КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 17 июля 2012 г. N 1411-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
МАЛЬЦЕВОЙ НАДЕЖДЫ ФЕДОРОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЬЮ 2 СТАТЬИ 99, ЧАСТЬЮ 2
СТАТЬИ 112 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "ОБ ИСПОЛНИТЕЛЬНОМ
ПРОИЗВОДСТВЕ" И ПУНКТОМ 3 СТАТЬИ 26 ФЕДЕРАЛЬНОГО
ЗАКОНА "О ТРУДОВЫХ ПЕНСИЯХ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Н.Ф. Мальцевой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, было отказано в удовлетворении заявления гражданки Н.Ф. Мальцевой об оспаривании постановлений судебного пристава-исполнителя, в том числе о взыскании исполнительского сбора и об обращении взыскания на трудовую пенсию в размере 50 процентов ежемесячно.
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации Н.Ф. Мальцева оспаривает конституционность части 2 статьи 99 "Размер удержания из заработной платы и иных доходов должника и порядок его исчисления", части 2 статьи 112 "Исполнительский сбор" Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" и пункта 3 статьи 26 "Удержания из трудовой пенсии" Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".
По мнению заявительницы, часть 2 статьи 99 Федерального закона "Об исполнительном производстве", пункт 3 статьи 26 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" в части установления максимально допустимого размера удержания из пенсии должника при исполнении исполнительного документа - 50 процентов, часть 2 статьи 112 Федерального закона "Об исполнительном производстве", как не устанавливающая порядка оценки судебным приставом-исполнителем доказательств невозможности исполнения вследствие непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств, противоречат статьям 7, 35 (части 1 - 3), 39 (части 1 и 2), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 50 (часть 2) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные Н.Ф. Мальцевой материалы, не находит оснований для принятия ее жалобы к рассмотрению.
2.1. По общему правилу, при исполнении исполнительного документа (нескольких исполнительных документов) с должника-гражданина может быть удержано не более 50 процентов заработной платы и иных доходов (часть 2 статьи 99 Федерального закона "Об исполнительном производстве"). Аналогичное правило установлено и в отношении размера удержания из трудовой пенсии гражданина, которое может производиться в том числе на основании исполнительных документов (пункт 3 статьи 26 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации").
Вместе с тем возможна ситуация, при которой пенсия является для должника-гражданина единственным источником существования. В таком случае необходимость обеспечения баланса интересов кредитора и должника-гражданина требует защиты прав последнего путем не только соблюдения минимальных стандартов правовой защиты, отражающих применение мер исключительно правового принуждения к исполнению должником своих обязательств, но и сохранения для него и лиц, находящихся на его иждивении, необходимого уровня существования, с тем чтобы не оставить их за пределами социальной жизни (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2007 года N 10-П).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, по смыслу части 2 статьи 99 Федерального закона "Об исполнительном производстве" во взаимосвязи с его статьей 4, конкретный размер удержания из заработной платы и иных доходов должника при исполнении исполнительного документа подлежит исчислению с учетом всех обстоятельств данного дела, при неукоснительном соблюдении таких принципов исполнительного производства, как уважение чести и достоинства гражданина и неприкосновенности минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи (определения от 13 октября 2009 года N 1325-О-О, от 15 июля 2010 года N 1064-О-О и от 22 марта 2011 года N 350-О-О).
Таким образом, как отмечается в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 января 2012 года N 14-О-О, при определении размера удержания из пенсии должника-гражданина, являющейся для него единственным источником существования, судебному приставу-исполнителю надлежит учитывать в числе прочего размер этой пенсии, с тем чтобы обеспечить самому должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования.
Поскольку положения части 2 статьи 99 Федерального закона "Об исполнительном производстве" и пункта 3 статьи 26 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" предусматривают лишь максимально возможный размер удержания из заработной платы и иных доходов (трудовой пенсии) должника, они позволяют судебному приставу-исполнителю устанавливать такой размер удержания, который бы учитывал материальное положение должника, а потому не могут быть признаны нарушающими конституционные права граждан.
Проверка же правомерности постановления судебного пристава-исполнителя, установившего при исполнении исполнительного документа максимальный предусмотренный оспариваемыми нормами объем удержания из пенсии заявительницы без учета ее размера, а также законности и обоснованности постановлений судов, не усмотревших оснований для отмены указанного постановления судебного пристава-исполнителя, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относится.
2.2. Положение части 2 статьи 112 Федерального закона "Об исполнительном производстве", освобождающее должника от уплаты исполнительского сбора в случае представления им судебному приставу-исполнителю доказательств того, что исполнение было невозможным вследствие непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств, направлено на защиту прав должника в исполнительном производстве и не может быть признано нарушающим конституционные права участвующих в исполнительном производстве лиц.
Решение же вопроса о том, являются ли те или иные доказательства (фактические данные, документы и др.), представленные должником судебному приставу-исполнителю, достаточным подтверждением невозможности добровольного исполнения вследствие непреодолимой силы, осуществляется судебным приставом-исполнителем в каждом конкретном исполнительном производстве исходя из его фактических обстоятельств и оценки представленных должником доказательств. Проверка правильности разрешения данного вопроса судебным приставом-исполнителем может быть проверена судом общей юрисдикции, куда должник вправе оспорить соответствующее постановление на основании части 6 указанной статьи, и Конституционному Суду Российской Федерации неподведомственна.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Мальцевой Надежды Федоровны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН