ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 мая 2000 года
Дело N 18-В00-29
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Лаврентьевой М.Н., судей Толчеева Н.К., Еременко Т.И.рассмотрела в судебном заседании от 29 мая 2000 года гражданское дело по иску А. к ОАО "Роснефть-Краснодарнефтеоргсинтез" о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда по протесту заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации на решение Северского районного суда Краснодарского края от 31 августа 1998 года, которым в удовлетворении иска отказано, и последующие судебные постановления.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Толчеева Н.К., объяснения представителя ОАО "Роснефть-Краснодарнефтеоргсинтез" К.Л., возражавшей против доводов протеста, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Гермашевой М.М., полагавшей протест обоснованным, Судебная коллегия
установила:
А. работал с 2 марта 1998 г. оператором 4-го разряда факельного хозяйства в технологическом цехе по перегонке нефти ОАО "Роснефть-Краснодарнефтеоргсинтез". Приказом N 287 от 15 июля 1998 г. он был уволен с работы по п. 1 ст. 33 КЗоТ Российской Федерации в связи с ликвидацией предприятия.
А. обратился в суд с иском о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что ОАО "Роснефть-Краснодарнефтеоргсинтез" до настоящего времени не ликвидировано; факельное хозяйство, где он работал, функционирует, причем на его место принят другой работник.
Решением Северского районного суда от 31 августа 1998 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 2 октября 1998 года, в иске отказано.
Постановлением президиума краевого суда от 14 января 1999 года оставлен без удовлетворения протест прокурора края на указанные судебные решения.
В протесте, внесенном в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, ставится вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений, как вынесенных с нарушением норм материального и процессуального права.
Обсудив доводы протеста, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит его подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.
Отказывая в иске, суд исходил из того, что решением Арбитражного суда Краснодарского края от 3 февраля 1997 г. ОАО "Роснефть-Краснодарнефтеоргсинтез" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, производится принудительная ликвидация общества путем продажи на открытом аукционе его имущества без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам. Работник этого же предприятия Ж. был переведен на место А. после его увольнения в связи с необходимостью переработки поступившего сырья и нехваткой рабочих на факельном хозяйстве. При продаже имущественного комплекса Ж. также будет уволен.
Указанные выводы суда фактически подтверждают обоснованность доводов истца о том, что предприятие до настоящего времени не ликвидировано.
В соответствии со ст. 61 Гражданского кодекса Российской Федерации ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам. Согласно ч. 8 ст. 63 Гражданского кодекса Российской Федерации ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование после внесения об этом записи в единый государственный реестр юридических лиц.
Из материалов дела усматривается, что из государственного реестра предприятий ОАО "Роснефть-Краснодарнефтеоргсинтез" не исключено и продолжает работать в условиях конкурсного производства. Об этом свидетельствует определение Арбитражного суда Краснодарского края от 21 мая 1998 г. и пояснения представителя ответчика (л.д. 48, 108, 110).
Тот факт, что приказом N 376-л от 3 июля 1998 г. Ж. переведен оператором 4 разряда факельного хозяйства (л.д. 59), свидетельствует о сохранении рабочего места истца до настоящего времени. Из приказа N 551-л от 18.09.98 о переводе Ж. оператором 5 разряда на технологическую установку деметилирования толуола видно, что одним из оснований явилось наличие вакансии (л.д. 134). На освободившиеся по разным причинам рабочие места принимаются другие работники (приказы о приеме на работу Ш., Л., К.И. и других (л.д. 78 - 99).
Таким образом, выводы суда о том, что ОАО "Роснефть-Краснодарнефтеоргсинтез" на момент рассмотрения дела в суде было ликвидировано, в связи с чем все его работники подлежали увольнению по п. 1 ст. 33 КЗоТ Российской Федерации, не могут быть признаны соответствующими нормам материального права, регулирующим порядок ликвидации предприятия и расторжения трудовых договоров с его работниками.
В соответствии с ч. 2 ст. 33 КЗоТ Российской Федерации увольнение в связи с ликвидацией предприятия допускается, если невозможно перевести работника, с его согласия, на другую работу.
Частью 2 ст. 29 КЗоТ Российской Федерации предусмотрено, что передача предприятия, учреждения, организации из подчинения одного органа в подчинение другого не прекращает действия трудового договора (контракта). При смене собственника предприятия, а равно его реорганизации (слиянии, присоединении, разделении, преобразовании) трудовые отношения, с согласия работника, продолжаются; прекращение в этих случаях трудового договора (контракта) по инициативе администрации возможно только при сокращении численности или штата работников.
Данных о том, что в результате конкурсного производства предприятие, работником которого являлся истец, полностью ликвидировано, а не сменило собственника, в деле нет. Вопрос о том, сохранится ли рабочее место истца после окончания конкурсного производства и завершения ликвидации предприятия, имел для данного дела существенное значение, поскольку от ответа на него зависело решение вопроса о законности увольнения истца. Суд в нарушение требований ч. 2 ст. 50 Гражданского процессуального кодекса РСФСР на обсуждение это имеющее юридическое значение обстоятельство не поставил.
Вывод суда о соблюдении порядка увольнения, предусмотренного ст. 40.2 КЗоТ Российской Федерации, основан на неправильном применении данной нормы материального права. Суд посчитал, что истец своевременно был предупрежден о предстоящем увольнении, поскольку был ознакомлен с приказом N 72 от 16 марта 1998 г., в котором начало увольнения работников было связано с моментом продажи предприятия (л.д. 26, 30).
Между тем в соответствии с ч. 2 указанной статьи работники должны быть предупреждены персонально о предстоящем высвобождении не менее чем за два месяца. Ознакомление с приказом N 72 от 16 марта 1998 г., в котором отсутствует персональное предупреждение, не может считаться надлежащим уведомлением об увольнении по п. 1 ст. 33 КЗоТ Российской Федерации, тем более что при ликвидации предприятия возможно сохранение рабочих мест и продолжение трудовых отношений работников с новым собственником предприятия.
При продаже предприятия все трудовые договоры (контракты), действующие на момент продажи предприятия, сохраняют силу, при этом права и обязанности работодателя переходят к покупателю предприятия (ч. 2 ст. 96 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" от 8 января 1998 г.
Решение суда вынесено с нарушением норм материального права и с существенным нарушением норм процессуального права, в связи с чем подлежит отмене на основании п. п. 1, 2 части первой ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РСФСР.
Руководствуясь п. 2 ст. 329 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
определила:
решение Северского районного суда Краснодарского края от 31 августа 1998 года, определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 8 октября 1998 года и постановление президиума Краснодарского краевого суда от 14 января 1999 года отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.