судебное разбирательство по вопросу невыплаченных социальных выплат
6. В неустановленный день заявитель подал иск в Октябрьский районный суд г. Тамбова к Управлению социальной защиты населения мэрии г. Тамбова, требуя выплаты предположительно невыплаченного социального пособия.
7. Решением от 19 июня 2000 г. Октябрьский районный суд г. Тамбова рассмотрел иск заявителя, удовлетворил его и обязал Управление социальной защиты населения выплатить заявителю задолженность в размере 10890 рублей 73 копеек.
8. Судебное решение от 19 июня 2000 г. было оставлено без изменения судебной коллегией по гражданским делам Тамбовского областного суда определением от 4 сентября 2000 г. В этот же день оно вступило в силу. Незамедлительно после этого заявителю был выдан исполнительный лист и было возбуждено исполнительное производство.
9. Денежные суммы, полагающиеся к выплате заявителю по решению от 19 июня 2000 г. и определению от 4 сентября 2000 г., были выплачены только в феврале 2004 года, то есть спустя три года и семь месяцев после вступления судебного решения в силу.
2. Судебное разбирательство в связи с длительным неисполнением судебного решения от 19 июня 2000 г.
10. В 2001 году заявитель подал еще один иск в Октябрьский районный суд г. Тамбова к Управлению социальной защиты населения, требуя компенсации ущерба, причиненного в связи с длительным неисполнением судебного решения от 19 июня 2000 г.
11. 14 марта 2001 г. Октябрьский районный суд г. Тамбова рассмотрел иск заявителя и удовлетворил его. Суд обязал Управление социальной защиты населения выплатить половину суммы по процентной ставке за каждый день задержки невыплаты в период с сентября 2000 года по март 2001 года в размере 36383 рублей 7 копеек. Данное судебное решение обжаловано не было сторонами и вступило в силу 26 марта 2001 г.
12. После этого заявитель направил исполнительный лист на основании судебного решения от 14 марта 2001 г. в службу судебных приставов. Письмом от 15 декабря 2002 г. служба судебных приставов вернула исполнительные документы заявителю и предложила ему представить их в местное подразделение Федерального казначейства.
13. По ходатайству Управления социальной защиты населения 19 июня 2003 г. Октябрьский районный суд г. Тамбова своим определением исправил арифметическую ошибку, допущенную в судебном решении от 14 марта 2001 г., заменив сумму 36383 рубля 7 копеек на 25492 рубля 32 копейки.
14. Судебное решение от 14 марта 2001 г., исправленное определением от 19 июня 2003 г., было полностью исполнено в феврале 2004 года, то есть спустя два года и одиннадцать месяцев после его вступления в силу.
3. Судебное разбирательство в связи с длительным неисполнением судебного решения от 14 марта 2001 г.
15. 28 мая 2002 г. Октябрьский районный суд г. Тамбова рассмотрел еще один иск заявителя о взыскании ущерба, на этот раз причиненного в связи с длительным неисполнением судебного решения от 14 марта 2001 г., и удовлетворил его. Суд обязал Управление социальной защиты населения выплатить заявителю половину суммы по процентной ставке за каждый день задержки невыплаты в период с апреля 2001 года по май 2002 года в сумме 20858 рублей 98 копеек.
16. Судебное решение от 28 мая 2002 г. не было обжаловано сторонами и вступило в силу 13 июня 2002 г.
17. Письмом от 10 декабря 2002 г. Управление социальной защиты населения проинформировало заявителя о получении в июне 2002 года исполнительного листа на основании судебного решения от 28 мая 2002 г. Управление социальной защиты населения отказалось выплатить заявителю денежные суммы, поскольку федеральным бюджетом были выделены средства только на выплаты по судебным решениям, вступившим в силу до 1 января 2002 г. С этим же письмом Управление социальной защиты населения вернуло исполнительный лист и остальные документы заявителю.
18. После этого заявитель дважды направлял исполнительные документы в службу судебных приставов, которая письмами от 18 февраля и 4 марта 2003 г. их ему вернула и проинформировала, что исполнительные документы должны быть направлены непосредственно в местное подразделение Федерального казначейства.
