ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 2 ноября 2001 года
Дело N 5-Г01-138
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Кнышева В.П., судей Нечаева В.И., Харланова А.В.рассмотрела в судебном заседании от 2 ноября 2001 г. кассационные жалобы Д. и его представителя Р. на решение Московского городского суда от 10 сентября 2001 г., которым отказано Д. в иске к Российскому агентству по системам управления и государственному унитарному предприятию "Московский научно-исследовательский радиотехнический институт" о признании незаконными приказов о лишении допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, и об увольнении, о восстановлении на работе, взыскании заработной платы и денежной компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Нечаева В.И., объяснения Д. и его представителя Р., объяснения представителей Российского агентства по системам управления П. и государственного унитарного предприятия "Московский научно-исследовательский радиотехнический институт" У., исследовав материалы дела, коллегия
установила:
Д. работал директором государственного унитарного предприятия "Московский научно-исследовательский радиотехнический институт" Российского агентства по системам управления. С ним был заключен контракт от 15 марта 1997 г. N 247. Приказом генерального директора Российского агентства по системам управления от 6 апреля 2001 г. был прекращен его допуск к государственной тайне. В связи с этим приказом генерального директора Российского агентства по системам управления от 16 июля 2001 г. N 220/к-р Д. был уволен по пункту 4 ст. 254 КЗоТ РФ и подп. 5.3.2 контракта от 15 марта 1997 г. N 247.
Не согласившись с этими приказами, Д. обратился в суд с иском к Российскому агентству по системам управления о признании приказов о лишении допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, и об увольнении незаконными, о восстановлении на работе, взыскании средней заработной платы и денежной компенсации морального вреда. Иск обоснован тем, что Д. как пользователь сведениями, составляющими государственную тайну, никаких нарушений не совершал, под угрозу сохранность гостайны не ставил, в связи с чем не мог быть лишен допуска, а следовательно, не мог быть уволен.
При судебном разбирательстве дела суд привлек к участию в деле государственное унитарное предприятие "Московский научно-исследовательский радиотехнический институт" и, рассмотрев дело, вынес приведенное выше решение. В кассационной жалобе Д. просит отменить решение суда, считая его неправильным. Обсудив доводы кассационной жалобы, коллегия не находит оснований для отмены решения суда.
Согласно Закону Российской Федерации "О государственной тайне" органы государственной власти, предприятия, учреждения и организации обеспечивают защиту сведений, составляющих государственную тайну, в соответствии с возложенными на них задачами и в пределах своей компетенции. Ответственность за организацию защиты сведений, составляющих государственную тайну, в органах государственной власти, на предприятиях, в учреждениях и организациях возлагается на их руководителей. В зависимости от объема работ с использованием сведений, составляющих государственную тайну, руководителями органов государственной власти, предприятий, учреждений и организаций создаются структурные подразделения по защите государственной тайны, функции которых определяются указанными руководителями в соответствии с нормативными документами, утверждаемыми Правительством Российской Федерации, и с учетом специфики проводимых ими работ (часть 4 ст. 20). Допуск должностного лица или гражданина к государственной тайне может быть прекращен по решению руководителя органа государственной власти, предприятия, учреждения или организации в случаях, в частности, однократного нарушения им взятых на себя, предусмотренных трудовым договором (контрактом) обязательств, связанных с защитой государственной тайны (ст. 23).
Как видно из материалов дела, в том числе из акта от 19 марта 2001 г., заключения начальника отдела безопасности Российского агентства по системам управления О., показаний свидетелей О., С., А., Д. не выполнял возложенных на него задач по обеспечению сохранности государственной тайны в институте, основной деятельностью которого является работа со сведениями, составляющими государственную тайну. Так, допуск сотрудников к государственной тайне в институте осуществлялся на основании номенклатуры должностей от 24 марта 1986 г., новая номенклатура должностей на момент проверки в марте 2001 г. не была утверждена и согласована. Между тем пункт 13 Инструкции о порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации к государственной тайне, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 октября 1995 г. N 1050, предусматривает, что перечень должностей, при назначении на которые граждане обязаны оформлять допуск к сведениям, составляющим государственную тайну, определяется номенклатурой должностей (форма 1), утверждаемой руководителем организации или его заместителем, занимающимся вопросами защиты государственной тайны, после согласования ее с органом безопасности. В номенклатуру включаются только те должности, по которым допуск граждан к указанным сведениям действительно необходим для выполнения ими должностных (функциональных) обязанностей. Изменения и дополнения в номенклатуру должностей вносятся по мере необходимости, согласовываются и утверждаются в установленном порядке. Номенклатура должностей пересматривается не реже одного раза в 5 лет.
В институте не производилось переоформление допусков, срок действия которых истек (по форме 2 - 28 допусков, по форме 1 - 5 допусков). Договоры (контракты) с отдельными работниками о допуске к сведениям, составляющим государственную тайну, не заключены. Положение о порядке допуска к документам и работам (разрешительная система) от 1981 г. не соответствует действующим нормативным документам и существующей оргштатной структуре на предприятии. Инструкция на случай пожара, аварий, стихийных бедствий устарела, не соответствует штатной структуре первого отдела, отсутствует план эвакуации секретных документов при пожаре или стихийных бедствий. В первом отделе отсутствует список должностных лиц, допущенных к секретным (совершенно секретным) документам и работам, допуск лиц к этим сведениям осуществляется на основании телефонных сообщений бюро режима. В делах отсутствуют карточки учета выдачи дел, списки лиц, допущенных к делам, руководителями подразделений не корректируются, в списках продолжают числиться лица, уволенные с предприятия. Документы длительного хранения (внутренний архив) в полном объеме не проверяются, комиссия по отбору, уничтожению, снижению грифов секретности не назначается.
С лицами, у которых сроки допуска истекли, необходимо было заключить контракт о допуске к сведениям, составляющим государственную тайну (по ст. 21 Закона "О государственной тайне" новый допуск должен быть оформлен договором (контрактом). Однако с работниками, которые работали до принятия данного Закона, контракты не были заключены.
Допуск транспорта на территорию института, являющегося режимным предприятием, допускался по распоряжению заместителя директора по общим вопросам, тогда как разрешение на въезд автотранспорта должен выдавать заместитель директора по безопасности.
Доводы о том, что в акте проверки института органами Федеральной службы безопасности, проведенной в 2000 г., при решении вопроса о выдаче лицензии не нашли отражения нарушения, выявленные комиссией Российского агентства по системам управления, судом обоснованно отвергнуты. Проверка комиссией агентства проводилась в марте 2001 г. В ее акте отражены все участки, послужившие предметом работы комиссии, акт же проверки Федеральной службы безопасности носит более общий характер.
При таких обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу о том, что у администрации Российского агентства по системам управления имелись основания к прекращению допуска Д. к сведениям, составляющим государственную тайну. Все обстоятельства, связанные с этим вопросом, были полно и всесторонне исследованы в судебном заседании. Данным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам судом дана оценка. Изложенные в кассационных жалобах доводы в основном направлены на переоценку доказательств.
В соответствии со ст. 23 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" прекращение допуска должностного лица или гражданина к государственной тайне является дополнительным основанием для расторжения с ним трудового договора (контракта), если такие условия предусмотрены в трудовом договоре (контракте). По пункту 4 ст. 254 КЗоТ РФ, трудовой договор (контракт) может быть прекращен в случаях, предусмотренных контрактом, заключаемым с руководителем предприятия. В подпункте 5.3.2 контракта от 15 марта 1997 г. N 247, заключенного с Д., предусматривается, что контракт с ним прекращается, в частности, при прекращении (лишении) допуска к сведениям, составляющим государственную тайну.
Довод истца и его представителя о том, что истец был уволен с работы во время болезни, не может служить поводом к отмене решения суда. Из материалов дела усматривается, что Д. фактически был уволен с работы не 16 июля 2001 г., когда находился на больничном листе, а 30 июля 2001 г. Это обстоятельство подтверждается ксерокопией приказа и.о. директора государственного унитарного предприятия "Московский научно-исследовательский радиотехнический институт" от 30 июля 2001 г. N 512/к, представленной в заседании кассационной коллегии, расчетом заработной платы (л.д. 50), ксерокопией трудовой книжки истца (л.д. 94), письменным объяснением представителя агентства (л.д. 166). Никаких претензий по поводу периода оплаты листков нетрудоспособности и выплаты заработной платы по 30 июля 2001 г. Д. не заявлено.
Утверждение представителя истца в дополнительной кассационной жалобе о том, что прекратить допуск должностного лица к сведениям, составляющим государственную тайну, вправе лишь вышестоящее должностное лицо, которое также имеет допуск к сведениям, составляющим государственную тайну, не основано на законе.
Руководствуясь ст. ст. 304, 305, 311 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, коллегия
определила:
оставить решение Московского городского суда от 10 сентября 2001 г. без изменения, кассационные жалобы Д. и его представителя Р. - без удовлетворения.