ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 7 мая 2009 г. N 26-В09-3
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Корчашкиной Т.Е.,
судей Колычевой Г.А.,
Гуляевой Г.А.
рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по иску Темерханова Р.Б. к прокуратуре Республики Ингушетия о взыскании задолженности по дополнительным гарантиям и компенсациям за время выполнения задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте, увеличении выслуги лет для назначения пенсии,
по надзорной жалобе прокуратуры Республики Ингушетия на решение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 25 июля 2007 г., которым иск Темерханова Р.Б. удовлетворен, и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 30 августа 2007 г., оставившее решение суда без изменения.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Корчашкиной Т.Е., объяснения представителя прокуратуры Республики Ингушетия Агафонова И.Е., поддержавшего доводы надзорной жалобы,
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
Темерханов Р.Б. обратился в суд с указанным иском к прокуратуре Республики Ингушетия, ссылаясь на то, что в период с 19 сентября 1994 г. по 5 января 1998 г. он работал в органах прокуратуры в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте, в связи с чем, по его мнению, на него распространяются предусмотренные законодательством дополнительные гарантии и компенсации в виде льготного исчисления выслуги лет (один месяц службы за три месяца), оплаты окладов по воинским должностям и по воинским званиям в двойном размере; оплата компенсации за не предоставленное право на дополнительные краткосрочные отпуска в размере 10 дней за каждые 3 месяца работы в условиях чрезвычайного положения и вооруженного конфликта. Прокуратура Республики Ингушетия за работу в условиях чрезвычайного положения в период 1993 - 1994 г.г. произвела часть дополнительных выплат в размере 50% от должностного оклада, а с 1 февраля 1995 г. прекратила эти выплаты.
Ответчик возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, ссылаясь на то, что денежные выплаты сотрудникам прокуратуры производились с момента введения режима чрезвычайного положения, то есть со 2 ноября 1992 г., и до его отмены 5 февраля 1995 г., кроме того, срок службы в указанный период зачислен в выслугу лет для назначения пенсии из расчета один месяц за три месяца службы. На другие периоды службы указанные льготы не распространяются.
Решением Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 25 июля 2007 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 30 августа 2007 года, иск удовлетворен в полном объеме. Суд взыскал с прокуратуры Республики Ингушетия в пользу Темерханова Р.Б. задолженность по денежному содержанию за время фактической работы в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте в размере < ... > руб. < ... > коп., а также обязал прокуратуру Республики Ингушетия засчитать Темерханову Р.Б. срок службы в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте с 19 сентября 1994 г. по 5 января 1998 г. в выслугу лет для назначения пенсии из расчета один месяц службы за три месяца.
Постановлением президиума Верховного Суда Республики Ингушетия от 18 апреля 2008 года прекращено надзорное производство по надзорной жалобе прокурора Республики Ингушетия на вышеуказанные судебные постановления ввиду отсутствия кворума в президиуме названного суда.
В надзорной жалобе прокуратура Республики Ингушетия просит отменить состоявшиеся по делу судебные постановления, как вынесенные с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, и принять новое судебное постановление об отказе в удовлетворении исковых требований Темерханова Р.Б., не передавая дело на новое рассмотрение.
По запросу судьи Верховного Суда Российской Федерации от 16 января 2009 года дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации.
Учитывая отсутствие кворума в президиуме Верховного Суда Республики Ингушетия, определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 1 апреля 2009 года надзорная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит надзорную жалобу прокуратуры Республики Ингушетия подлежащей удовлетворению, а состоявшиеся по делу судебные постановления подлежащими отмене по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
При рассмотрении настоящего дела судами были допущены такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права, выразившиеся в следующем.
Принимая решение об удовлетворении заявленных требований, суд исходил из того, что в период прохождения истцом службы территория Республики Ингушетия была отнесена к зоне вооруженного конфликта и на ней устанавливался режим чрезвычайного положения, в связи с чем прокурорским работникам, выполнявшим служебные задачи на территории Республики Ингушетия в указанный период, должны предоставляться дополнительные гарантии и компенсации, предусмотренные Законом РФ от 21 января 1993 года N 4328-1 "О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территории государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах".
