ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 30 мая 2000 г. N 49-В00-3
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Кнышева В.П.
судей Горохова Б.А.
Кебы Ю.Г.
рассмотрела в судебном заседании от 30 мая 2000 г. протест заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации на постановление президиума Верховного суда Республики Башкортостан от 16 мая 1997 г. в части вынесения по делу нового решения.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кнышева В.П., заключение прокурора Коптевой Л.И., полагавшей протест удовлетворить, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
Решением Куюргазинского районного суда Республики Башкортостан от 7 февраля 1995 года по заявлению Ш. установлен факт конфискации имущества при раскулачивании семьи Ш.Е. в 1932 году.
Заключением Куюргазинской районной комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий от 24 марта 1995 года Ш., сыну Ш.Е., как наследнику первой очереди, определена компенсация за конфискованное имущество в размере 80 минимальных размеров оплаты труда.
4 апреля 1995 года Ш. получил 1640000 руб. (неденоминированных) с учетом минимального размера оплаты труда в сумме 20500 руб., существовавшего на дату принятия решения комиссией.
В мае 1996 года Ш. обратился в суд с жалобой на решение указанной комиссии от 24.03.95 года, ссылаясь на то, что стоимость конфискованного имущества, включающего дом, надворные постройки, сельхозинвентарь, скот, одежду, превышает 100 минимальных размеров оплаты труда, поэтому ему должна быть выплачена максимально возможная денежная компенсация - 100 минимальных размеров оплаты труда; решение комиссии о выплате компенсации в виде 80 минимальных размеров оплаты труда ничем не обосновано, расчеты не приведены. Кроме того, Ш. указывал, что с 01.04.95 г. был увеличен минимальный размер оплаты труда до 34400 рублей, который действовал на момент получения им денежной компенсации, однако перерасчет причитающейся суммы с учетом данного повышения ему не был произведен. Ш. просил довзыскать в его пользу денежную компенсацию до 100 минимальных размеров оплаты труда.
Решением Куюргазинского районного суда Республики Башкортостан от 15 октября 1996 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 19 ноября 1996 года, в удовлетворении заявленных требований Ш. отказано.
Постановлением Президиума Верховного Суда Республики Башкортостан от 16 мая 1997 года решение суда и определение судебной коллегии отменены, по делу вынесено новое решение. Заключение комиссии от 24.03.95 года о возмещении стоимости конфискованного имущества Ш.Е. в размере 80 минимальных размеров оплаты труда признано необоснованным и взыскано в пользу Ш. с финансового отдела администрации Куюргазинского района Республики Башкортостан дополнительно 410000 руб. (неденоминированных).
В протесте заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации, внесенном в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации поставлен вопрос об отмене постановления Президиума Верховного Суда Республики Башкортостан от 16 мая 1997 года в части вынесения по делу нового решения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы протеста Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации находит протест обоснованным и подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.
Отказывая в удовлетворении жалобы, суды первой и кассационной инстанции исходили из того, что размер денежной компенсации определен комиссией правильно, требования "Положения о порядке возврата гражданам незаконно конфискованного, изъятого или вышедшего иным путем из владения в связи с политическими репрессиями имущества, возмещения его стоимости или выплаты денежной компенсации", утвержденного Постановлением Правительства РФ от 12 августа 1994 г. N 926 (далее Положение) при этом не нарушены, выплата денежной компенсации обоснованно произведена с учетом минимального размера оплаты труда 20500 руб., существовавшего на момент вынесения решения комиссии, а не на момент фактического получения денег Ш.
Отменяя названные судебные постановления Президиум Верховного Суда Республики Башкортостан сделал правильный вывод о незаконности решения комиссии от 24.03.95 года, так как последняя не производила оценку конфискованного имущества, расчет стоимости имущества не приведен, не указаны мотивы, по которым комиссия пришла к выводу о выплате Ш. компенсации в 80-кратном размере минимального размера оплаты труда, а не в большем либо меньшем размере.
В судебном заседании представитель комиссии пояснял, что определяя размер денежной компенсации, последняя принимала во внимание сложившуюся практику и исходила из того, что компенсация в максимальном размере (100 МРОТ) выплачивается тем гражданам, которые пострадали значительно больше заявителя, имели большое хозяйство, более ценное имущество (л.д. 20).
Президиум правильно указал в своем постановлении, что данные критерии определения размера компенсации не основаны на нормах, названного выше Положения, решение комиссии нельзя признать законным, следовательно, судебные постановления об отказе в удовлетворении жалобы Ш. подлежат отмене.
Вместе с тем, при вынесении нового решения по делу Президиум допустил существенное нарушение норм процессуального права.
Обстоятельства, связанные с определением стоимости конфискованного имущества, не были предметом исследования в суде первой инстанции. В нарушение требований ст. 56 ГПК РСФСР суд не дал оценки имеющимся в деле доказательствам по данному вопросу (л.д. 15). Выводы суда о стоимости конфискованного у семьи Ш. имущества в решении отсутствуют.
Суд надзорной инстанции должен исходить из фактических обстоятельств, признанных судом первой инстанции установленными. Согласно ч. 2 ст. 331 ГПК РСФСР суд, рассматривающий дело в порядке надзора, не вправе предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, о преимуществе одних доказательств перед другими.
В нарушение указанной правовой нормы Президиум Верховного Суда Республики Башкортостан при вынесении нового решения по делу по существу исходил из достоверности имеющейся в материалах дела справки управления сельского хозяйства Куюргазинского района от 22.04.96 года (л.д. 15), признав установленным, что стоимость конфискованного у Ш.Е. имущества превышает 100-кратный минимальный размер оплаты труда, и с учетом этого вынес решение о довзыскании в пользу Ш. денежной компенсации в размере 20 минимальных размеров оплаты труда.
Кроме того, довзыскивая в пользу Ш. денежную компенсацию в размере 20 минимальных размеров оплаты труда, для расчета взыскиваемой суммы Президиум применил размер минимальной оплаты труда 20 руб. 50 коп., установленный на момент дачи комиссией заключения как это предусмотрено п. 8 названного выше Положения.
Однако, при этом не учел, что согласно п. 6 Положения соответствующие денежные выплаты финансовый орган производит в месячный срок со дня получения решения органа исполнительной власти о выплате денежной компенсации.
Несвоевременно выплаченные гражданину суммы в силу общеизвестного факта инфляции обесцениваются и подлежат индексации (осовремениванию), в связи с потерей покупательской способности, что в данном случае Президиумом сделано не было.
Из постановления Президиума также следует, что последний взыскал 410000 руб. в пользу Ш. с финансового отдела администрации Куюргазинского района.
Однако определение о привлечении финансового отдела к участию в деле в качестве ответчика судом не выносилось.
Представлял в суде заместитель главы администрации Куюргазинского района интересы только комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий, либо одновременно и интересы финансового отдела администрации Куюргазинского района из материалов дела неясно.
В связи с существенными нарушениями норм процессуального права и неправильным применением норм материального права постановление Президиума Верховного Суда Республики Башкортостан в части вынесения нового решения по делу подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 329, 330 ГПК РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
определила:
отменить постановление Президиума Верховного Суда Республики Башкортостан от 16 мая 1997 года в части вынесения по делу нового решения; дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.