ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 18 декабря 1997 года
Дело N 4-Г97-32
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Лаврентьевой М.Н., судей Макарова Г.В., Соловьева В.Н.рассмотрела в судебном заседании от 18 декабря 1997 г. гражданское дело по иску К. к Михайловскому высшему артиллерийскому командно-инженерному училищу (МВАКИУ) об отмене решения о прекращении допуска к гостайне, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда по кассационной жалобе МВАКИУ на решение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 30 октября 1997 г., которым постановлено: "Требование К. удовлетворить частично. Признать решение администрации МВАКИУ о прекращении допуска К. к государственной тайне незаконным и недействительным. Восстановить К. в должности библиотекаря секретной библиотеки МВАКИУ с 19 марта 1997 г. и выплатить ей заработную плату за время вынужденного прогула в сумме 6595140 руб. Взыскать с МВАКИУ в пользу К. 500000 руб. в компенсацию морального вреда. В остальной части отказать".
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Макарова Г.В., объяснения представителя МВАКИУ Н. (доверенность - л.д. 11) и представителя истицы - К.А., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Гермашевой, полагавшей решение суда оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
приказом по МВАКИУ от 18 марта 1997 г. К., работавшая библиотекарем секретной библиотеки, была уволена с работы по п. 2 ст. 33 КЗоТ Российской Федерации в связи с обнаружившимся несоответствием занимаемой должности, препятствующим продолжению данной работы, а именно - в связи с прекращением действия допуска к государственной тайне.
Не соглашаясь с действиями администрации как по прекращению действия допуска к гостайне, так и по ее увольнению на этом основании, К. обратилась в суд с указанным выше иском.
По делу постановлено приведенное выше решение.
В кассационной жалобе МВАКИУ указывается о несогласии с решением суда и ставится вопрос о его отмене и направлении дела на новое рассмотрение. В обоснование жалобы указано на то, что решение суда не соответствует требованиям действующего законодательства и не основано на добытых по делу доказательствах. В частности, решение постановлено без учета требований ст. 23 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" и имеющихся подзаконных актов, а также фактического признания самой истицей решения о прекращении ей допуска к гостайне. Дело рассмотрено и по основаниям, которые истицей не указывались, а инициированы позже судом без учета срока на предъявление такого требования и его содержания. Без достаточных оснований отклонены доводы представителя ответчика относительно объема предмета спора. Суждение суда о том, что командование училища до принятия решения о прекращении допуска истицы к гостайне должно было получить письменные доказательства, подтверждающие обоснованность такого действия, не основано на требованиях действующего законодательства и сделано без правильной оценки имевшейся у командования училища информации. Необоснованно не учтен судом факт оформления К. анкеты не в соответствии с действительными обстоятельствами, что является самостоятельным основанием прекращения ей допуска к гостайне. При равенстве процессуальных прав сторон по делу в данном случае бремя доказывания было возложено только на ответчика, что указывает об одностороннем подходе суда к рассмотрению дела.
Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия не находит оснований к ее удовлетворению.
Как следует из дела, первоначальной причиной возникновения связанного с увольнением истицы вопроса явилась информация о том, что ее сын проживает в США, а это, в свою очередь, препятствовало допуску К. к государственной тайне.
Удовлетворяя требование истицы о восстановлении на работе, суд считал установленным и исходил из того, что 11 марта 1997 г. администрация училища получила информацию о том, что К. имеет близких родственников, постоянно проживающих за границей, и 15 марта 1997 г. ей был прекращен допуск к государственной тайне. В связи с отсутствием вакантных должностей и отказом истицы от увольнения по собственному желанию трудовой договор был расторгнут по п. 2 ст. 33 КЗоТ Российской Федерации.
Суд установил, что при решении вопроса о прекращении допуска, и соответственно, об увольнении К. с работы училище не имело письменных доказательств того, что ее сын постоянно проживает за границей. Соответствующую проверку этого обстоятельства училище не проводило и доказательств в подтверждение этого довода не представлено и не добыто судом на время рассмотрения дела. Признано, что представленная суду справка ФСБ от 1 октября 1997 г. не обладает доказательственной силой из-за отсутствия сведений о времени, когда сын истицы попросил политического убежища, результатах рассмотрения его ходатайства и месте его пребывания. Представленные с места прописки сына истицы сведения не указывают о его месте пребывания. При указанных обстоятельствах решение администрации училища о прекращении допуска К. к гостайне нельзя признать законным и обоснованным и, как следствие этого, не может быть признано законным и ее увольнение.
Вывод суда по делу является законным и обоснованным, и доводы жалобы его не опровергают.
Статьей 22 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" предусмотрено, что основаниями для отказа должностному лицу или гражданину в допуске к государственной тайне могут являться: постоянное проживание его самого и (или) его близких родственников за границей и (или) оформление указанными лицами документов для выезда на постоянное жительство в другие государства, а также уклонение его от проверочных мероприятий и (или) сообщение им заведомо ложных анкетных данных.
Суд первой инстанции обоснованно признал, что вышеуказанные положения Закона в отношении К. рассмотрены ответчиком с нарушением установленного порядка, а именно - на время прекращения допуска истицы к гостайне и ее последующего в связи с этим увольнения МВАКИУ не располагало письменными (достоверными) доказательствами, подтверждающими как проживание сына истицы за границей, так и саму возможность решения вопроса для отказа (прекращения) допуска к гостайне по основаниям ст. 22 названного выше Закона.
Поскольку применительно к обстоятельствам данного дела решение спора об увольнении истицы непосредственно определялось выводом об обоснованности прекращения ей допуска к гостайне, то правильным является то, что оба эти вопроса рассмотрены судом в одном производстве.
Судебная коллегия не находит оснований считать обоснованными доводы жалобы о том, что судом первой инстанции дело рассмотрено при неправильном толковании положений законодательства о государственной тайне, оперативно-розыскной деятельности в части порядка сбора и оценки информации, а также об одностороннем подходе суда к рассмотрению дела.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 305 Гражданско-процессуального кодекса РСФСР, Судебная коллегия
определила:
решение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 30 октября 1997 г. оставить без изменения, а кассационную жалобу МВАКИУ - без удовлетворения.