ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 17 июня 1997 года
Дело N 46-В97пр-22
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Кнышева В.П., судей Горохова Б.А., Жилина Г.А.рассмотрела в судебном заседании от 17 июня 1997 г. по протесту заместителя Генерального прокурора Российской Федерации на решение Промышленного районного суда г. Самары от 11 октября 1996 г., определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 10 декабря 1996 г. и постановление президиума Самарского областного суда от 20 февраля 1996 г. дело по иску У. к городской больнице N 1 им. Пирогова о возмещении вреда, причиненного здоровью профессиональным заболеванием, и о компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Горохова Б.А., заключение прокурора Генеральной прокуратуры РФ Корягиной Л.Л., поддержавшей протест, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
У. обратился в суд с иском к городской больнице N 1 им. Пирогова г. Самары о возмещении материального ущерба и морального вреда, ссылаясь на то, что, работая у ответчика хирургом в детском гнойном хирургическом отделении, получил профессиональное заболевание - туберкулез; ВТЭК установила ему утрату профессиональной трудоспособности 40%, нуждаемость в санаторно-курортном лечении и дополнительном питании. В связи с этим истец просил взыскать в его пользу единовременное пособие в размере 1821600 руб., на дополнительное питание 3593880 руб., ежемесячно по 557826 руб., а также компенсацию за моральный вред в размере 100 млн. руб.
Решением Промышленного районного суда г. Самары от 11 октября 1996 г. исковые требования в части материального ущерба удовлетворены полностью, в счет компенсации морального вреда взыскано 15 млн. руб. и судебные расходы - 500000 руб.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 10 декабря 1996 г. размер компенсации за моральный вред снижен до 10 млн. руб., в остальной части решение оставлено без изменения.
Постановлением президиума Самарского областного суда от 20 февраля 1997 г. оставлен без удовлетворения протест прокурора области.
В протесте заместителя Генерального прокурора Российской Федерации поставлен вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений, как вынесенных с нарушением норм материального и процессуального права.
Проверив материалы дела, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации оснований для отмены состоявшихся по делу судебных постановлений не усматривает.
В соответствии со ст. 2 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного здоровью работника при исполнении трудовых обязанностей, работодатель несет материальную ответственность за вред, причиненный здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей.
Основанием ответственности работодателя за вред, причиненный здоровью работника, является вина в необеспечении им здоровых и безопасных условий труда (соблюдение правил охраны труда, техники безопасности, санитарии и т.п. - ст. 4 Правил), причем в силу ст. 3 Правил обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью работника лежит на работодателе.
Из материалов дела усматривается, что с 1987 года У. работал врачом-хирургом детского гнойного хирургического отделения больницы N 1 им. Пирогова.
В июле 1995 г. у него была выявлена острая форма заболевания очаговым туберкулезом верхней доли левого легкого. Ранее У. туберкулезом не болел.
В результате расследования профессионального заболевания, проведенного Самарским областным профпатологическим центром и городской СЭС, было установлено, что заболевание У. туберкулезом произошло в результате его контакта во время проведения хирургических операций больным туберкулезом детям, причем о том, что дети были носителями инфекции, стало известно только после возникновения заболевания у У.
Тот факт, что заболевание истца связано с исполнением им трудовых обязанностей у ответчика, подтвержден заключением профпатологического центра (л.д. 11), актом расследования профессионального заболевания по форме N 362 (л.д. 13 - 16), справкой ВТЭК N 3 (л.д. 22) и при рассмотрении дела в суде первой инстанции представителем городской больницы N 1 не оспаривался.
Возражения ответчика против иска У. сводились к оспариванию вины администрации больницы в необеспечении безопасных условий работы врачей-хирургов. Представитель больницы в суде пояснил, что у детей, которых оперировал У., заболевание туберкулезом во время лечения в больнице выявлено не было; о их заболевании стало известно только после обнаружения туберкулеза у У. При этом представитель ответчика указал на то, что риск заражения врача-хирурга от больного - это профессиональный риск, а само заражение туберкулезом от больных детей - это результат воздействия непреодолимой силы (л.д. 68).
Эти объяснения представителя ответчика суд обоснованно расценил как признание ответчиком того факта, что заболевание истца связано с исполнением им трудовых обязанностей и является профессиональным.
При таких обстоятельствах дела доводы протеста о том, что в суде не были доказаны ни связь заболевания истца с его работой, ни вина ответчика в возникновении у истца профессионального заболевания, не могут быть признаны обоснованными.
Доказательства возникновения у У. профессионального заболевания надлежащим образом оценены в решении суда; свою обязанность доказать отсутствие вины в причинении вреда здоровью истца ответчик при рассмотрении дела в суде первой инстанции не выполнил; каких-либо данных о том, что в суде первой инстанции у ответчика не было возможности представить доказательства отсутствия вины в причинении вреда здоровью У., в деле нет.
Нарушений норм процессуального права, которые могли бы в соответствии со ст. 330 ГПК РСФСР служить основанием к отмене судебных постановлений в порядке надзора, судом допущено не было.
При удовлетворении требований истца о возмещении вреда, причиненного здоровью, нормы материального права судом применены правильно.
В соответствии со ст. 21 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного здоровью работника при выполнении трудовых обязанностей, возмещению подлежат расходы на дополнительное питание.
В п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.94 "О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья" разъяснено, что расходы на дополнительное питание определяются на основании справки медицинского учреждения о рационе дополнительного питания и справки о ценах на продукты, сложившихся в той местности, в которой потерпевший понес эти расходы.
Норма дополнительного питания больного туберкулезом судом определена в соответствии с рекомендацией противотуберкулезного диспансера N 2 г. Самары (л.д. 9).
В этой рекомендации дан перечень необходимых больному продуктов, расходы на приобретение которых в соответствии со ст. 22 Правил должны возмещаться как дополнительные расходы на питание.
При указанных обстоятельствах дела оснований для удовлетворения протеста нет.
На основании ст. ст. 329, 330 ГПК РСФСР Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
определила:
решение Промышленного районного суда г. Самары от 11 октября 1996 г., определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 10 декабря 1996 г. и постановление президиума Самарского областного суда от 20 февраля 1997 г. оставить без изменения; протест заместителя Генерального прокурора Российской Федерации - без удовлетворения.