ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 10 декабря 1998 года
(извлечение)
Е. работала медицинской сестрой физиотерапевтического кабинета в Кабардино-Балкарском республиканском врачебно-физкультурном диспансере. Приказом главного врача диспансера от 27 апреля 1998 г. она уволена по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 33 КЗоТ РФ, в связи с обнаружившимся несоответствием работника занимаемой должности по состоянию здоровья.
Считая увольнение незаконным, Е. обратилась в суд с иском о восстановлении на работе, взыскании зарплаты за время вынужденного прогула и взыскании компенсации морального вреда. По ее мнению, увольнение - результат преследования ее со стороны администрации.
Решением Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 24 июня 1998 г. (оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда Кабардино-Балкарской Республики) Е. в иске отказано.
Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных постановлений.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 10 декабря 1998 г., рассмотрев дело ввиду отсутствия кворума в президиуме Верховного суда Кабардино-Балкарской Республики, протест удовлетворила и отменила судебные постановления по следующим основаниям. В соответствии с п. 2 ст. 33 КЗоТ РФ трудовой договор может быть расторгнут по инициативе администрации в случае обнаружившегося несоответствия работника выполняемой работе вследствие состояния здоровья, препятствующего продолжению данной работы.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 22 постановления от 22 декабря 1992 г. "О некоторых вопросах применения судами Российской Федерации законодательства при разрешении трудовых споров" (в редакции постановлений Пленума от 21 декабря 1993 г. и 25 октября 1996 г.), расторжение трудового договора вследствие несоответствия работника выполняемой работе по состоянию здоровья возможно при стойком снижении трудоспособности, препятствующем надлежащему исполнению трудовых обязанностей, либо если исполнение трудовых обязанностей, учитывая состояние здоровья работника, ему противопоказано или опасно для членов трудового коллектива либо обслуживаемых им граждан.
По делу не установлено, что у Е. имеется стойкое заболевание, препятствующее продолжению ею работы у ответчика.
Как видно из имеющейся в деле копии справки Республиканского кожно - венерологического диспансера от 17 апреля 1998 г., Е. поставлена на диспансерный учет с диагнозом "хроническая экзема левой кисти"; нуждается в переводе на работу, не связанную с веществами, разрушающими кожу, сроком на один месяц.
Основанием для увольнения истицы послужила справка из поликлиники N 1 г. Нальчика от 20 апреля 1998 г., согласно которой у Е. экзема обеих кистей рук с частыми обострениями.
В то же время из материалов дела видно, что истица впервые обратилась по поводу экземы в Республиканский кожно - венерологический диспансер 9 апреля 1998 г., где была поставлена на диспансерный учет. Данных, свидетельствующих об обращении ее в поликлинику N 1 г. Нальчика и состоянии там на учете по поводу экземы, в деле нет. Названный в этой справке диагноз не соответствует диагнозу, указанному в справке кожно-венерологического диспансера.
Однако суд не выяснил ни эти противоречия, ни то, является ли нетрудоспособность Е. временной или стойкой и может ли служить причиной для расторжения трудового договора по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 33 КЗоТ РФ.
Кроме того, суд оставил без внимания доводы истицы о ее обращении в прошлом с жалобой в государственную инспекцию труда Республики на действия администрации диспансера, не обеспечивающей надлежащих условий работы в физиотерапевтическом отделении, в результате чего была проведена проверка и составлено предписание об устранении выявленных нарушений, что явилось, по мнению истицы, причиной для преследования ее со стороны главного врача диспансера.
В материалах дела имеется предписание инспекции труда, в котором указывается на необходимость устранения администрацией диспансера нарушений, установленных в кабинетах, в том числе и физиотерапевтических, где работала Е.
В силу ст. 330 ГПК РСФСР неправильное применение норм материального права, а также существенные нарушения норм процессуального права, повлекшие вынесение незаконного решения, определения, являются основанием к отмене судебных постановлений в надзорном порядке.
При таких обстоятельствах судебные решения подлежат отмене, а дело - направлению на новое судебное рассмотрение.