ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 8 августа 2005 года
Дело N 45-В05-36
Судья Верховного Суда Российской Федерации Ю.Г. Кеба, рассмотрев истребованное по надзорной жалобе начальника Управления социальной защиты населения Чкаловского района г. Екатеринбурга С. дело по иску О. к Управлению социальной защиты населения Чкаловского района г. Екатеринбурга о возмещении вреда, причиненного здоровью радиационным воздействием,
установил:
О. обратился в суд с иском к Управлению социальной защиты населения г. Екатеринбурга о возмещении вреда, причиненного здоровью радиационным воздействием, ссылаясь на то, что он участвовал в работах по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС с 23 августа 1986 года по 21 октября 1986 года. В связи с увечьем, полученным при ликвидации последствий катастрофы, 29 ноября 1995 года ему была установлена 2-я группа инвалидности сроком на 5 лет с утратой профессиональной трудоспособности - 100%, а с 14 ноября 2000 года - 2-я группа инвалидности с той же степенью утраты трудоспособности бессрочно. Первоначально при расчете сумм возмещения вреда здоровью был учтен заработок истца за один месяц работы на Чернобыльской АЭС, однако в последующем ответчик уменьшил указанную сумму. Истец полагает, что размер возмещения вреда здоровью следует исчислять из его условного месячного заработка с применением коэффициентов повышения минимального размера оплаты труда по день вынесения решения.
Ответчик иск не признал.
Решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 3 июля 2003 года иск удовлетворен: с Управления социальной защиты населения Чкаловского района в пользу О. взыскано единовременно 930446 руб. 66 коп. и ежемесячные суммы в размере 30000 руб.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 5 августа 2003 года решение оставлено без изменения.
В надзорной жалобе начальник Управления социальной защиты населения Чкаловского района г. Екатеринбурга С. просит судебные постановления, состоявшиеся по данному делу, отменить.
Определением судьи Верховного Суда РФ от 10 июня 2005 года дело истребовано в Верховный Суд РФ.
Дело надлежит передать для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции - президиум Свердловского областного суда.
В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.
В надзорной жалобе начальник Управления социальной защиты населения Чкаловского района г. Екатеринбурга С. указывает, что судом были допущены существенные нарушения норм материального права, выразившиеся, по ее мнению, в следующем.
Судом установлено, что О. участвовал в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС с 23 августа 1986 года по 21 октября 1986 года, то есть более одного календарного месяца. В связи с увечьем, полученным при ликвидации последствий катастрофы 29 ноября 1995 года, ему была установлена 2-я группа инвалидности с утратой профессиональной трудоспособности - 100%.
Первоначально при расчете сумм возмещения вреда здоровью был учтен заработок истца за один месяц работы на Чернобыльской АЭС, в результате чего ежемесячная сумма в возмещение вреда здоровью составляла 5601 руб. 41 коп. С 1 сентября 2000 года в возмещение вреда ответчик уменьшил сумму до 2473 руб. 38 коп. Указанная сумма исчислена исходя из заработка истца за 12 месяцев, предшествовавших установлению инвалидности.
Удовлетворяя заявленные требования О., суд руководствовался нормами Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года N 1244-1 "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакции Федерального закона от 12 февраля 2001 года N 5-ФЗ) и положениями постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2002 г. N 11-П и пришел к выводу о том, что уменьшение сумм, выплачиваемых истцу в возмещение вреда здоровью, нарушает его конституционные права.
По мнению Управления социальной защиты населения Чкаловского района Екатеринбурга, такой вывод суда основан на неправильном применении и толковании норм материального права.
Судом не принято во внимание, что в соответствии с пунктом 25 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года N 1244-1 "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакции Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 179-ФЗ), действовавшим до 15 февраля 2001 г., если период работ по ликвидации последствий чернобыльской катастрофы составил менее одного полного календарного месяца, размер возмещения исчислялся исходя из условного месячного заработка без его ограничения. Под работой в течение полного календарного месяца понимается, что потерпевший участвовал в ликвидации последствий чернобыльской катастрофы с первого числа месяца до первого числа следующего за ним месяца.
Указанное положение Закона в его нормативном единстве с частями первой и второй статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 г. N 5-ФЗ, допускающими возможность получения ранее назначенных сумм возмещения вреда исходя из условного месячного заработка для тех инвалидов, период работы которых по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС составил менее одного полного календарного месяца, признано не противоречащим Конституции Российской Федерации постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2002 г. N 11-П в целях недопущения снижения ранее установленных сумм возмещения вреда здоровью.
Принимая это во внимание, при разрешении после 15 февраля 2001 г. споров, возникших по поводу исчисления сумм возмещения вреда до этой даты, необходимо учитывать, что исходя из пункта 2 резолютивной части названного постановления Конституционного Суда Российской Федерации право на получение сумм возмещения вреда из условного заработка сохраняется лишь за теми инвалидами, которым размер возмещения был определен до установления нового правового регулирования, при условии, что период работы по ликвидации последствий катастрофы на ЧАЭС составил менее одного календарного месяца.
Как усматривается из материалов дела, период работы истца по ликвидации последствий катастрофы на ЧАЭС составил более одного календарного месяца, а именно - с 23 августа 1986 года по 21 октября 1986 года.
Кроме того, исходя из положения, изложенного в постановлении Конституционного Суда от 19 июня 2002 года N 11-П, суд произвел индексацию рассчитанных им сумм возмещения вреда, применив квартальные коэффициенты величины роста прожиточного минимума в Свердловской области с 1 января 1998 года.
В соответствии с частью третьей статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 г. N 5-ФЗ суммы ежемесячных выплат, предусмотренных частями первой и второй этой нормы, подлежали ежегодной индексации пропорционально росту величины прожиточного минимума в целом по Российской Федерации. Несмотря на то, что указанная норма вступила в силу с 15 февраля 2001 г., первая ежегодная индексация с учетом роста прожиточного минимума могла быть произведена только по истечении данного календарного года, то есть с 1 января 2002 года.
Однако постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2002 г. N 11-П признан противоречащим конституционным принципам справедливости, равенства, соразмерности, умаляющими право на возмещение вреда здоровью граждан, пострадавших в результате чернобыльской катастрофы, установленный взаимосвязанными статьями 5 базового Закона (в редакции от 12 февраля 2001 г.) и части 3 статьи 2 Федерального закона от 12 февраля 2001 г. N 5-ФЗ порядок индексации сумм возмещения вреда здоровью исходя из роста величины прожиточного минимума за год в целом по Российской Федерации. До внесения соответствующих изменений в законодательство суды при рассмотрении конкретных дел после 15 февраля 2001 года ориентированы данным постановлением на принятие решений о выплате сумм возмещения вреда с учетом их ежегодной индексации в зависимости от роста величины прожиточного минимума в субъекте Российской Федерации с учетом потребительской корзины для соответствующих категорий граждан (дети, пенсионеры по старости, инвалиды), которая определяется на основе законодательства субъекта Российской Федерации о прожиточном минимуме, а если таковое отсутствует, - на основе данных, полученных по запросу суда в федеральных органах исполнительной власти.
Поскольку федеральным законодательством и законодательством субъектов Российской Федерации предусмотрено определение лишь абсолютной величины прожиточного минимума для основных социально-демографических групп и только с ежеквартальной периодичностью, то суд вправе самостоятельно определить индекс роста величины прожиточного минимума за год как соотношение среднегодовой величины прожиточного минимума для пенсионеров за истекший год к среднегодовой величине прожиточного минимума для пенсионеров за предыдущий год. Среднегодовая величина прожиточного минимума может быть исчислена путем сложения ежеквартальных абсолютных величин прожиточного минимума и деления их суммы на количество кварталов в году, то есть на 4.
Сведения о величине прожиточного минимума, которые суд вправе использовать для определения индекса роста величины прожиточного минимума, должны исходить от органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, уполномоченного нормативным правовым актом субъекта РФ на исчисление величины прожиточного минимума и потребительской корзины в данном субъекте РФ, либо от федерального органа исполнительной власти.
В нарушение приведенных норм суд применил квартальные коэффициенты величины роста прожиточного минимума в Свердловской области с 1 января 1998 года, а также не указал, из какого источника получены эти данные.
В соответствии с частью 3 статьи 5 Закона РФ "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакции ФЗ от 24 ноября 1995 г. N 179-ФЗ) предусматривалась защита от инфляции сумм возмещения вреда в полном размере и в порядке, определяемом законодательством Российской Федерации об индексации денежных доходов и сбережений граждан, в том числе на основании минимального размера оплаты труда.
При этом следует учитывать, что согласно постановлению Конституционного Суда РФ от 19 июня 2002 г. N 11-П денежные компенсации гражданам, пострадавшим вследствие чернобыльской катастрофы, отличаются от социальных выплат на основе обязательного социального страхования, в связи с чем суд вправе проиндексировать суммы возмещения вреда здоровью за период с учетом величины минимального размера оплаты труда, указанной в ст. 1 Федерального закона от 19 июня 2000 года N 82-ФЗ "О минимальном размере оплаты труда", а не из базовой суммы, установленной ст. 4 этого Федерального закона.
Таким образом, суммы возмещения вреда в указанный период подлежали индексации с применением коэффициента роста минимального размера оплаты труда с 1 июля 2000 года, равного 1,581, а с 1 января 2001 года - 1,515.
Вместе с тем следует учитывать, что в соответствии с пунктом 3 статьи 1109 ГК РФ не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.
Эти доводы заслуживают внимания, в связи с чем дело вместе с надзорной жалобой начальника Управления социальной защиты населения Чкаловского района г. Екатеринбурга С. и настоящим определением следует направить для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции.
На основании изложенного, руководствуясь статьей 384 Гражданского процессуального кодекса РФ,
определил:
дело по иску О. к Управлению социальной защиты населения Чкаловского района г. Екатеринбурга о возмещении вреда, причиненного здоровью радиационным воздействием, направить для рассмотрения по существу в президиум Свердловского областного суда.
Судья Верховного Суда
Российской Федерации
Ю.Г.КЕБА