ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 21 декабря 2000 года
Дело N 12-Г00-11
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Лаврентьевой М.Н., судей Хаменкова В.Б., Пирожкова В.Н.рассмотрела в судебном заседании от 21 декабря 2000 г. дело по кассационной жалобе Управления Федеральной службы налоговой полиции РФ по Республике Марий Эл на решение Верховного Суда Республики Марий Эл от 18 октября 2000 года о восстановлении Т. на службе, взыскании денежного содержания и компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Хаменкова В.Б., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Гермашевой М.М., полагавшей решение суда оставить без изменения, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
подполковник налоговой полиции Т. с 1994 года проходил службу в УФСНП по Республике Марий Эл в должности ответственного дежурного дежурной части.
Приказом ФСНП РФ N 425-лс от 16 мая 2000 г. был уволен со службы по пункту "е" ст. 45 Положения о прохождении службы в органах налоговой полиции Российской Федерации по сокращению штатов и с 26 мая 2000 г. приказом УФСНП по Республике Марий Эл N 49-лс от 25 мая 2000 г. исключен из списка сотрудников федеральных органов налоговой полиции.
Считая увольнение незаконным, Т. обратился в суд с иском о восстановлении на службе, взыскании денежного содержания за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
В обоснование требований указывал на нарушение порядка его увольнения, ссылался на то, что сокращения штатов фактически проведено не было.
Решением Верховного Суда Республики Марий Эл от 18 октября 2000 года истец восстановлен на службе в органах налоговой полиции в прежней должности с взысканием в его пользу 13977 руб. 10 коп. денежного содержания за время вынужденного прогула и 2000 руб. компенсации морального вреда.
В кассационной жалобе УФСНП по Республике Марий Эл просит об отмене решения суда, ссылаясь на его незаконность и необоснованность.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований к отмене решения суда и считает его правильным.
В соответствии с пунктом "е" ст. 45 Положения о прохождении службы в органах налоговой полиции Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 20.05.1993 N 4991-1 (далее - Положение), сотрудники налоговой полиции могут быть уволены со службы в органах налоговой полиции по сокращению штатов при ликвидации или реорганизации органа налоговой полиции в случае невозможности использования сотрудника налоговой полиции на службе.
Установив в ходе судебного разбирательства, что при увольнении Т. со службы по данному основанию имевшиеся вакантные должности ему предложены не были, а заявление о переводе на службу в Чеченскую Республику оставлено без удовлетворения, суд сделал правильный вывод об отсутствии данных, свидетельствующих о невозможности использования истца на службе, и нарушении порядка его увольнения.
Из дела видно, что на основании приказа ФСНП РФ N 27 от 24 января 2000 г. "О внесении изменений в штаты органов налоговой полиции" дежурная часть, в которой Т. проходил службу в должности ответственного дежурного, была упразднена, а вновь созданная дежурная часть введена в состав организационно-инспекторского отдела.
В судебном заседании представители УФСНП по Республике Марий Эл не отрицали, что в результате проведенной реорганизации общая численность сотрудников управления не сокращалась, основные задачи вновь созданной дежурной части, число ее ответственных дежурных и их обязанности не изменились (л.д. 78, 96). При таких обстоятельствах суд обоснованно указал на то, что увольнение истца по п. "е" ст. 45 Положения при реорганизации органа налоговой полиции, штат которого фактически не сокращался, является незаконным.
Доводы кассационной жалобы о том, что невозможность использования Т. на службе в органах налоговой полиции подтверждена результатами проведенной перед его увольнением аттестации, основаны на неправильном толковании п. "е" ст. 45 Положения и противоречат правилам его ст. 14, в соответствии с которыми результаты аттестации сотрудника налоговой полиции могут быть учтены при увольнении по п. п. "и", "к" и "л" ст. 45 Положения, а именно, по служебному несоответствию, за грубое или систематическое нарушение служебной дисциплины, за совершение проступков, несовместимых с требованиями, предъявляемыми к личным качествам сотрудника налоговой полиции. Наличие такого условия увольнения по сокращению штата, как невозможность дальнейшего использования сотрудника налоговой полиции на службе, должно расцениваться не иначе как гарантия его права на труд. В связи с этим суд, применительно к ст. 33 КЗоТ РФ, правильно указал на то, что увольнение сотрудника налоговой полиции по п. "е" ст. 45 Положения допустимо лишь в случае, если его невозможно перевести, с его согласия, на другую работу. Поэтому ссылка в жалобе на то, что истец не мог быть использован на службе в силу его деловых качеств, а потому подлежал увольнению по сокращению штата, представляется необоснованной.
Указание в жалобе на неистребование судом доказательств невозможности использования истца на службе и неполноту исследования данного обстоятельства не основано на законе. В силу ст. 50 ГПК РСФСР каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Отказов суда в удовлетворении ходатайств ответчика об истребовании таких доказательств из дела не усматривается. В соответствии же со ст. ст. 56, 192 ГПК РСФСР суд основывает решение лишь на имеющихся в деле доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. Удовлетворяя требования Т., суд правильно исходил из отсутствия данных, с достоверностью свидетельствующих о невозможности его использования на других вакантных должностях.
Довод жалобы о том, что решение о компенсации истцу морального вреда основано на недоказанных обстоятельствах, в частности, недоказанность появления у него в результате увольнения заболеваний, не может служить поводом к отмене в этой части решения суда. При определении основания возмещения морального вреда, размера его компенсации в 2000 рублей суд правомерно исходил из нарушения ответчиком неимущественного права Т. на труд с учетом характера причиненных ему страданий и требований разумности и справедливости. Указаний на связь размера данной компенсации с какими-либо заболеваниями истца решение суда не содержит. На основании изложенного и руководствуясь ст. 305 ГПК РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
определила:
решение Верховного Суда Республики Марий Эл от 18 октября 2000 г. оставить без изменения, а кассационную жалобу УФСНП по Республике Марий Эл - без удовлетворения.