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия согласилась с выводами суда первой инстанции о праве истца на дополнительные гарантии и компенсации, предусмотренные вышеназванным Законом.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации полагает, что такие выводы судебных инстанций основаны на неправильном толковании и применении норм законодательства, которыми регулируется порядок предоставления названных гарантий и компенсаций.
Так, Постановлением Правительства РФ от 29 октября 2005 года N 649 дополнен раздел 1 Положения об исчислении выслуги лет, назначении и выплате пенсий и пособий прокурорам и следователям, научным и педагогическим работникам органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации, имеющим классные чины, и их семьям, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 года N 942, согласно части 1 которого, в выслугу лет (трудовой стаж) для начисления пенсии прокурорским работникам, уволенным со службы в соответствии с пунктом "а" ст. 13 Закона РФ "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей" засчитывается на льготных условиях период службы (в том числе время нахождения в командировке) в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах из расчета 1 месяц службы (работы) за 3 месяца, в том числе в органах прокуратуры РФ, действовавших на территории Северо-Осетинской ССР и Ингушской Республики, но не ранее чем со 2 ноября 1992 года и не позднее дня отмены чрезвычайного положения на территории этих республик.
Таким образом, законодателем четко определен период, который должен засчитываться на льготных условиях при исчислении выслуги лет прокурорским работникам.
В соответствии с Законом РСФСР "О чрезвычайном положении" и Законом Российской Федерации "О безопасности" Указом Президента Российской Федерации от 2 ноября 1992 года N 1327 "О введении чрезвычайного положения на территории Северо-Осетинской ССР и Ингушской Республики" на территории Республики Ингушетия со 2 ноября 1992 года было введено чрезвычайное положение.
Указом Президента Российской Федерации от 27 марта 1993 года N 407 режим чрезвычайного положения с 31 марта 1993 года был отменен и чрезвычайное положение распространено лишь на отдельные территории Пригородного района и прилегающие к нему местности Республики Северная Осетия-Алания, а также Назрановского района Республики Ингушетия. Этот режим чрезвычайного положения продлевался на основании соответствующих Указов Президента Российской Федерации и с 15 февраля 1995 года был отменен.
В нарушение этих нормативных правовых актов суд засчитал истцу на льготных условиях период службы из расчета 1 месяц службы за 3 месяца и после отмены чрезвычайного положения, что является незаконным.
Выводы суда об удовлетворении заявленных требований в части взыскания дополнительных денежных выплат за весь спорный период также являются неправильными.
В соответствии со ст. 1 Закона РФ от 21 января 1993 года N 4328-1 "О дополнительных гарантиях и компенсациях военнослужащим, проходящим военную службу на территории государств Закавказья, Прибалтики и Республики Таджикистан, а также выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах" военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, а также военнослужащим-офицерам, прапорщикам, мичманам, военнослужащим сверхсрочной службы, проходящим военную службу и не заключившим контракта о прохождении военной службы, постоянно или временно выполняющим задачи в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах, на период выполнения этих задач устанавливаются оклады по воинским должностям и оклады по воинским званиям в двойном размере.
Постановлением Правительства РФ от 31 марта 1994 года N 280 "О порядке установления факта выполнения военнослужащими и иными лицами задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах и предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций", принятым в соответствии со ст. 7 вышеуказанного Закона, предусмотрено, что военнослужащие и сотрудники органов внутренних дел, выполняющие задачи по установлению мира, законности и правопорядка, нормализации обстановки на территории Республики Северная Осетия и Ингушской Республики находятся в условиях чрезвычайного положения, в связи с чем им предоставляются соответствующие дополнительные гарантии и компенсации.
Пунктом 2 Постановления Правительства Российской Федерации от 31 марта 1994 года N 280 "О порядке установления факта выполнения военнослужащими и иными лицами задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах и предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций" установлено предоставлять военнослужащим и сотрудникам дополнительные гарантии и компенсации только за время фактического выполнения ими задач на территории, где введено чрезвычайное положение, либо в местности, которая отнесена к зоне вооруженного конфликта (но не ранее дня введения на соответствующей территории чрезвычайного положения или отнесения местности к зоне вооруженного конфликта и не позднее дня отмены чрезвычайного положения или решения об отнесении к зоне вооруженного конфликта, определенных Правительством Российской Федерации) и предусмотрено, что периоды выполнения военнослужащими и сотрудниками задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах оформляются приказами командиров воинских частей, начальников штабов, оперативных и иных групп.
Действие приведенного пункта распространено на прокурорских работников пунктом 2 Постановления Правительства РФ от 29 октября 2005 года N 649 "О внесении изменений в Постановление Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 года N 942". Постановление Правительства РФ от 29 октября 2005 года N 649 вступило в силу 11 ноября 2005 года. В связи с этим установление дополнительных денежных компенсаций прокурорским работникам в соответствии с пунктом 2 Постановления Правительства РФ от 31 марта 1994 года N 280 может осуществляться не ранее, чем с 11 ноября 2005 года.
В данном случае суд в нарушение Указа Президента РФ от 23 мая 1996 года N 763 "О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента РФ, Правительства РФ и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти" придал обратную силу Постановлению Правительства РФ от 29 октября 2005 года N 649 (п. 2), в связи с чем неправомерно удовлетворил требования в указанной части на периоды до вступления в силу Постановления Правительства РФ N 649 от 29 октября 2005 г.
Кроме того, учитывая вышеприведенные нормы, дополнительные гарантии и компенсации, предусмотренные Законом РФ от 21 января 1993 года N 4328-1, предоставляются только тем лицам, которые привлекались для выполнения задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах и которые фактически участвовали в выполнении задач по ликвидации последствий осетино-ингушского конфликта. При этом само по себе нахождение в период прохождения службы на территории, на которой объявлено чрезвычайное положение или отнесенной к зоне вооруженного конфликта, не означает фактического участия в выполнении соответствующих задач.
В связи с этим фактическое участие должно было быть доказано по делу в соответствии с требованиями Гражданского процессуального кодекса РФ (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ).
Однако, суд в нарушение названного требования процессуального законодательства и при отсутствии доказательств, подтверждающих фактическое выполнение истцом задач на территории, где введено чрезвычайное положение, либо в местности, которая отнесена к зоне вооруженного конфликта, удовлетворил исковые требования. При этом приказов руководителя прокуратуры Республики Ингушетия либо Генерального прокурора РФ, свидетельствующих о выполнении прокурорскими работниками Республики Ингушетия соответствующих задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах, не имелось.
Кроме того, на основании Приказа Генпрокуратуры РФ от 19 февраля 1993 г. N 10-18, принятого в соответствии с Постановлением Совета Министров СССР от 20 июля 1990 г. N 714 "О предоставлении льгот работникам органов прокуратуры в период расследования преступлений при чрезвычайных обстоятельствах", в целях улучшения материального положения прокурорско-следственных работников органов прокуратуры в период расследования ими преступлений при чрезвычайных обстоятельствах, связанных с массовыми антиобщественными проявлениями, установлено выплачивать этим работникам должностные оклады в полуторном размере. Эти выплаты, как установлено судом, Темерханову Р.Б. производились в течение установленного периода действия режима чрезвычайного положения до февраля 1995 г.
Учитывая изложенное, у суда отсутствовали правовые основания для удовлетворения исковых требований Темерханова Р.Б. по взысканию задолженности по денежному содержанию за период с 15 февраля 1995 г. по 5 января 1998 г., т.е. после отмены режима чрезвычайного положения, а также зачислению срока службы в указанный период в выслугу лет для назначения пенсии из расчета один месяц за три месяца службы.
При таких обстоятельствах вынесенные по делу судебные постановления нельзя признать законными, они подлежат отмене.
Принимая во внимание, что обстоятельства, имеющие значение для дела, судом первой инстанции установлены, Судебная коллегия находит возможным, отменяя судебные постановления, принять по делу новое решение, не передавая дело на новое рассмотрение, с целью исправления судебной ошибки, допущенной судебными инстанциями в применении и толковании норм материального и процессуального права.
Руководствуясь статьями 387, 388 и 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации,
определила:
решение Назрановского районного суда Республики Ингушетия от 25 июля 2007 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 30 августа 2007 г. отменить.
Принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Темерханова Р.Б. к прокуратуре Республики Ингушетия о взыскании задолженности по дополнительным гарантиям и компенсациям за время выполнения задач в условиях чрезвычайного положения и при вооруженном конфликте, увеличении выслуги лет для назначения пенсии отказать.