ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 3 августа 2000 г. N 76-В00пр-3
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Т.И. Еременко
судей В.Н. Пирожкова
А.М. Маслова
рассмотрела в судебном заседании от 3 августа 2000 г. дело по жалобе Г. на отказ Информационного центра УВД Пермской области выдать справку о реабилитации
по протесту заместителя Генерального прокурора Российской Федерации
на решение Кудымкарского городского суда от 1 октября 1998 г., определение судебной коллегии по гражданским делам суда Коми-Пермяцкого автономного округа от 15 декабря 1998 г. и постановление президиума суда Коми-Пермяцкого автономного округа от 9 февраля 2000 г.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Маслова А.М., заключение помощника Генерального прокурора Российской Федерации Белан М.Г., поддержавшей протест, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
Г. обратилась в суд с жалобой на действия ИЦ УВД Пермской области, указав, что ее мать М., 1910 года рождения, проживавшая в с. Верх-Юсьва Кудымкарского района Пермской области, по общественному приговору жителей с. Верх-Юсьва от 19 августа 1948 г. утвержденному 22 августа 1948 г. Кудымкарским райисполкомом, была выселена из села и направлена на спецпоселение в Иркутскую область сроком на 8 лет на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 02 июня 1948 "О выселении в отдаленные районы лиц, злостно уклоняющихся от трудовой деятельности в сельском хозяйстве и ведущих антиобщественный паразитический образ жизни". Информационный центр УВД отказал в выдаче справки о ее реабилитации, мотивируя тем, что выселение по общественным приговорам в отдаленные районы на основании вышеназванного Указа не носило политического характера.
Решением Кудымкарского городского суда от 1 октября 1998 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам от 15 декабря 1998 г. и постановлением президиума суда Коми-Пермяцкого автономного округа от 9 февраля 2000 г., жалоба удовлетворена.
В протесте заместителя Генерального прокурора Российской Федерации ставится вопрос об отмене судебных постановлений в связи с неправильным применением норм материального права.
Проверив материалы дела, обсудив доводы протеста, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что судебные постановления подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение.
В соответствии со ст. 1 Закона Российской Федерации "О реабилитации жертв политических репрессий" политическими репрессиями признаются различные меры принуждения, применяемые государством по политическим мотивам, в виде лишения жизни или свободы, помещения на принудительное лечение в психиатрические лечебные учреждения, выдворения из страны и лишения гражданства, выселения групп населения из мест проживания, направления в ссылку, высылку и на спецпоселение, привлечения к принудительному труду в условиях ограничения свободы, а также иное лишение или ограничение прав и свобод лиц, признававшихся социально опасными для государства или политического строя по классовым, социальным, национальным, религиозным или иным признакам, осуществлявшееся по решениям судов и других органов, наделявшихся судебными функциями, либо в административном порядке органами исполнительной власти и должностными лицами и общественными организациями или их органами, наделявшимися административными полномочиями, (в ред. Закона РФ от 03.09.93 N 5698-1).
Судебные инстанции, признавая высылку М. на спецпоселение в соответствии с Указом Верховного Совета СССР от 02 июня 1948 г. "О выселении в отдаленные районы лиц, злостно уклоняющихся от трудовой деятельности в сельском хозяйстве и ведущих антиобщественный паразитический образ жизни" политической репрессией, исходили из того, что допрошенные судом свидетели подтвердили, что она добросовестно относилась к труду, по делу был вынесен общественный приговор, который был утвержден райисполкомом, назначенное наказание несоразмерно проступку, государство было заинтересовано в принудительном направлении бесплатной рабочей силы для восстановления экономики и освоения природных богатств, Указ имел гриф "секретно".
Приведенные мотивы не могут быть бесспорными признаками политической репрессии в редакции Закона Российской Федерации "О реабилитации жертв политических репрессий".
Незаконное осуждение не свидетельствует о том, что приговор вынесен по политическим мотивам; меры воздействия применялись не только судебными органами; в период, относящийся к изданию данного Указа, принимались и другие Указы, предусматривающие крайне суровые наказания за общеуголовные преступления; не могут быть критерием политических репрессий характер работ, выполняемых осужденными и правонарушителями, а также гриф Указа.
Между тем, суду надлежало предложить сторонам представить доказательства, подтверждающие или опровергающие, что меры принуждения, предусмотренные вышеназванным Указом, носили политический характер, то есть, применялись государством не за совершение общеуголовного преступления или административного правонарушения, а в связи с признанием лица социально опасным в политическом отношении, то есть имевших антисоветские настроения и взгляды, знакомых и поддерживающих контакты с так называемыми "врагами народа", принадлежащих к политически неблагонадежным классам, сословиям, политическим партиям. Отсутствуют в деле доказательства о том, что совершение преступления или административного проступка было лишь поводом для выселения группы населения по классовым, социальным, национальным, религиозным или иным признакам.
Поскольку Законом Российской Федерации "О реабилитации жертв политических репрессий" не определен исчерпывающий перечень актов государственных органов СССР, предусматривающих применение мер принуждения по политическим мотивам, суду надлежало дать токование Указу Президиума Верховного Совета СССР от 02 июня 1948 "О выселении в отдаленные районы лиц, злостно уклоняющихся от трудовой деятельности в сельском хозяйстве и ведущих антиобщественный паразитический образ жизни" с учетом иных доказательств, с этой целью предложить лицам, участвующим в деле, представить постановления государственных и партийных органов, иные документы, касающиеся порядка применения данного Указа, при необходимости оказать содействие в собирании доказательств, в зависимости от полученных данных определить, подпадают ли меры принуждения, предусмотренные данным Указом под действие ст. 1 Законом Российской Федерации "О реабилитации жертв политических репрессий".
Без проверки указанных обстоятельств выводы суда о том, что к М. были применены политические репрессии, нельзя признать основанными на нормах материального права.
При таких обстоятельствах судебные постановления подлежат отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение, в ходе которого необходимо учесть изложенное выше, разрешить жалобу с соблюдением норм материального и процессуального права.
Руководствуясь ст. 329 п. 2 ГПК РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
определила:
Решение Кудымкарского городского суда от 1 октября 1998 г., определение судебной коллегии по гражданским делам Коми-Пермяцкого автономного округа от 15 декабря 1998 г. и постановление президиума суда Коми-Пермяцкого автономного округа от 9 февраля 2000 г. отменить и дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.