19. В неустановленный день Управление социальной защиты населения подало жалобу о пересмотре судебного решения от 28 мая 2002 г. в порядке надзора. 17 июня 2003 г. судья Тамбовского областного суда рассмотрел жалобу и вынес определение о направлении дела на рассмотрение в президиум Тамбовского областного суда.
20. Письмом от 17 июня 2003 г. Тамбовский областной суд уведомил заявителя о рассмотрении дела судом надзорной инстанции 26 июня 2003 г.
21. 26 июня 2003 г. президиум Тамбовского областного суда отменил судебное решение от 28 мая 2002 г. в порядке надзора и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Как представляется, заявитель отсутствовал в заседании суда надзорной инстанции.
22. Письмом от 30 июня 2003 г. Тамбовский областной суд проинформировал заявителя о результатах рассмотрения дела судом надзорной инстанции 26 июня 2003 г.
23. По утверждению властей Российской Федерации, 16 июля 2003 г. суд первой инстанции оставил иск заявителя без рассмотрения ввиду неявки заявителя на судебные заседания.
4. Второе судебное разбирательство в связи с длительным неисполнением судебного решения от 19 июня 2000 г.
24. Своим решением от 3 июля 2003 г. по вопросу индексации, вступившим в силу 14 июля 2003 г., Октябрьский районный суд г. Тамбова обязал Управление социальной защиты населения выплатить заявителю компенсацию в связи с инфляцией за период неисполнения судебного решения от 19 июня 2000 г. Суд присудил заявителю 5892 рубля 3 копейки за период с сентября 2000 года по июнь 2003 года.
25. В феврале 2004 года, то есть спустя шесть месяцев, подлежащие заявителю денежные суммы были выплачены.
5. Второе судебное разбирательство в связи с длительным неисполнением судебного решения от 14 марта 2001 г.
26. 12 февраля 2004 г. заявитель подал еще один иск в Октябрьский районный суд г. Тамбова к Управлению социальной защиты населения об индексации сумм в связи с инфляцией в период неисполнения судебного решения от 14 марта 2001 г. с 1 апреля 2001 г. по 31 декабря 2003 г.
27. Решением от 26 февраля 2004 г. Октябрьский районный суд г. Тамбова удовлетворил иск заявителя и присудил ему 10944 рубля 36 копеек в качестве компенсации ущерба, причиненного заявителю инфляцией в результате длительного неисполнения судебного решения.
28. Данное судебное решение вступило в силу 9 марта 2004 г. Не ясно, было ли данное судебное решение исполнено.
II. Применимое национальное законодательство
29. Специальное законодательство, принятое в 1995 году, предоставляло участникам ликвидации последствий на Чернобыльской АЭС дополнительные социальные привилегии, в том числе ежемесячные выплаты.
30. Статья 9 Федерального закона от 21 июля 1997 г. "Об исполнительном производстве" предусматривает, что в постановлении судебного пристава о возбуждении исполнительного производства должен быть установлен срок исполнения должником в добровольном порядке требований исполнительного листа. Такой срок не должен превышать пять дней. Судебный пристав также должен предупредить должника о том, что в случае неисполнения требований в установленный срок к нему будут применены принудительные меры.
31. В соответствии со статьей 13 указанного Федерального закона исполнительное производство должно быть завершено в двухмесячный срок с момента получения исполнительного листа службой судебных приставов.
32. В соответствии со специальными правилами, регулирующими исполнение исполнительных листов по искам к получателям средств из федерального бюджета, принятыми Правительством Российской Федерации 22 февраля 2001 г. (Постановление Правительства Российской Федерации N 143, действовавшее на момент событий), взыскатель должен обратиться в соответствующее подразделение Федерального казначейства, в котором размещены счета и лимиты должника (правила 1 - 4).
33. В пятидневный срок соответствующее подразделение Федерального казначейства рассматривает обращение взыскателя и информирует должника об исполнительном листе, требуя от должника исполнения соответствующих судебных решений (правила 7 - 12). В случае неисполнения судебного решения должником в течение двух месяцев подразделение Федерального казначейства может приостановить операции должника (правило 13).
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции
34. Заявитель жаловался на то, что длительное неисполнение судебных решений от 19 июня 2000 г., 14 марта 2001 г. и 28 мая 2002 г. нарушило его "право на суд", гарантируемое пунктом 1 статьи 6 Конвенции, и право на беспрепятственное пользование своим имуществом, гарантируемое статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции. Данные статьи в части, применимой в настоящем деле, гласят:
Пункт 1 статьи 6 Конвенции
"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...".
Статья 1 Протокола N 1 к Конвенции
"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов".
А. Приемлемость жалобы
35. Власти Российской Федерации заявили, что первые два судебных решения, рассматриваемые в рамках данного дела, исполнены, в то время как третье отменено. Они утверждали, что заявитель более не является жертвой предполагаемых нарушений, поскольку ему предоставлена компенсация на национальном уровне, и что по этой причине его жалоба должна быть объявлена неприемлемой. Более того, власти Российской Федерации проинформировали Европейский Суд об отказе заявителя заключить мировое соглашение по делу на условиях, предложенных властями. Ссылаясь на такой отказ и на решение по вопросу приемлемости по делу "Алексенцева и другие против Российской Федерации" (Aleksentseva and others v. Russia) (от 4 сентября 2003 г., жалобы N 75025/01 et seq.), власти Российской Федерации утверждали, что заявитель более не является жертвой и злоупотребляет своим правом на обращение в Европейский Суд с индивидуальной жалобой, и в связи с этим предложили Европейскому Суду объявить его жалобу неприемлемой.
36. Заявитель не согласился с доводами властей Российской Федерации и подтвердил свою жалобу.
37. Относительно утверждения о предполагаемой утрате заявителем статуса жертвы Европейский Суд напомнил, что "решение или меры в пользу заявителя не являются в принципе достаточными для того, чтобы он перестал быть "жертвой", за исключением случаев, в которых национальные власти в прямой форме или фактически признали нарушение положений Конвенции и устранили его последствия" (см. Постановление Европейского Суда по делу "Амюур против Франции" (Amuur v. France) от 25 июня 1996 г., Reports 1996-III, р. 846, § 36; Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Далбан против Румынии" (Dalban v. Romania), жалоба N 28114/95, ECHR 1999-VI, § 44; и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Ротару против Румынии" (Rotaru v. Romania), жалоба N 28341/95, ECHR 2000-V, § 35). Субсидиарная природа контрольного механизма Конвенции препятствует рассмотрению жалобы только тогда, когда эти условия соблюдены (см., например, Решение Европейского Суда по делу "Йенсен и Расмуссен против Дании" (Jensen and Rasmussen v. Denmark) от 20 марта 2003 г., жалоба N 52620/99).
38. Возвращаясь к настоящему делу, Европейский Суд установил, что сам факт исполнения властями двух судебных решений со значительной задержкой не может рассматриваться как автоматически лишающий заявителя статуса жертвы в соответствии с Конвенцией. Ни власти Российской Федерации, ни органы власти не признали, что права заявителя, гарантируемые Конвенцией, были необоснованно ограничены ввиду неисполнения этих двух судебных решений, и заявителю не была предоставлена компенсация за такие задержки в исполнении, как того требует прецедентная практика Европейского Суда (см., например, Постановление Европейского Суда по делу "Петрушко против Российской Федерации" (Petrushko v. Russia) от 24 февраля 2005 г., жалоба N 36494/02, § 16). Относительно отмены третьего судебного решения от 28 мая 2002 г. в порядке надзора данная мера явно не была направлена на улучшение положения заявителя и, таким образом, не лишила его статуса жертвы в отношении вопроса о его длительном неисполнении.
Соответственно, Европейский Суд отклонил возражения властей Российской Федерации об утрате заявителем статуса жертвы.
39. Относительно остальных доводов властей Российской Федерации Европейский Суд счел, что расхождение сторон по условиям мирового соглашения по делу само по себе не является основанием для объявления соответствующей жалобы неприемлемой. Хотя при определенных обстоятельствах жалоба действительно может быть исключена из списка рассматриваемых дел в соответствии с подпунктом "с" пункта 1 статьи 37 Конвенции на основании одностороннего заявления государства-ответчика, даже несмотря на то что заявитель хотел бы продолжения рассмотрения жалобы (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Тахсин Аджар против Турции" (Tahsin Acar v. Turkey), жалоба N 26307/95, ECHR 2003-..., § 76), данная процедура как таковая не направлена на устранение нежелания заявителя заключить мировое соглашение.
