КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 8 июля 2004 г. N 236-О
ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНКИ ГРИДНЕВОЙ ЛЮДМИЛЫ
ВАСИЛЬЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ
ПОЛОЖЕНИЕМ ПОДПУНКТА 11 ПУНКТА 1 СТАТЬИ 28
ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ТРУДОВЫХ ПЕНСИЯХ
В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи О.С. Хохряковой, проводившей на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданки Л.В. Гридневой,
установил:
1. Гражданка Л.В. Гриднева в своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации просит признать не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статье 39 (часть 1), положение подпункта 11 пункта 1 статьи 28 Федерального закона от 17 декабря 2001 года "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", согласно которому трудовая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного его статьей 7, лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и не менее 30 лет в городах, сельской местности и в поселках городского типа либо только в городах.
Как следует из жалобы и представленных документов, управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Советском районе города Брянска 15 сентября 2003 года отказало Л.В. Гридневой в назначении досрочной трудовой пенсии по старости, не засчитав в специальный стаж, дающий право на такую пенсию, период ее работы с 16 сентября 1993 года по 29 октября 2003 года в должности заведующего терапевтическим отделением медсанчасти АООТ "Брянский арсенал" (преобразованного в 1996 году в ОАО "Брянский арсенал"). Советский районный суд города Брянска, куда она обратилась с иском к управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Советском районе города Брянска о признании права на досрочное назначение пенсии, решением от 10 ноября 2003 года в удовлетворении ее требований отказал, ссылаясь на то, что подпункт 11 пункта 1 статьи 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" предусматривает досрочное назначение трудовой пенсии по старости лишь работникам государственных и муниципальных учреждений здравоохранения (в том числе являющихся структурными подразделениями государственных или муниципальных предприятий). Судебная коллегия по гражданским делам Брянского областного суда, рассмотрев кассационную жалобу Л.В. Гридневой, удовлетворила исковые требования о включении в стаж, дающий право на указанную пенсию, периода ее работы с 16 сентября 1993 года по 1 ноября 1999 года, в остальной части решение суда оставила без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.
2. Вопрос, поставленный в жалобе Л.В. Гридневой, разрешен Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 3 июня 2004 года по делу о проверке конституционности положений подпунктов 10, 11 и 12 пункта 1 статьи 28, пунктов 1 и 2 статьи 31 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в названном постановлении, законодатель, определяя в законе правовые основания назначения пенсий, их размеры, порядок исчисления и выплаты, вправе устанавливать как общие условия назначения пенсий, так и особенности приобретения права на пенсию, включая установление для некоторых категорий граждан льготных условий назначения трудовой пенсии в зависимости от ряда объективно значимых обстоятельств, характеризующих, в частности, трудовую деятельность (специфика труда и профессии и т.д.). Такая дифференциация, однако, должна осуществляться законодателем с соблюдением требований Конституции Российской Федерации, в том числе вытекающих из принципа равенства (статья 19, части 1 и 2), в силу которых различия в условиях приобретения права на пенсию допустимы, если они объективно оправданы, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им.
В сфере пенсионного обеспечения соблюдение принципа равенства, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает помимо прочего запрет вводить такие различия в пенсионных правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях). Критерии (признаки), лежащие в основе установления специальных норм пенсионного обеспечения, должны определяться исходя из преследуемой при этом цели дифференциации в правовом регулировании, т.е. сами критерии и правовые последствия дифференциации - быть сущностно взаимообусловлены.
По смыслу статей 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1), 37 (части 1 и 3), 39 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, форма собственности как таковая не может служить достаточным основанием для дифференциации условий назначения трудовых пенсий по старости лицам, работающим в учреждениях для детей, учреждениях здравоохранения, театрах или театрально-зрелищных организациях в одних и тех же по своим функциональным обязанностям должностях и по одним и тем же профессиям. Данный вывод вытекает из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 6 декабря 2001 г. N 310-О по запросу Законодательного Собрания Тверской области. То обстоятельство, в чьем ведении находятся эти учреждения и кому принадлежит закрепленное за ними имущество - государству, муниципальному образованию,- акционерному обществу и пр., само по себе не предопределяет различий в условиях и характере профессиональной деятельности их работников и не свидетельствует о существовании таких различий.
Таким образом, в действующей системе правового регулирования пенсионного обеспечения, исходящего из того, что досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую, лечебную либо творческую деятельность на сцене, так же как и предоставление им ранее пенсии за выслугу лет, направлено, главным образом, на защиту от риска утраты профессиональной трудоспособности до достижения общего пенсионного возраста, различия в условиях приобретения права на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, которые устанавливаются исключительно по такому критерию, как форма собственности (т.е. зависят от того, являются учреждения, в которых осуществлялась эта деятельность, государственными, муниципальными или нет), нельзя считать обоснованными с точки зрения вытекающего из Конституции Российской Федерации требования равноправия применительно к правам, гарантированным ее статьей 39.
Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что взаимосвязанные нормативные положения подпунктов 10, 11, 12 пункта 1 статьи 28 и пунктов 1 и 2 статьи 31 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" - в той мере, в какой они не позволяют засчитывать в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, занимавшимся педагогической деятельностью в учреждениях для детей, лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, творческой деятельностью на сцене в театрах и театрально-зрелищных организациях, периоды осуществления ими этой деятельности в учреждениях, не являющихся государственными или муниципальными, которые включались в соответствующий стаж ранее действовавшим законодательством, при том что законодательное регулирование порядка сохранения и реализации пенсионных прав, уже приобретенных указанными лицами в результате длительной профессиональной деятельности, до настоящего времени отсутствует, - порождают такое неравенство в сфере пенсионного обеспечения, которое ведет к несоразмерному ограничению конституционного права этих лиц на социальное обеспечение, и тем самым нарушают предписания статей 19 (части 1 и 2), 39 (части 1 и 2) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации, а также не согласуются с ее статьями 8 (часть 2), 35 (часть 1) и 37 (часть 3).
При этом в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации указывается, что до установления надлежащего правового регулирования при обращении лиц, осуществлявших педагогическую деятельность в учреждениях для детей, лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения либо творческую деятельность на сцене в театрах и театрально-зрелищных организациях, за назначением трудовой пенсии по старости ранее достижения общего пенсионного возраста и решении вопроса о наличии у них стажа, дающего право на досрочное назначение такой пенсии, периоды их работы в названных учреждениях, не являвшихся государственными (муниципальными), должны засчитываться в соответствующий стаж профессиональной деятельности, определенный в подпунктах 10, 11, 12 пункта 1 статьи 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".
3. Согласно пункту 3 части первой статьи 43 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" Конституционный Суд Российской Федерации принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению в случае, если по предмету обращения ранее им вынесено постановление, сохраняющее свою силу.
Вместе с тем, поскольку жалоба Л.В. Гридневой поступила в Конституционный Суд Российской Федерации до начала слушания дела о проверке конституционности положений подпунктов 10, 11 и 12 пункта 1 статьи 28, пунктов 1 и 2 статьи 31 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", правоприменительные решения по ее делу в той части, в какой они основаны на нормативном положении подпункта 11 пункта 1 статьи 28 названного Федерального закона, признанном постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 3 июня 2004 года не соответствующим Конституции Российской Федерации, подлежат пересмотру в установленном порядке.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 3 части первой статьи 43 и частями первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Признать жалобу гражданки Гридневой Людмилы Васильевны не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку поставленный ею вопрос разрешен Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 3 июня 2004 года по делу о проверке конституционности положений подпунктов 10, 11 и 12 пункта 1 статьи 28, пунктов 1 и 2 статьи 31 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", сохраняющем свою силу.
2. В соответствии со статьями 79 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" дело гражданки Л.В. Гридневой подлежит пересмотру в установленном порядке в той части, в какой оно основано на нормативном положении подпункта 11 пункта 1 статьи 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", признанном Конституционным Судом Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации.
3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно, не подлежит обжалованию, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
Судья-секретарь
Конституционного Суда
Российской Федерации
Ю.М.ДАНИЛОВ