ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 7 августа 2001 года
Дело N 11-В00-29
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Нечаева В.И., судей Александрова Д.П., Харланова А.В.рассмотрела в открытом судебном заседании от 7 августа 2001 года дело по иску К. к Министерству культуры Республики Татарстан о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда по протесту заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации на решение Вахитовского районного суда г. Казани от 12 июля 2000 года и постановление президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 8 мая 2001 года.
Заслушав доклад судьи Д.П. Александрова, объяснения представителя Министерства культуры Республики Татарстан Б., К. и заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Т.А. Власовой об удовлетворении протеста, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
К. обратилась в суд к Министерству культуры Республики Татарстан с иском о восстановлении на работе, оплате времени вынужденного прогула и компенсации морального вреда, сославшись на то, что с 9 ноября 1978 года работала художественным руководителем Государственного ансамбля песни и танца ТАССР (ныне Республика Татарстан) и приказом от 23 декабря 1998 года уволена с работы по п. 2 ст. 29 КЗоТ РФ по истечении срока контракта, что истица считает незаконным.
Дело неоднократно рассматривалось различными судебными инстанциями.
При новом рассмотрении решением Вахитовского районного суда Казани от 12 июля 2000 года в иске отказано.
Постановлением президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 8 мая 2001 года протест заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации оставлен без удовлетворения, а решение суда оставлено в силе.
Протест принесен на предмет отмены указанных судебных постановлений с вынесением нового решения о восстановлении К. на прежней работе и направлением на новое рассмотрение в суд первой инстанции дела по иску о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Д.П. Александрова, обсудив доводы протеста, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации нашла протест обоснованным и подлежащим удовлетворению.
Отказывая в удовлетворении иска, суд исходил из того, что истица не возражала против оформления трудовых отношений на контрактной основе, впервые произведенной приказом N 26-л от 30 марта 1993 года (л.д. 68), действие которого продлевалось протоколами до 31 декабря 1998 года, после чего в продлении срока контракта было отказано и приказом от 23 декабря 1998 года она была уволена по п. 2 ст. 29 КЗоТ РФ правильно.
Надзорная инстанция, не соглашаясь с доводами протеста, указала на то, что контракт с истицей был заключен в соответствии с п. 23 устава Государственного ансамбля песни и танца РТ, а К. не оспаривала законность заключения с ней контракта и его условия.
Однако с данными доводами суда первой и надзорной инстанций согласиться нельзя.
Художественным руководителем Государственного ансамбля песни и танца ТАССР (ныне Республика Татарстан) истица была назначена приказом N 301 от 15 ноября 1978 года и с этого времени постоянно работала на этой должности (л.д. 223).
Предоставление в 1991 году Государственному ансамблю песни и танца ТАССР статуса самостоятельного художественного коллектива и принятие им устава, которым предусматривалась возможность заключения срочных трудовых договоров (контрактов), не могли изменить характера трудовых отношений истицы и породить законность заключения с ней такого контракта.
Изложенный в решении суда первой и надзорной инстанций довод о согласии истицы на изменение условий заключения трудового договора значения не имеет, поскольку возможность заключения срочного трудового договора урегулирована законом, а условия трудового договора, ухудшившие положение работника по сравнению с законодательством о труде, являются недействительными в силу императивного предписания ч. 1 ст. 5 КЗоТ РФ.
Согласно ч. 2 ст. 17 КЗоТ РФ срочный трудовой договор (контракт) заключается в случаях, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы, или условий ее выполнения, или интересов работника, а также в случаях, непосредственно предусмотренных законом.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 10 Постановления от 22 декабря 1992 года (в редакции Постановлений Пленума от 21 декабря 1993 года и от 25 октября 1996 года и с изменениями и дополнениями, внесенными Постановлением Пленума от 15 января 1998 года) "О некоторых вопросах применения судами Российской Федерации законодательства при разрешении трудовых споров" дал разъяснения о том, что, если трудовой договор (контракт) с работниками прекращен по мотивам истечения срока после введения в действие Закона РФ от 25 сентября 1992 года "О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР" и работник оспаривает такое увольнение, законность прекращения договора (контракта) должна оцениваться в соответствии с ч. 2 ст. 17 КЗоТ РФ, согласно которой срочный трудовой договор (контракт) заключается в случаях, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы, или условий ее выполнения, или интересов работника, а также в случаях, непосредственно предусмотренных законом.
Из дела видно, что истица работала художественным руководителем названного ансамбля с 1978 года, а в 1993 году с ней был заключен срочный трудовой договор (контракт) на ту же должность.
Таким образом, судом первой инстанции неправильно применен и истолкован материальный закон.
Ссылка суда первой и надзорной инстанций на то, что срочный контракт заключен с истицей на основании устава Государственного ансамбля песни и танца РТ, утвержденного в соответствии с приказом заместителя Министра культуры РТ N 125 от 24 июля 1992 года, не может являться основанием к отказу в иске, поскольку с учетом изложенного это обстоятельство не порождает законного заключения с истицей такого контракта.
В силу п. 1 ч. 1 ст. 330 ГПК РСФСР основаниями к отмене определения, постановления суда в надзорном порядке является неправильное применение или толкование норм материального права.
Суд, рассмотрев дело в порядке надзора, своими определением и постановлением вправе отменить либо изменить решение суда первой, второй и надзорной инстанций и вынести новое решение, не передавая дело на новое рассмотрение, если допущена ошибка в применении и толковании норм материального права (п. 5 ст. 329 ГПК РСФСР).
Поскольку судебными инстанциями допущена ошибка в применении толковании норм материального права, решение подлежит отмене, а в части восстановления на работе - с вынесением нового решения о восстановлении К. художественным руководителем Государственного ансамбля песни и танца Республики Татарстан.
На основании изложенного, руководствуясь п. п. 2 и 5 ст. 329, п. 1 ч. 1 ст. 330 ГПК РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
определила:
решение Вахитовского районного суда г. Казани от 12 июля 2000 года и постановление президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 8 мая 2001 года отменить, дело в части взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула и возмещения морального вреда направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции; иск о восстановлении на работе удовлетворить; восстановить К. на прежнюю должность художественного руководителя Государственного ансамбля песни и танца Республики Татарстан.