КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 апреля 2019 г. N 1088-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ЕГЕРА АЛЕКСАНДРА ИВАНОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОЛОЖЕНИЯМИ ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА
"О ПРИОСТАНОВЛЕНИИ ДЕЙСТВИЯ ОТДЕЛЬНЫХ ПОЛОЖЕНИЙ
ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫХ АКТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ВНЕСЕНИИ
ИЗМЕНЕНИЙ В ОТДЕЛЬНЫЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ АКТЫ РОССИЙСКОЙ
ФЕДЕРАЦИИ И ОСОБЕННОСТЯХ УВЕЛИЧЕНИЯ СТРАХОВОЙ ПЕНСИИ,
ФИКСИРОВАННОЙ ВЫПЛАТЫ К СТРАХОВОЙ ПЕНСИИ И СОЦИАЛЬНЫХ
ПЕНСИЙ" И СТАТЬИ 26 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА
"О СТРАХОВЫХ ПЕНСИЯХ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев по требованию гражданина А.И. Егера вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин А.И. Егер, которому с мая 2013 года назначена трудовая пенсия по старости на общих основаниях (с 1 января 2015 года - страховая пенсия по старости), оспаривает конституционность положений Федерального закона от 29 декабря 2015 года N 385-ФЗ "О приостановлении действия отдельных положений законодательных актов Российской Федерации, внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и особенностях увеличения страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и социальных пенсий", дополнивших Федеральный закон от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" статьей 26.1 (пункт 2 статьи 3), и положений статьи 26.1 Федерального закона "О страховых пенсиях", согласно которым пенсионерам, осуществляющим работу и (или) иную деятельность, в период которой они подлежат обязательному пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", суммы страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), в том числе полученные в связи с перерасчетом, предусмотренным частями 2, 5 - 8 статьи 18 данного Федерального закона, выплачиваются в размере, исчисленном в соответствии с данным Федеральным законом, без учета индексации (увеличения) размера фиксированной выплаты к страховой пенсии в соответствии с частями 6 и 7 статьи 16 данного Федерального закона и корректировки размера страховой пенсии в соответствии с частью 10 статьи 18 данного Федерального закона, имеющих место в период осуществления работы и (или) иной деятельности (часть 1).
В жалобе А.И. Егера содержится также просьба о реализации законодательной инициативы Конституционного Суда Российской Федерации в целях внесения в оспариваемые им федеральные законы целесообразных, с его точки зрения, изменений и дополнений.
По мнению заявителя, осуществляющего предпринимательскую деятельность, оспариваемые законоположения противоречат положениям Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 18, 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 55 (часть 2), 56 (часть 3) и 123 (часть 3), поскольку лишают его, как работающего пенсионера, права на получение пенсии в полном объеме с учетом ее индексации и корректировки, независимо от осуществления работы и (или) иной деятельности. Часть 1 статьи 26.1 Федерального закона "О страховых пенсиях" применена в деле А.И. Егера судом первой инстанции.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные А.И. Егером материалы, не находит оснований для принятия его жалобы к рассмотрению.
Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение механизма реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, правил исчисления их размеров, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2).
Определение порядка индексации пенсий как одного из способов повышения их размеров также является прерогативой законодателя, который вправе, как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, изменять установленное им в данной сфере регулирование, учитывая финансово-экономические возможности государства на соответствующем этапе его развития и соблюдая при этом конституционные принципы справедливости, равенства, соразмерности, а также стабильности и гарантированности прав граждан.
Реализуя предоставленные ему полномочия, законодатель принял Федеральный закон от 29 декабря 2015 года N 385-ФЗ, которым приостановил на период до 1 января 2017 года действие отдельных положений Федерального закона "О страховых пенсиях". Одновременно указанным Федеральным законом был изменен порядок выплаты страховой пенсии в период осуществления работы и (или) иной деятельности.
Таким образом установлена дифференциация правового регулирования антиинфляционной защиты страховой пенсии и фиксированной выплаты к ней в зависимости от того, сопровождалось ли наступление страхового случая в виде достижения пенсионного возраста (наступления инвалидности) утратой заработка (пункты 1 и 6 статьи 3 Федерального закона "О страховых пенсиях", подпункт 2 пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 16 июля 1999 года N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования", абзац второй статьи 3 Федерального закона "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации").
Такая дифференциация не может рассматриваться как нарушающая права застрахованных лиц, поскольку, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, конституционный принцип равенства, гарантируя одинаковые права и обязанности для лиц, относящихся к одной категории субъектов права, не исключает возможность установления дифференцированного режима для различных категорий лиц, если такая дифференциация обусловлена объективными факторами и не носит произвольного, дискриминирующего характера (Постановление от 27 апреля 2001 года N 7-П; определения от 11 мая 2012 года N 743-О, от 14 мая 2013 года N 692-О и др.).
При этом законодатель, устанавливая для пенсионеров, осуществляющих работу и (или) иную деятельность, новый порядок индексации размера фиксированной выплаты к страховой пенсии и корректировки размера страховой пенсии с 1 февраля 2016 года, предусмотрел правило о том, что в случае прекращения пенсионером работы и (или) иной деятельности суммы страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии выплачиваются в размере, определенном в соответствии с Федеральным законом "О страховых пенсиях", с учетом индексации (увеличения), корректировки их размера, имевших место в период осуществления работы и (или) иной деятельности (статья 7 Федерального закона от 29 декабря 2015 года N 385-ФЗ, статья 26.1 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ).
Следовательно, оспариваемые нормы приняты законодателем в пределах дискреционных полномочий в системе правового регулирования, направлены на обеспечение в рамках обязательного пенсионного страхования гарантий защиты застрахованных лиц от наступивших социальных страховых рисков, а потому не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права граждан.
Кроме того, приложенной к жалобе А.И. Егера копией решения суда первой инстанции не подтверждается применение в его деле оспариваемых им положений статьи 3 Федерального закона от 29 декабря 2015 года N 385-ФЗ.
Не может быть удовлетворена просьба заявителя и об обращении Конституционного Суда Российской Федерации в Совет Федерации, Государственную Думу, Правительство Российской Федерации в порядке законодательной инициативы, поскольку согласно статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" Конституционный Суд Российской Федерации выступает с законодательной инициативой только по вопросам своего ведения.
При таких обстоятельствах жалоба заявителя, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе "О Конституционном Суде Российской Федерации", не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Егера Александра Ивановича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН