ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 22 апреля 2003 года
Дело N 52-Г03-3
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Кнышева В.П., судей Беспаловой З.Д., Корчашкиной Т.Е.рассмотрела в открытом судебном заседании дело по жалобе У. на решение квалификационной коллегии судей Республики Алтай от 27 декабря 2002 г. по кассационной жалобе У. на решение Верховного суда Республики Алтай от 30 января 2003 г.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Беспаловой З.Д., объяснения У. и ее представителя К.Н., поддержавших доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
У. 26 июня 2001 г. была назначена на должность судьи Шебалинского районного суда Республики Алтай.
Решением квалификационной коллегии судей Республики Алтай от 27 декабря 2002 г. полномочия У. были прекращены досрочно на основании п. 1 ст. 12.1 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации".
У. обратилась в суд с жалобой на решение квалификационной коллегии судей, в которой просила решение отменить. Полагает, что выводы коллегии о совершении ею позорящих честь и достоинство судьи проступков, умаляющих авторитет судебной власти, не основаны на материалах дела. Считает недоказанными факты опозданий на работу без уважительных причин, несвоевременного начала судебных заседаний и нахождения ее на рабочем месте в нетрезвом состоянии 3 октября и 19 ноября 2002 г. В указанные дни ею рассматривались уголовные дела в соответствии с графиком их назначения.
Решением Верховного суда Республики Алтай от 30 января 2003 г. У. в удовлетворении жалобы отказано.
У. подала кассационную жалобу, в которой просит решение квалификационной коллегии и решение суда отменить и принять новое решение, которым удовлетворить жалобу в полном объеме. Полагает, что суд допустил существенные нарушения норм процессуального права, признав необоснованно факты, послужившие основанием для досрочного прекращения ее полномочий судьи, доказанными.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит решение суда подлежащим отмене.
Согласно статье 121 (часть 2) Конституции Российской Федерации полномочия судьи могут быть прекращены не иначе как в порядке и по основаниям, установленным федеральным законом.
Таким законом является Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", п. 1 ст. 12.1 которого в качестве одного из оснований прекращения полномочий судьи предусматривает совершение судьей дисциплинарного проступка (нарушение норм настоящего закона, а также положений Кодекса судейской этики, утверждаемого Всероссийским съездом судей).
Прекращая полномочия У. на основании п. 1 ст. 12.1 названного Закона, в решении квалификационная коллегия указала, что судья У. нарушает трудовой распорядок, что приводит к срывам судебных заседаний, 18 ноября 2002 г. совершила прогул, 3 октября и 19 ноября 2002 г. находилась на рабочем месте в нетрезвом состоянии, т.е. совершила проступки, позорящие честь и достоинство судьи и умаляющие авторитет судебной власти.
Суд, рассматривая жалобу У., указал, что 18 ноября 2002 г. она на работе отсутствовала в течение четырех часов по уважительной причине.
С другими фактами, указанными в решении квалификационной коллегии, суд согласился, исходя из их доказанности.
Однако вывод суда о нарушении У. трудового распорядка, что приводит к срывам судебных заседаний, нельзя признать правильным, поскольку в обоснование такого вывода в решении суда не приведены конкретные факты и подтверждающие их доказательства, хотя в представлении председателя Шебалинского районного суда имеются ссылки на такие конкретные факты.
Решение суда не опровергают доводы жалобы о том, что в подтверждение вывода о нарушении трудовой дисциплины, допущенном У., выразившемся в опозданиях, что влекло к срыву судебных заседаний, не приведено доказательств.
Суд согласился и с выводом квалификационной коллегии о доказанности фактов нахождения У. 3 октября и 19 ноября 2002 г. на рабочем месте в нетрезвом состоянии и оценил как совершение ею дисциплинарного проступка.
Данный вывод суда нельзя признать правильным.
Из материалов дела усматривается, что 3 октября У. рассматривалось уголовное дело по обвинению Б., а 19 ноября 2002 г. по обвинению И.
В судебном заседании У. отрицала нахождение на работе в нетрезвом состоянии 3 октября и 19 ноября, указала, что в эти дни рассматривала дела. Пояснила, что с председателем суда Ч.Е. у нее сложились конфликтные отношения. О составленных актах ей ничего не было известно и ей не предлагалось по этому поводу написать объяснение (л.д. 12), по предложению председателя суда она написала объяснение по поводу опозданий на работу 3 октября и 19 ноября 2003 г. О составленных актах ей стало известно лишь при ознакомлении с представлением.
Как следует из пояснений председателя суда Ч.Е., уже 3 октября и 19 ноября 2002 г. ей стало известно о нахождении У. на рабочем месте в нетрезвом состоянии, однако объяснения по этим фактам у нее были взяты соответственно 4 октября и 20 ноября 2002 г. лишь в связи с опозданием на работу 3 октября и 19 ноября.
Из материалов дела усматривается, что председатель суда не предлагала У. представить в какой-либо форме объяснения по этому поводу. Объяснения У. были написаны лишь по фактам отсутствия на работе 18 и опоздания 19, 20 ноября, 3 октября 2002 г.
При таких обстоятельствах суду следовало выяснить, предлагалось ли У. представить объяснения по поводу нахождения ее на рабочем месте в нетрезвом состоянии 3 октября и 19 ноября, если не предлагалось, то чем это вызвано и почему, отбирая объяснения 4 октября (л.д. 33) и 20 ноября (л.д. 26) в связи с опозданием У. на работу в эти дни, ей не было предложено представить объяснения по поводу нахождения на работе в нетрезвом состоянии. Не уточнено судом, составлялся ли акт по поводу нахождения У. 3 октября на работе в нетрезвом состоянии (в материалах дела такой акт отсутствует), если не составлялся, то чем это было вызвано.
Не выяснено судом юридически значимое для дела такое обстоятельство, как непринятие к У. мер председателем суда до декабря 2002 г. по факту нахождения ее в нетрезвом состоянии на работе 3 октября.
Суд, оценивая доказательства, оценивает их относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Из решения квалификационной коллегии усматривается, что вывод о нахождении У. на работе в нетрезвом состоянии 3 октября подтвержден объяснениями А., Л., П.А.
Однако такие объяснения П.А. в материалах дела отсутствуют.
Этому обстоятельству судом оценка не дана. Не уточнено это обстоятельство и в судебном заседании. В суде П.А. показал, что в нетрезвом состоянии видел У. только 19 ноября 2003 г.
Суд, в обоснование вывода о доказанности факта нахождения У. в нетрезвом состоянии на работе 3 октября также сослался на показания свидетеля А., хотя конкретная дата ею не называлась ни в суде (л.д. 30 - 32), ни в объяснении, данном квалификационной коллегии (л.д. 80).
При наличии таких обстоятельств судом в решении не мотивирован вывод о том, что свидетель А. подтвердила факт нахождения У. в нетрезвом состоянии на работе именно 3 октября.
Далее, в обоснование вывода о том, что У. в указанный день находилась на работе в нетрезвом виде, суд сослался и на показания свидетеля Л.
Однако в объяснениях, данных лишь 9 декабря 2002 г. председателю суда (л.д. 23) и квалификационной коллегии 25 декабря 2002 г. (л.д. 81), также конкретная дата не называется.
Судом не уточнено, почему в указанных объяснениях свидетелем конкретная дата не называлась, а в суде указана дата 3 октября.
Судом не мотивирован вывод о достоверности показаний этих свидетелей как отдельных доказательств, так и в совокупности с другими доказательствами.
Так, в материалах дела имеется объяснение судьи Шебалинского районного суда Н. (л.д. 53), данных ею 19 декабря 2002 г. квалификационной коллегии, о том, что утром 3 октября 2002 г. она общалась с судьей У. - она находилась в трезвом состоянии.
Судом не выяснено, в связи с чем коллегией эти объяснения не приняты во внимание.