40. Более того, Европейский Суд счел, что должно быть проведено различие между, с одной стороны, заявлениями, делаемыми в контексте строго конфиденциальной процедуры заключения мирового соглашения (пункт 2 статьи 38 Конвенции и пункт 2 Правила 62 Регламента Суда), и, с другой стороны, односторонними заявлениями, делаемыми открыто государствами-ответчиками, и состязательным производством в Европейском Суде.
41. Возвращаясь к настоящему делу, Европейский Суд установил, что власти Российской Федерации не представили в Европейский Суд формальное заявление, которое бы подпадало под последнюю категорию и представляло бы собой достаточное основание полагать, что интересы защиты прав человека, определенных в Конвенции, не требуют продолжения рассмотрения дела (см., для сравнения, упоминавшееся выше Решение Европейского Суда по делу "Алексенцева и другие против Российской Федерации" и Постановление Европейского Суда по делу "Акман против Турции" (Akman v. Turkey) (исключение из списка дел), жалоба N 37453/97, ECHR 2001-VI, § 23 - 24).
42. Европейский Суд отметил, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее Европейский Суд отметил, что не является она неприемлемой и по иным основаниям. Таким образом, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
В. Существо жалобы
43. Власти Российской Федерации утверждали, что ввиду того факта, что первые два судебных решения, рассматриваемые в рамках настоящего дела, были исполнены, а третье судебное решение было отменено, нарушение прав заявителя, гарантируемых Конвенцией, отсутствует.
44. Заявитель подтвердил свою жалобу.
1. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
45. Европейский Суд напомнил, что пункт 1 статьи 6 Конвенции гарантирует право на подачу иска по вопросу определения гражданских прав и обязанностей на рассмотрение в суд; таким образом, он гарантирует право на обращение в суд, в рамках которого одним из аспектов является право на доступ к правосудию, то есть право инициировать судебное разбирательство в суде по гражданским вопросам. Однако это право было бы иллюзорным, если бы национальные правовые системы Высоких Договаривающихся Сторон допускали, чтобы окончательное подлежащее исполнению судебное решение оставалось неисполненным в ущерб одной из сторон. Было бы невообразимо, чтобы пункт 1 статьи 6 Конвенции подробно описывал процессуальные гарантии, предоставляемые сторонам судопроизводства, - которое должно быть справедливым, публичным и не должно затягиваться, - не предоставляя гарантии исполнения судебных решений; толкование статьи 6 Конвенции как предоставление исключительно права на обращение в суд и проведение судебного разбирательства, по всей видимости, приведет к ситуации, несовместимой с принципом верховенства права, который Высокие Договаривающиеся Стороны обязались соблюдать при ратификации Конвенции. Таким образом, исполнение судебного решения должно рассматриваться как составляющая часть "судебного разбирательства" по смыслу статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "Бурдов против России" (Burdov v. Russia), жалоба N 59498/00, ECHR 2002-III, § 34, и Постановление Европейского Суда по делу "Хорнсби против Греции" (Hornsby v. Greece) от 19 марта 1997 г., Reports 1997-II, р. 510, § 40).
46. Далее Европейский Суд напомнил, что та или иная задержка исполнения судебного решения при определенных обстоятельствах может быть оправдана, но задержка не может быть такой, чтобы нарушала саму суть права, гарантируемого пунктом 1 статьи 6 Конвенции. Финансовые трудности, испытываемые государством, не должны были препятствовать заявителю получить причитающееся ему денежные суммы, присужденные в результате судебного разбирательства (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Бурдов против России", § 35).
47. Возвращаясь к настоящему делу, Европейский Суд отметил, что судебные решения от 19 июня 2000 г., 14 марта 2001 г. и 28 мая 2002 г. не исполнялись в течение трех лет и семи месяцев, двух лет и одиннадцати месяцев и одного года и одного месяца, соответственно. Власти Российской Федерации не привели причины таким задержкам. Не приняв в течение такого значительного периода времени необходимых мер для исполнения вступивших в законную силу судебных решений по настоящему делу, власти Российской Федерации лишили положения пункта 1 статьи 6 Конвенции их полезной сущности в настоящем деле.
48. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
2. Предполагаемое нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции
49. Европейский Суд напомнил, что "требование" может представлять собой "имущество" по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в случае, если в достаточной мере установлено, что оно может быть юридически реализовано (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Бурдов против России", § 40, и Постановление Европейского Суда по делу "Греческие нефтеперегонные заводы "Стран" и Стратис Андриатис против Греции" (Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece) от 9 декабря 1994 г., Series A, N 301-B, p. 84, § 59). Судебные решения от 19 июня 2000 г., 14 марта 2001 г. и 28 мая 2002 г. предоставили заявителю юридически реализуемые требования, а не просто общее право на получение материальной помощи от государства. Данные судебные решения вступили в силу, поскольку они не были обжалованы в кассационном порядке, и на их основании было возбуждено исполнительное производство. Следовательно, невозможность для заявителя в течение существенного срока добиться исполнения представляет собой вмешательство в его право на беспрепятственное пользование своим имуществом, гарантируемое первым предложением пункта 1 статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.
50. При отсутствии какого-либо обоснования такого вмешательства (см. выше § 49) Европейский Суд пришел к выводу, что имело место нарушение Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.
II. Иные предполагаемые нарушения Конвенции
51. Заявитель также жаловался на надзорное производство по его делу, имевшее место 26 июня 2003 г., в результате которого судебное решение от 28 мая 2002 г. было отменено, а дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
52. Прежде всего, Европейский Суд отметил, что согласно предоставленным ему документам заявитель впервые узнал о надзорном производстве из письма канцелярии Тамбовского областного суда от 30 июня 2003 г. Далее Европейский Суд установил, что часть жалобы на надзорное разбирательство по делу заявителя была впервые представлена заявителем в Европейский Суд в письме от 20 апреля 2004 г., то есть более чем через девять месяцев. Поскольку ничто в материалах дела или доводах заявителя не указывает на то, что отправка письма от 30 июня 2003 г. заняла необычно много времени или что имеются иные исключительные обстоятельства, которые помешали заявителю соблюсти требование шестимесячного срока, установленного пунктом 1 статьи 35 Конвенции, то данная часть жалобы подана по истечении установленного срока.
53. Соответственно, данная часть жалобы должна быть отклонена в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции.
III. Применение Статьи 41 Конвенции
54. Статья 41 Конвенции гласит:
"Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
А. Ущерб
55. Заявитель потребовал сумму в размере 50 тысяч евро в качестве компенсации материального ущерба и морального вреда.
56. Власти Российской Федерации утверждали, что требования заявителя являются чрезмерными и что компенсация заявителю присуждена быть не должна, поскольку в любом случае судебные решения, вынесенные в пользу заявителя, исполнены.
57. Европейский Суд не усмотрел причинно-следственной связи между установленным нарушением и предполагаемым материальным ущербом, нанесенным заявителю; соответственно, он отклонил данное требование. Вместе с тем Европейский Суд признал, что заявитель испытывал душевные страдания в связи с указанными нарушениями и присудил ему 3 тысячи евро в качестве компенсации морального вреда.
В. Судебные расходы и издержки
58. Заявитель не представил требований в связи с этим, и, соответственно, Европейский Суд не присудил компенсации судебных расходов и издержек.
С. Процентная ставка при просрочке платежей
59. Европейский Суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
На этих основаниях суд единогласно:
1) объявил часть жалобы на длительное неисполнение судебных решений от 19 июня 2000 г., 14 марта 2001 г. и 28 мая 2002 г. приемлемой, а остальную часть жалобы неприемлемой;
2) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
3) постановил, что имело место нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции;
4) постановил:
(а) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю 3000 (три тысячи) евро в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в национальную валюту Российской Федерации по курсу на день произведения выплаты, плюс сумму налогов, которые могут быть начислены на указанную выше сумму;
(b) что простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;
5) отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 20 октября 2005 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 Правила 77 Регламента Суда.
Секретарь Секции Суда
Венсен БЕРЖЕ
Председатель Палаты
Боштьян М.ЦУПАНЧИЧ