КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 мая 2019 г. N 1283-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
СИМАГИНОЙ ГАЛИНЫ НИКОЛАЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЕЙ 4 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА
"О ГОСУДАРСТВЕННОМ ПЕНСИОННОМ ОБЕСПЕЧЕНИИ" И
ПОЛОЖЕНИЯМИ СТАТЕЙ 5, 29 И 31 ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ
ФЕДЕРАЦИИ "О ПЕНСИОННОМ ОБЕСПЕЧЕНИИ ЛИЦ, ПРОХОДИВШИХ
ВОЕННУЮ СЛУЖБУ, СЛУЖБУ В ОРГАНАХ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ,
ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРОТИВОПОЖАРНОЙ СЛУЖБЕ, ОРГАНАХ ПО
КОНТРОЛЮ ЗА ОБОРОТОМ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ И
ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, УЧРЕЖДЕНИЯХ И ОРГАНАХ
УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ, ВОЙСКАХ НАЦИОНАЛЬНОЙ
ГВАРДИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, И ИХ СЕМЕЙ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Г.Н. Симагиной к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданка Г.Н. Симагина оспаривает конституционность статьи 4 Федерального закона от 15 декабря 2001 года N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", закрепляющей категории граждан, имеющих право на пенсию по государственному пенсионному обеспечению.
Кроме того, в жалобе заявительница ставит вопрос о конституционности следующих положений Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-I "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей":
статьи 5, предусматривающей, что в случае гибели или смерти лиц, указанных в статье 1 данного Закона, их семьи при наличии условий, предусмотренных данным Законом, приобретают право на пенсию по случаю потери кормильца (часть вторая);
статьи 29, закрепляющей право нетрудоспособных членов семьи на пенсию по случаю потери кормильца и определяющей круг лиц, относящихся к нетрудоспособным членам семьи умершего (погибшего) кормильца;
статьи 31, определяющей членов семьи умершего, считающихся состоявшими на его иждивении.
По мнению Г.Н. Симагиной, которой было отказано в назначении пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-I, в связи с тем что факт ее нахождения на иждивении супруга не был установлен судами общей юрисдикции, оспариваемые законоположения, примененные при рассмотрении ее дела судом, противоречат Конституции Российской Федерации, поскольку не предусматривают возможности назначения пенсии по случаю потери кормильца члену семьи умершего при условии, что доход умершего кормильца являлся для данного лица основным источником средств к существованию.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому в соответствии с целями социального государства (статья 7, часть 1) социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение механизма реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, оснований приобретения права на них отдельными категориями граждан и правил исчисления размеров пенсий, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2), который в целях обеспечения каждому конституционного права на пенсию вправе определять виды пенсий, источники их финансирования, предусматривать условия и порядок приобретения права на отдельные виды пенсий конкретными категориями лиц.
Действуя в рамках предоставленных ему полномочий, федеральный законодатель в Законе Российской Федерации "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей" предусмотрел в случае гибели или смерти лиц, указанных в статье 1 данного Закона, право на пенсию по случаю потери кормильца их семей (статья 5) и закрепил условия назначения членам семьи умерших (погибших) лиц, подпадающих под действие данного Закона, пенсии по случаю потери кормильца, установил право на пенсию по случаю потери кормильца для нетрудоспособных членов семьи указанных лиц, состоявших на их иждивении (часть первая статьи 29), а также определил круг членов семей, которым данная пенсия назначается независимо от нахождения на иждивении кормильца (часть вторая статьи 29).
При этом в статье 31 указанного Закона законодатель закрепил общее правило, согласно которому члены семьи умершего считаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.
Назначение по общему правилу пенсии по случаю потери кормильца только тем нетрудоспособным членам семьи, которые состояли на иждивении кормильца и могут подтвердить этот факт, в полной мере соответствует правовой природе указанной выплаты, направленной на предоставление основного источника средств к существованию нетрудоспособным членам семьи, лишившимся его в связи со смертью кормильца. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение прав членов семьи умершего кормильца при назначении им пенсии по случаю потери кормильца и не может расцениваться как нарушающее права заявительницы.
Не может рассматриваться как затрагивающая конституционные права Г.Н. Симагиной и оспариваемая ею статья 4 Федерального закона "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", определяющая круг лиц, пенсионное обеспечение которых осуществляется на основании данного Федерального закона, поскольку она к указанным лицам не относится.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Симагиной Галины Николаевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН