ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 21 августа 2001 года
Дело N 3-Г01-19
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Кнышева В.П., судей Харланова А.В., Нечаева В.И.рассмотрела в судебном заседании от 21 августа 2001 г. дело по кассационной жалобе Государственного Совета Республики Коми на решение Верховного Суда Республики Коми от 4 июля 2001 г. по заявлению прокурора Республики Коми о признании противоречащим федеральному законодательству, недействующим и не подлежащим применению постановления Государственного Совета Республики Коми от 19 июня 1996 г. N 1-6/58 (с последующими изменениями и дополнениями) об утверждении Положения о Фонде социального страхования Республики Коми.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Харланова А.В., заключение прокурора Генеральной прокуратуры РФ Власовой Т.А., полагавшей решение суда оставить без изменения, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации,
установила:
прокурор Республики Коми обратился в суд с заявлением о признании противоречащим федеральному законодательству, недействующим и не подлежащим применению постановления Государственного Совета Республики Коми от 19 июня 1996 г. N 1-6/58 (в редакции постановления Государственного Совета Республики Коми от 28 апреля 1998 г. N 1-11/47), которым утверждено Положение о Фонде социального страхования Республики Коми.
В обоснование заявления прокурор указал, что утвержденное постановлением Госсовета Республики Коми Положение о Фонде социального страхования Республики Коми (далее - Положение) по своему содержанию не соответствует действующему федеральному законодательству в области социального страхования. В частности, согласно Положению Фонд социального страхования фактически имеет статус учреждения Республики Коми при Главе Республики Коми и его бюджет утверждается законом Республики Коми по представлению Главы Республики Коми, что прямо противоречит Положению о Фонде социального страхования Российской Федерации и Федеральным законам от 16.07.99 N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования" и от 24.07.98 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".
Решением Верховного Суда Республики Коми от 4 июля 2001 г. заявление прокурора удовлетворено. Оспариваемое постановление признано недействительным и не порождающим правовых последствий с момента его принятия.
В кассационной жалобе Государственного Совета Республики Коми ставится вопрос об изменении решения суда в части признания недействительным и не порождающим правовых последствий оспариваемого постановления с момента его принятия с указанием о признании его недействительным и не порождающим правовых последствий с момента вступления в законную силу решения суда.
Проверив материалы дела в пределах доводов кассационной жалобы, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации оснований для изменения решения суда не находит.
Удовлетворяя заявление прокурора о признании оспариваемого постановления Госсовета Республики Коми недействительным и не порождающим правовых последствий с момента его принятия, а не вступления решения суда в законную силу, суд правильно исходил из того, что оно изначально противоречило федеральному законодательству, в частности Указу Президента Российской Федерации "О Фонде социального страхования Российской Федерации" от 7 августа 1992 г. N 822 и Постановлению Правительства Российской Федерации от 12 февраля 1994 г. N 101, утвердившему Положение о Фонде социального страхования Российской Федерации.
Что касается ссылки на Указ Президента Российской Федерации N 1622 от 23 декабря 1992 г. "О мерах по реализации Федеративного договора в Республике Коми", согласно которому было поддержано предложение Верховного Совета Республики Коми и Совета Министров Республики Коми о создании Фонда социального страхования Республики Коми, то она обоснованно не принята судом во внимание.
Принятая 12 декабря 1993 г. Конституция Российской Федерации установила принцип, в соответствии с которым полномочия, отнесенные к исключительной компетенции Российской Федерации (ст. 71 Конституции Российской Федерации), не могут быть переданы договором (а тем более Указом Президента РФ, что имело место в данном случае) между органом государственной власти Российской Федерации и субъектом Российской Федерации в их совместное ведение или в ведение субъекта Российской Федерации.
Этот вывод Судебная коллегия основывает на следующих положениях Конституции РФ. Действительно, в ст. 11 Конституции Российской Федерации установлено правило, предусматривающее возможность разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации на основании договоров.
Вместе с тем ст. 11 находится в главе 1 Конституции Российской Федерации, которая определяет основы конституционного строя и устанавливает, что суверенитет Российской Федерации как демократического федеративного правового государства распространяется на всю ее территорию (ст. ст. 1, 4 ч. 1). При этом Конституция Российской Федерации имеет верховенство на всей территории Российской Федерации (ст. 4 ч. 2).
В ст. 15 части 1 также закреплено, что Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, применяемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации.
Таким образом, в Конституции Российской Федерации установлен принцип, в соответствии с которым конституционные нормы имеют приоритет перед иным нормативным актом и им придан характер прямого действия.
Поскольку согласно п. "г" Конституции Российской Федерации установление системы федеральных органов и их формирование находятся в ведении Российской Федерации и являются ее исключительной компетенцией, эти полномочия не могут быть переданы в совместное ведение или в ведение субъекта Российской Федерации.
С учетом изложенного у Верховного Совета Республики Коми после принятия Конституции Российской Федерации в декабре 1993 г. отсутствовали основания для принятия оспариваемого постановления.
Кроме того, как правильно указано в решении суда, содержащиеся в Положении о Фонде социального страхования Республики Коми нормы не согласуются с нормами федерального законодательства о социальном государственном страховании Российской Федерации.
С учетом указанных выше обстоятельств ссылка на Указ Президента Российской Федерации от 14 марта 1996 г. N 381 "О признании утратившими силу изменений и дополнений некоторых решений Президента Российской Федерации" не свидетельствует о незаконности решения суда в обжалуемой части.
Является несостоятельной и ссылка в кассационной жалобе на ст. 239.8 ГПК РСФСР, поскольку она регулирует вопрос, связанный с исполнением решений суда, и в ней содержатся нормы о том, что с момента вступления в законную силу решения суда о признании акта незаконным он считается недействующим, то есть перестает действовать на будущее время. Незаконным же (противоречащим федеральному законодательству) он признается с момента его принятия, что и отражено в данном случае в резолютивной части решения суда.
Об этом же свидетельствует и разъяснение, содержащееся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел по заявлениям прокуроров о признании правовых актов противоречащими закону" от 27 апреля 1993 г. N 5 (с последующими изменениями и дополнениями).
Руководствуясь ст. ст. 311, 305 ГПК РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
определила:
решение Верховного Суда Республики Коми от 4 июля 2001 г. оставить без изменения, а кассационную жалобу Государственного Совета Республики Коми - без удовлетворения.