КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 24 июня 2021 г. N 1297-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ДОБРОВОЛЬСКОГО ВЛАДИМИРА ВИКТОРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЬЮ 2 СТАТЬИ 35 И ЧАСТЬЮ 3 СТАТЬИ 36
ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О СТРАХОВЫХ ПЕНСИЯХ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.В. Добровольского к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин В.В. Добровольский оспаривает конституционность следующих положений Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях":
части 2 статьи 35, согласно которой продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, предусмотренная частью 2 статьи 8 данного Федерального закона, начиная с 1 января 2016 года ежегодно увеличивается на один год согласно приложению 3 к данному Федеральному закону; при этом необходимая продолжительность страхового стажа определяется на день достижения возраста, предусмотренного статьей 8 данного Федерального закона;
части 3 статьи 36, предусматривающей, что со дня вступления в силу данного Федерального закона (1 января 2015 года) Федеральный закон "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с данным Федеральным законом в части, не противоречащей данному Федеральному закону.
Как следует из представленных материалов, В.В. Добровольскому, достигшему в 2018 году возраста 60 лет, было отказано в назначении одновременно к пенсии за выслугу лет страховой пенсии по старости из-за отсутствия необходимой продолжительности страхового стажа (9 лет).
По мнению заявителя, оспариваемые законоположения, примененные в его деле судами общей юрисдикции, не соответствуют статьям 39 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а также Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2004 года N 2-П, поскольку лишают граждан, в частности мужчин, имевших на 1 января 2015 года минимальную продолжительность страхового стажа - 5 лет и в дальнейшем достигших возраста 60 лет, права на пенсионное обеспечение.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение механизма реализации данного конституционного права к компетенции законодателя (статья 39, часть 2). Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсий в установленных законом случаях и размерах, реализация которого обеспечивается в Российской Федерации путем создания систем пенсионного страхования, а также государственного пенсионного обеспечения.
Федеральный законодатель обладает достаточно широкой дискрецией в указанной сфере и может закрепить в законе правовые основания назначения и размеры пенсий, порядок их исчисления и выплаты. Кроме того, как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, он вправе изменять установленное им в данной сфере регулирование, учитывая финансово-экономические возможности государства на соответствующем этапе его развития и соблюдая при этом конституционные принципы справедливости, равенства, соразмерности и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые предполагают сохранение разумной стабильности правового регулирования и недопустимость внесения произвольных изменений в действующую систему норм, а также предоставление гражданам в случае необходимости возможности, в частности посредством установления временного регулирования, в течение некоторого переходного периода адаптироваться к вносимым изменениям (постановления от 24 мая 2001 года N 8-П, от 29 января 2004 года N 2-П и др.).
До 1 января 2015 года одним из видов обязательного страхового обеспечения по обязательному пенсионному страхованию являлась трудовая пенсия по старости, установление и выплата которой осуществлялись в порядке и на условиях, предусмотренных Федеральным законом от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (статья 9 Федерального закона от 15 декабря 2001 года N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" в редакции Федерального закона от 24 июля 2009 года N 213-ФЗ).
Статьями 3 и 7 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" было предусмотрено, что право на трудовую пенсию по старости имели граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при достижении возраста 60 лет (мужчины) и 55 лет (женщины) и наличии не менее пяти лет страхового стажа.
В рамках реформирования системы обязательного пенсионного страхования законодателем установлено новое правовое регулирование, закрепляющее условия и порядок их назначения и выплаты (Федеральный закон "О страховых пенсиях" и Федеральный закон от 28 декабря 2013 года N 424-ФЗ "О накопительной пенсии").
В частности, согласно положениям статьи 8 Федерального закона "О страховых пенсиях" в качестве условий назначения страховой пенсии по старости предусмотрено не только достижение возраста, но и наличие страхового стажа не менее 15 лет и величины индивидуального пенсионного коэффициента не менее 30 (части 2 и 3).
При этом законодатель в данном Федеральном законе установил переходные положения, предусматривающие поэтапное ежегодное увеличение продолжительности страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, и величины индивидуального пенсионного коэффициента (части 2 и 3 статьи 35), а также возможность применения в целях определения размеров страховых пенсий норм Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", регулирующих исчисление размера трудовых пенсий (часть 3 статьи 36).
Таким образом, при переходе к новому правовому регулированию в области пенсионного обеспечения граждан в рамках системы обязательного пенсионного страхования обеспечивалась необходимая стабильность при осуществлении данного регулировании, а для граждан создавалась возможность адаптироваться к изменившимся условиям их пенсионного обеспечения.
Следовательно, оспариваемые положения Федерального закона "О страховых пенсиях" являются элементами правового механизма, направленного на реализацию пенсионных прав застрахованных лиц и предоставляющего им возможность постепенной адаптации к изменению условий и порядка пенсионного обеспечения в системе обязательного пенсионного страхования, а потому не могут расцениваться как не соответствующие конституционным предписаниям и нарушающие права заявителя.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Добровольского Владимира Викторовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН