ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 14 февраля 2023 г. N 24-КГ22-11-К4
УИД 01RS0006-01-2020-002667-64
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Киселева А.П.,
судей Кротова М.В. и Марьина А.Н.
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску Турк Сафиет Хаджебирамовны к страховому акционерному обществу "ВСК" о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда и убытков
по кассационной жалобе Турк Сафиет Хаджебирамовны на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 7 декабря 2021 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 31 мая 2022 г.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кротова М.В., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
Турк С.Х. обратилась в суд с названным выше иском, ссылаясь на то, что страховая компания уклоняется от исполнения своей обязанности по выплате страхового возмещения.
Решением Тахтамукайского районного суда Республики Адыгея от 9 февраля 2021 г. исковые требования удовлетворены частично: в пользу Турк С.Х. взысканы страховое возмещение в размере 227 527 руб., неустойка - 250 000 руб., штраф - 100 000 руб., компенсация морального вреда - 5 000 руб., расходы по оплате независимой оценки - 8 000 руб. С С АО "ВСК" также взысканы расходы по оплате судебной экспертизы в размере 40 000 руб. в пользу ООО "ЭБ "альянс" и государственная пошлина в соответствующий бюджет - 5 775 руб.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 16 апреля 2021 г. решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 5 октября 2021 г. апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 16 апреля 2021 г. отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 7 декабря 2021 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 31 мая 2022 г., решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.
В кассационной жалобе Турк С.Х. ставится вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делай Верховного Суда Республики Адыгея от 7 декабря 2021 г. и определения судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 31 мая 2022 г., как незаконных.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Кротова М.В. от 9 января 2023 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Проверив материалы дела и обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.
В соответствии со статьей 390.14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Такие нарушения допущены судами апелляционной и кассационной инстанций при рассмотрении настоящего дела.
Как установлено судом и следует из материалов дела, 15 августа 2019 г. в результате дорожно-транспортного происшествия по вине водителя Нагоя А.А., управлявшего автомобилем "Hyundai Getz", поврежден принадлежащий истцу автомобиль "Skoda Octavia" под управлением Турка А.Д.
На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность Турка А.Д. была застрахована в САО "АльфаСтрахование", гражданская ответственность Нагоя А.А. - в САО "ВСК".
6 февраля 2020 г. САО "ВСК", признав случай страховым, выдало направление на ремонт на СТОА ООО "Орбита Авто", указав стоимость восстановительного ремонта - 97 893 руб.
Турк С.Х. по телефонной связи сообщила страховщику о невозможности предоставления автомобиля на СТОА ООО "Орбита Авто" в связи с его большой отдаленностью. Сотрудник страховой компании уведомил Турк С.Х., что ей будет выдано новое направление на ремонт на ближайшую СТОА, чего впоследствии сделано не было.
Турк С.Х. самостоятельно организовала проведение независимой экспертизы для определения размера ущерба, причиненного повреждением автомобиля, направив страховщику телеграмму о дате и месте ее проведения.
Согласно выводам, содержащимся в экспертном заключении ИП Шибкова И.К. от 1 июня 2020 г. N 1367, стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа составляет 302 500 руб.
11 июня 2020 г. Турк С.Х. обратилась к страховщику с претензией об осуществлении страховой выплаты, приложив выполненное по ее заказу заключение экспертизы, а также просила возместить расходы на ее проведение.
Данная претензия ответчиком удовлетворена не была.
13 июля 2020 г. Турк С.Х. обратилась к финансовому уполномоченному с требованием о взыскании с САО "ВСК" страхового возмещения.
В рамках рассмотрения досудебного обращения истца по инициативе финансового уполномоченного проведено транспортно-трасологическое исследование, составлено экспертное заключение ООО "Окружная Экспертиза" от 27 августа 2020 г. N 1923-Д, согласно выводам которого на транспортном средстве отсутствуют повреждения, которые могли быть образованы в результате дорожно-транспортного происшествия от 15 августа 2019 г.
31 августа 2020 г. финансовым уполномоченным принято решение об отказе в удовлетворении требований потребителя финансовых услуг о взыскании страхового возмещения.
Не согласившись с решением финансового уполномоченного, истец обратился в суд с иском по настоящему делу.
Суд первой инстанции в целях установления соответствия имеющихся на автомобиле "Skoda Octavia" повреждений обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 15 августа 2019 г., а также для определения стоимости восстановительного ремонта данного транспортного средства определением от 17 ноября 2020 г. назначил судебную автотехническую экспертизу, проведение которой было поручено ООО "ЭБ "Альянс".
Согласно выводам, содержащимся в заключении ООО "ЭБ "Альянс" от 18 декабря 2020 г. N А-001-97/20, часть повреждений автомобиля "Skoda Octavia" могла образоваться и соответствует обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 15 августа 2019 г., стоимость восстановительного ремонта с учетом износа составляет 227 527,88 руб.
Суд первой инстанции, оценив результаты судебной экспертизы в совокупности с иными заключениями и другими доказательствами, признал доказанными факт дорожно-транспортного происшествия и наличие причинно-следственной связи между данным происшествием и повреждениями автомобиля истца.
Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции указал на необоснованность назначения судом первой инстанции судебной экспертизы.
При этом судебная коллегия по гражданским делам, сославшись в обоснование своих выводов о размере причиненного автомобилю истца ущерба на экспертное заключение, проведенное в рамках рассмотрения финансовым уполномоченным обращения заявителя, пришла к выводу об отказе в иске.
Суд кассационной инстанции согласился с такими выводами суда апелляционной инстанции.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что судами апелляционной и кассационной инстанций допущены существенные нарушения норм права.
В силу требования части 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.
Согласно части 1 статьи 79 данного кодекса при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.
В соответствии со статьей 87 этого же кодекса в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту (часть 1).
В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам (часть 2).
Как следует из Разъяснений по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 4 июня 2018 г. N 123-ФЗ "Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг", утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18 марта 2020 г., если при рассмотрении обращения потребителя финансовым уполномоченным было организовано и проведено экспертное исследование, то вопрос о необходимости назначения судебной экспертизы по тем же вопросам разрешается судом применительно к положениям статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о назначении дополнительной или повторной экспертизы, в связи с чем на сторону, ходатайствующую о назначении судебной экспертизы, должна быть возложена обязанность обосновать необходимость ее проведения. Несогласие заявителя с результатом организованного финансовым уполномоченным экспертного исследования, наличие нескольких экспертных исследований, организованных заинтересованными сторонами, безусловными основаниями для назначения судебной экспертизы не являются (вопрос 4).
Приведенные положения Закона и Разъяснения по его применению не предполагают запрета на проведение судебной экспертизы в том случае, если финансовым уполномоченным при рассмотрении обращения потребителя финансовых услуг было организовано проведение экспертного исследования.
Напротив, назначение судебной экспертизы по правилам статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации непосредственно связано с исключительным правом суда определять достаточность доказательств, собранных по делу, и предполагается, если это необходимо для устранения противоречий в заключениях экспертов и иным способом это сделать невозможно, а потому полученное по результатам исследования заключение не может согласно статье 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являться недопустимым доказательством.
В тех же случаях, когда полученное заключение эксперта не дает в полном объеме ответа на поставленные вопросы либо оно является неопределенным, требуется назначение дополнительной или повторной экспертизы.
Для правильного разрешения спора суду надлежало установить, наступил ли страховой случай по договору ОСАГО, и если наступил, то какие обстоятельства являются основаниями, предусмотренными законодательством, регулирующим возникшие между сторонами правоотношения, для отказа в выплате страхового возмещения и имелись ли у страховой компании основания для отказа в его выплате, чего сделано не было.
Судом первой инстанции факт наступления страхового случая был установлен на основании исследования и оценки различных письменных доказательств и заключения судебной экспертизы, назначение которой было обусловлено противоречием представленных доказательств, устранить которые он в связи с отсутствием специальных знаний самостоятельно не мог. Кроме того, САО "ВСК" само признало случай страховым, выдав направление на ремонт на СТОА ООО "Орбита Авто".
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея не дала оценки достаточности имеющихся в материалах дела доказательств, принятых судом первой инстанции, не оценила их в совокупности и не устранила содержащиеся в них противоречия, выявленные при рассмотрении дела.
Так, отказывая во взыскании страхового возмещения в полном объеме, суд апелляционной инстанции основывался только на заключении экспертизы, проведение которой было организовано финансовым уполномоченным, в то время как это доказательство должно быть оценено в совокупности со всеми другими доказательствами по делу для установления факта наличия либо отсутствия дорожно-транспортного происшествия и последствий этого происшествия.
При этом суд апелляционной инстанции, ссылаясь на то, что экспертом, проводившим судебную экспертизу, не учтены все обстоятельства, имеющие значение для разрешения поставленных вопросов, повторную судебную экспертизу для установления этих обстоятельств и факта наступления или ненаступления страхового случая, что имеет существенное значение для правильного разрешения спора, в нарушение требований статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не назначил.
Уклонение суда от получения судебных доказательств свидетельствует о неисполнении обязанности по полному и всестороннему рассмотрению дела, результатом чего является вынесение решения, не отвечающего признакам законности и обоснованности.
Таким образом, суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, сам мер к установлению или опровержению факта наступления страхового случая не предпринял, в связи с чем принятое им решение об отказе в иске не отвечает требованиям, установленным статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации на основании статьи 2 и части 2 статьи 390.13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в интересах законности находит нужным также обратить внимание на применение положений материального закона, регулирующих компенсацию морального вреда.
Согласно статье 15 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8).
Следовательно, если суд приходит к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, ее сумма должна быть адекватной и реальной.
В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потребителя впечатление пренебрежительного отношения к его правам.
По смыслу приведенного выше правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, которые в соответствии с положениями процессуального закона должны получить надлежащую оценку.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что принятые по делу апелляционное определение и определение кассационного суда общей юрисдикции нельзя признать законными, они подлежат отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Руководствуясь статьями 390.14, 390.15, 390.16 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
определила:
апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 7 декабря 2021 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 31 мая 2022 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.