ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 22 августа 2008 г. N 81-В08-14
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Горохова Б.А.,
судей Колычевой Г.А., Малышкина А.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке надзора гражданское дело по заявлению Курносовой Г.В. об установлении факта нахождения на иждивении по надзорной жалобе Государственного учреждения - Кузбасское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации филиал N 9 на решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 5 апреля 2007 года и определение Судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 25 мая 2007 года.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Горохова Б.А., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации,
установила:
Курносова Г.В. обратилась в суд с заявлением об установлении факта нахождения на иждивении указав на то, что состояла в браке с Бокаревым Г.Г. с 21 марта 2003 года. Бокарев Г.Г. умер 2 февраля 2006 года. Причиной смерти Бокарева Г.Г. явилось профессиональное заболевание.
Государственным учреждением - Кузбасское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации филиал N 9 в назначении страховых выплат по потере кормильца истице было отказано.
Курносова Г.В., не согласившись с отказом, обратилась в суд с требованием об установлении факта нахождения ее на иждивении Бокарева Г.Г., указав на то, что имеет право на получение страховых выплат на основании ст. 7 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".
Решением Междуреченского городского суда Кемеровской области от 30 августа 2006 года в удовлетворении заявления Курносовой Г.В. было отказано.
Определением Судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 8 ноября 2006 года решение суда было отменено с направлением дела на новое рассмотрение.
Решением Междуреченского городского суда Кемеровской области от 5 апреля 2007 года, оставленным без изменения определением Судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 25 мая 2007 года, заявление Курносовой Г.В. удовлетворено.
В надзорной жалобе Государственного учреждения - Кузбасское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации филиал N 9 ставится вопрос об отмене указанных судебных постановлений.
По запросу заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации для проверки в порядке надзора и определением заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации от 16 июля 2008 года передано для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к следующему.
В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможно восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
В соответствии с частью 1 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций. Решение суда по заявлению об установлении факта, имеющего юридическое значение, является документом, подтверждающим факт, имеющий юридическое значение (статья 268 ГПК РФ).
Удовлетворяя заявление Курносовой Г.В., суд руководствовался тем, что она, являясь нетрудоспособным лицом, состояла на иждивении умершего мужа Бокарева Г.Г., что влечет для нее правовые последствия при решении вопроса о получении страховых выплат в соответствии со ст. 7 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".
Между тем такой вывод суда нельзя признать правильным по следующим основаниям.
Пунктом 1 статьи 1 Федерального закона от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" предусмотрено возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, путем предоставления застрахованному в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию.
Согласно ст. 3 указанного Закона объектом обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний являются имущественные интересы физических лиц, связанные с утратой этими физическими лицами здоровья, профессиональной трудоспособности либо их смертью вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания.
Как видно из дела, Бокарев Г.Г., работая на шахте ЗАО "Распадская" г. Междуреченска Кемеровской области, получил профессиональное заболевание (л.д. 9 - 11).
В силу ст. 3 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" застрахованный - это физическое лицо, подлежащее обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.
Страховой случай с Бокаревым Г.Г. произошел во время его работы на шахте ЗАО "Распадская", в связи с чем с 20 февраля 2003 года он получал страховые выплаты по социальному страхованию в соответствии с Федеральным законом "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".
Суды первой и кассационной инстанций неправильно истолковали нормы указанного Закона, поскольку в соответствии со ст. 7 этого Закона право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая, который в данном случае был установлен в 2003 году при выявлении у Бокарева Г.Г. профессионального заболевания и установления ему инвалидности.
Повторно в связи со смертью Бокарева Г.Г. 2 февраля 2006 года страховой случай произойти не мог, поскольку право на получение страховых выплат было реализовано самим застрахованным. К его наследникам или иждивенцам право на получение этих сумм перейти не может в силу прямого указания на это в ст. 383 Гражданского кодекса РФ, не допускающей перехода к другим лицам неразрывно связанного с личностью кредитора требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью.
Таким образом, в соответствии со ст. 7 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" право на получение страховых выплат нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания, имеют только тогда, когда страховым случаем является смерть застрахованного. С учетом этого вывод суда первой и кассационной инстанций о том, что установление факта нахождения на иждивении Курносовой Г.В. может повлечь для нее юридические последствия при решении вопроса о праве на получение страховых выплат в соответствии со ст. 7 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", является неправомерным, основанным на неправильном толковании и применении названных норм материального права.
Таким образом, установление факта нахождения Курносовой Г.В. на иждивении с целью получения страховых выплат является незаконным, поскольку истица не имеет права на получение страховых выплат по случаю потери кормильца в соответствии с нормами Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".
Вместе с тем, ее право на социальное обеспечение может быть реализовано при назначении ей в соответствии с п. 6 ст. 9 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" вместо пенсии по старости пенсии по случаю потери кормильца.
Руководствуясь ст. ст. 387, 390, 391 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации,
определила:
отменить определение Судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 8 ноября 2006 года, решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 5 апреля 2007 года и определение Судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 25 мая 2007 года.
Оставить в силе решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 30 августа 2006 года.