ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 16 апреля 1999 года
Дело N 81-В99пр-2
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Кнышева В.П., судей Александрова Д.П., Горохова Б.А.рассмотрела в судебном заседании от 16 апреля 1999 года гражданское дело по иску К. к ОАО "Шахта "Киселевская" о взыскании начисленных в связи со смертью кормильца платежей и пени за несвоевременное исполнение обязательства по протесту заместителя Генерального прокурора Российской Федерации на решение Киселевского городского суда от 07.07.97, определение судебной коллегии Кемеровского областного суда от 19.08.97 и постановление президиума того же суда от 30.10.98.
Заслушав доклад судьи Д.П. Александрова, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Корягиной Л.Л., поддержавшей протест, Судебная коллегия
установила:
истица обратилась в суд с указанным выше иском, в обоснование которого указала на то, что в результате несчастного случая, происшедшего по вине ответчика 12 сентября 1996 года, погиб ее муж, работавший на шахте горным мастером, а администрация шахты, произведя начисление платежей, не выплачивает их и единовременное пособие.
Решением Киселевского городского суда от 7 июля 1997 года иск удовлетворен за исключением требования о взыскании пени за задержку выплаты единовременного пособия.
Определением судебной коллегии Кемеровского областного суда от 19 августа 1997 года решение оставлено без изменения.
Постановлением президиума того же суда от 30 октября 1998 года протест прокурора Кемеровской области оставлен без удовлетворения, а вынесенные по делу судебные постановления оставлены в силе.
Протест принесен на предмет отмены указанных выше судебных постановлений в части отказа во взыскании пени за просрочку выплаты единовременного пособия в связи с неправильным толкованием норм материального права.
Отказывая во взыскании пени за просрочку выплаты единовременного пособия, суд исходил из того, что частью 3 ст. 51 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, предусмотрено взыскание неустойки лишь в случае задержки выплаты периодических платежей.
Однако такое толкование приведенной правовой нормы не вытекает из содержания Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, и свидетельствует об ограничении сферы ее применения.
Согласно указанной выше статье при невыплате сумм возмещения вреда в установленный срок работодатель обязан выплатить пени в размере 1 % от невыплаченной суммы возмещения вреда за каждый день просрочки.
В соответствии со ст. 8, помещенной в главе "Общие положения" и определяющей виды возмещения вреда, к последним отнесена и выплата в установленных случаях единовременного пособия.
При потере кормильца данный вид возмещения вреда предусмотрен ст. 29 Правил, в силу которой работодатель обязан выплатить семье погибшего единовременное пособие в сумме, установленной на день выплаты минимальной оплаты труда за пять лет. При этом определен срок исполнения данного обязательства - 1 месяц со дня смерти работника.
Утверждения судебных инстанций об обратном не соответствуют вышеприведенным правовым нормам.
С доводом надзорной инстанции о том, что порядок исчисления единовременного пособия, воспроизведенный в ст. 29 Правил, исключает ущемление интересов получателя, следовательно, и применение штрафных санкций, согласиться нельзя, поскольку единовременное пособие отнесено к видам возмещения вреда, ч. 3 ст. 51 Правил предусмотрена обязанность работодателя при невыплате в срок сумм возмещения вреда выплатить пени в размере 1% от невыплаченной суммы возмещения вреда за каждый день просрочки.
Надзорная инстанция не обратила внимание на то, что самим ответчиком была установлена сумма единовременного пособия, большая часть которого была своевременно выплачена истице, поэтому за задержку не выплаченной в срок определенной суммы работодатель обязан уплатить пени в установленной ч. 3 ст. 51 приведенных Правил.
Ст. 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойка отнесена к санкции, применяемой к должнику за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.
По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.
В данном случае факт просрочки срока исполнения обязательства по выплате единовременного пособия установлен судом: вместо 12 октября 1996 года выплата была произведена 1 июля 1997 года.
В материалах дела не содержится данных о размере заработка, из которого исчислено назначенное истице единовременное пособие.
При этом следует иметь в виду, что с 1 октября 1997 года размер минимальной оплаты труда изменился. Было ли это учтено при определении подлежащей взысканию суммы из материалов дела, а также из текста решения суда не усматривается.
Надзорной инстанцией были оставлены в силе незаконные постановления судов.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
определила:
решение Киселевского городского суда от 7 июля 1997 года, определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 19 августа 1997 года и постановление президиума того же суда от 30 октября 1998 года отменить, дело для рассмотрения направить в суд первой инстанции.