Судом критически оценены такие же показания Н., данные суду. При этом судом указано, что она не подтверждает факт нахождения У. на работе в нетрезвом состоянии в связи с нежеланием быть втянутой в конфликтную ситуацию.
При этом судом не учтено, что Н. по своей инициативе дала объяснения квалификационной коллегии и дала по существу показания в судебном заседании (л.д. 34).
В связи с противоречивыми показаниями указанных свидетелей суду следовало дать им оценку в совокупности с другими доказательствами и сделать вывод о их достоверности, что судом сделано не было.
Признавая доказанным факт нахождения У. в нетрезвом состоянии на рабочем месте 19 ноября 2003 г., коллегия исходила из признания этого факта самой У. и подтверждение его свидетелями П.А. (администратора суда), М., Л. (работники аппарата суда), а также свидетеля К.В. (свидетель по уголовному делу, рассматриваемому 19 ноября).
Суд, допросив указанных свидетелей, признал их достоверными.
При этом судом не приняты во внимание доводы У. о том, что с П.А. у нее сложились конфликтные отношения, что последним не отрицалось, М. является близкой родственницей председателя Шеболинского районного суда, поставившей вопрос о прекращении ее полномочий, а Л. с 18 ноября 2002 г. не работала, т.к. выехала на учебу.
Л. данное обстоятельство в суде подтвердила (л.д. 32).
Кроме этого, судом не дана оценка показаниям указанных свидетелей в совокупности с другими доказательствами, в частности, показаниям свидетелей Т.М. (секретарь судебного заседания), Т.Ю., К.О. (свидетели по уголовному делу по обвинению И.), Ч.В. (адвоката по этому же делу), подтвердивших, что У. 19 ноября 2003 г. на работе находилась в трезвом состоянии.
Ссылаясь на показания свидетеля П.М. (прокурора, участвующего в деле), в подтверждение нахождения У. в этот день в нетрезвом состоянии, судом не были приняты во внимание показания свидетеля о том, что у судьи был "больной внешний вид", "речь была нормальная, но медленная, по внешнему виду она плохо себя чувствовала".
Противоречия в показаниях П.М. судом не устранены.
В соответствии с ч. 2 ст. 50 ГПК РСФСР суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой из сторон они подлежат доказыванию, ставит их на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Нельзя признать правильным, что суд не определил как юридически значимое обстоятельство для данного дела довод У. о том, что признание употребления спиртного 18 ноября 2002 г., и это послужило в дальнейшем основанием к выводу о нахождении ее в нетрезвом состоянии 19 ноября, было условием председателя суда Ч.Е., которая обещала отозвать представление, не определено бремя доказывания данного обстоятельства.
В соответствии со ст. 56 ГПК РСФСР суд оценивает доказательства по внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем и полном рассмотрении имеющихся в деле доказательств в их совокупности.
Исходя из вышеизложенного, следует вывод о несоблюдении судом в полной мере требований указанной нормы.
Далее в материалах дела имеется два обращения главы администрации Шебалинского района Республики Алтай от 20 ноября 2001 г. и 17 мая 2002 г. в квалификационную коллегию судей Республики Алтай, в которых сообщается о недостойном для судьи поведении У. в гостинице, в связи с чем был поставлен вопрос о ее выселении, а также о факте привлечения к административной ответственности гражданина Т.Р., с которым распивала спиртные напитки 2 сентября 2002 г., после ссоры в гостинице вызвала работников милиции, а 3 сентября 2002 г. подвергла его штрафу.
В материалах дела не имеется данных (кроме ответа от 02.04.02 л.д. 87), рассматривались ли по существу указанные обращения квалификационной коллегией.
При таких обстоятельствах решение суда нельзя признать соответствующим требованиям закона, а поэтому оно подлежит отмене.
При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и постановить законное и обоснованное решение суда.
Руководствуясь ст. ст. 360, 361 ГПК РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
определила:
решение Верховного суда Республики Алтай от 30 января 2003 г. отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.