ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 28 декабря 1998 года
Дело N 4-В98-148
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Манохиной Г.В., судей Маслова А.М., Толчеева Н.К.рассмотрела в судебном заседании от 28 декабря 1998 г. дело по жалобе Р. на действия пенсионного отдела Генеральной прокуратуры Российской Федерации по протесту заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации на постановление президиума Московского областного суда от 2 декабря 1997 года.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Г.В. Манохиной, заключение помощника Генерального прокурора Российской Федерации М.М. Гермашевой, полагавшей протест удовлетворить, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
Р. обратилась в суд с жалобой на отказ пенсионного отдела пенсионного обеспечения Генеральной прокуратуры Российской Федерации в назначении ей пенсии за выслугу лет. В обоснование требования указала, что письмом отдела пенсионного обеспечения Генеральной прокуратуры РФ от 27 ноября 1996 года ей было отказано в назначении пенсии по выслуге лет со ссылкой на то, что на день увольнения из прокуратуры 21 июня 1973 года ее выслуга лет с учетом службы в армии и учебы составила в календарном исчислении 15 лет 9 месяцев 8 дней, в льготном исчислении 18 лет 5 месяцев 8 дней, что недостаточно для назначения пенсии. Период работы в качестве народного судьи с 21 июня 1973 года по 12 апреля 1976 года, по мнению Р., пенсионный отдел необоснованно отказался зачесть в выслугу для назначения пенсии. Р. просила суд признать отказ в назначении пенсии по выслуге лет необоснованным, обязать отдел пенсионного обеспечения назначить ей пенсию по выслуге лет как работнику прокуратуры.
Решением Пушкинского городского суда от 19 сентября 1997 года жалоба Р. удовлетворена.
В кассационном порядке дело не рассматривалось.
Постановлением президиума Московского областного суда от 2 декабря 1997 года решение суда первой инстанции отменено, вынесено новое решение об отказе Р. в удовлетворении жалобы.
В протесте поставлен вопрос об отмене постановления президиума областного суда, как вынесенного в нарушение норм материального права.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, проверив материалы дела, обсудив доводы протеста, находит его подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.
Согласно пункту 4 ст. 44 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" пенсионное обеспечение прокуроров и следователей, научных и педагогических работников, имеющих классные чины, и членов их семей осуществляется применительно к условиям, нормам и порядку, установленному законодательством Российской Федерации для лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, и их семей.
Пунктом "а" ст. 13 Закона РФ "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу в органах внутренних дел, и их семей" от 12 февраля 1993 года, в редакции Федерального закона, принятого Государственной Думой 20 октября 1995 года, право на пенсию за выслугу лет имеют лица, указанные в статье 1 настоящего Закона, имеющие на день увольнения со службы выслугу на военной службе и (или) на службе в органах внутренних дел 20 лет и более.
В соответствии с п. 1.1 Положения о порядке назначения и выплаты пенсий прокурорам и следователям, научным и педагогическим работникам органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации и их семей, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 года N 942, в выслугу лет для назначения пенсии засчитывается период работы (службы) в качестве судьи.
Суд первой инстанции в данном конкретном случае обоснованно пришел к выводу о том, что стаж работы Р. в должности судьи в период с 21 июня 1973 года по 12 апреля 1976 года должен быть зачтен в выслугу лет для назначения пенсии по выслуге лет Р. как работнику прокуратуры.
Суд правильно исходил из того, что нельзя согласиться с доводом Генеральной прокуратуры РФ о том, что в соответствии с п. 4 Положения о порядке назначения и выплаты пенсий прокурорам и следователям, научным и педагогическим работникам органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации и их семьям стаж работы Р. в должности судьи не может быть зачтен при назначении пенсии за выслугу лет как работнику прокуратуры, поскольку она работала в должности судьи после увольнения из прокуратуры. В пункте 4 названного Положения указано, что право на пенсию имеют лица, указанные в пункте 3 настоящего Положения, проживающие в Российской Федерации, уволенные из органов и учреждений прокуратуры до 1 июля 1994 года, имеющие необходимую выслугу лет или ставшие инвалидами при условиях, предусмотренных Законом Российской Федерации "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, и их семей", и их семьи. Суд обоснованно принял во внимание, что Р. прекратила работу в прокуратуре в связи с избранием ее народным судьей Пушкинского городского суда и в соответствии с требованиями КЗоТ РСФСР (в редакции 1971 года) ей было гарантировано сохранение ее должности (службы) по прежнему месту работы после прекращения полномочий судьи. При таких данных суд пришел к правильному выводу о необоснованности отказа во включении периода работы в качестве судьи в выслугу лет.
Президиум Московского областного суда, отменяя решение суда и принимая новое решение, не принял во внимание указанные конкретные обстоятельства по делу, сослался на то, что суд не учел, что после освобождения от обязанностей народного судьи 12 апреля 1976 года Р. с 10 мая 1976 года по февраль 1980 года работала юрисконсультом на фабрике "Серп и Молот", в дальнейшем также продолжала работать, но не в органах прокуратуры.
Однако то обстоятельство, что после освобождения от обязанностей народного судьи 12 апреля 1976 года Р. не возвратилась на работу в прокуратуру, не могло быть основанием к отмене судебного решения, поскольку на время освобождения от обязанностей судьи Р. уже имела необходимую выслугу лет для назначения пенсии за выслугу лет как работнику прокуратуры. На день прекращения работы в прокуратуре 21 июня 1973 года Р. выслуга лет для назначения пенсии Р. составила 18 лет 5 месяцев 8 дней. Р. выполняла обязанности судьи с 21 июня 1973 года по 12 апреля 1976 года. В соответствии с требованиями ст. 110 КЗоТ РСФСР за Р. сохранялось право на прежнюю должность, занимаемую ею в прокуратуре до избрания на должность судьи, поэтому судебный стаж, составляющий больше 2-х лет, как правильно указал суд первой инстанции, должен быть засчитан для назначения пенсии Р. за выслугу лет как бывшему сотруднику прокуратуры.
На основании изложенного постановление президиума Московского областного суда подлежит отмене, а решение суда первой инстанции - оставлению без изменения.
Руководствуясь ст. 329 ГПК РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
определила:
постановление президиума Московского областного суда от 2 декабря 1997 года отменить, решение Пушкинского городского суда Московской области от 19 сентября 1997 года оставить без изменения.