КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 октября 2015 г. N 2309-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАН
ГЕРАСИМОВОЙ НИНЫ ИВАНОВНЫ, ГРОМОВОЙ ОЛЬГИ ФЕДОРОВНЫ
И КУЗИЧЕВОЙ ЛЮБОВИ СЕРГЕЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ИХ КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ ЧАСТЬЮ 2 СТАТЬИ 24 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О МУНИЦИПАЛЬНОЙ
СЛУЖБЕ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
заслушав заключение судьи С.М. Казанцева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы граждан Н.И. Герасимовой, О.Ф. Громовой и Л.С. Кузичевой,
установил:
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации граждане Н.И. Герасимова, О.Ф. Громова и Л.С. Кузичева оспаривают конституционность части 2 статьи 24 Федерального закона от 2 марта 2007 года N 25-ФЗ "О муниципальной службе в Российской Федерации", согласно которой определение размера государственной пенсии муниципального служащего осуществляется в соответствии с установленным законом субъекта Российской Федерации соотношением должностей муниципальной службы и должностей государственной гражданской службы субъекта Российской Федерации; максимальный размер государственной пенсии муниципального служащего не может превышать максимальный размер государственной пенсии государственного гражданского служащего субъекта Российской Федерации по соответствующей должности государственной гражданской службы субъекта Российской Федерации.
Как следует из представленных материалов, Н.И. Герасимова, О.Ф. Громова и Л.С. Кузичева, являющиеся бывшими муниципальными служащими, 1 апреля 2014 года обратились в суд с заявлением о признании недействующими решений Представительного Собрания Белозерского муниципального района Вологодской области от 26 мая 2010 года N 48, от 30 ноября 2010 года N 101 и от 24 сентября 2013 года N 83 в части, касающейся изменений максимального и минимального размеров пенсии муниципального служащего за выслугу лет, установленной Положением о пенсии за выслугу лет лицам, замещавшим муниципальные должности и должности муниципальной службы, утвержденным решением Белозерского комитета районного самоуправления от 16 декабря 2005 года N 233 (в редакции решения Представительного Собрания Белозерского муниципального района от 27 июня 2006 года N 70). В обоснование своих требований они указывали на то, что принятые органом муниципального образования решения об изменении указанных размеров являются незаконными и противоречащими законодательству, поскольку нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации - Законом Вологодской области от 5 июля 1996 года N 87-ОЗ "О пенсии за выслугу лет лицам, замещавшим государственные должности Вологодской области и должности государственной гражданской службы Вологодской области" - размер пенсии за выслугу лет для государственных гражданских служащих в твердой сумме не установлен, а ее минимальный размер значительно выше того, который предусмотрен для муниципальных служащих.
Требования заявителей были удовлетворены в полном объеме решением Белозерского районного суда Вологодской области от 30 апреля 2014 года. Однако апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда от 30 июля 2014 года данное решение было отменено и со ссылкой в том числе на часть 2 статьи 24 Федерального закона "О муниципальной службе в Российской Федерации" вынесено новое решение об отказе в удовлетворении заявления Н.И. Герасимовой, О.Ф. Громовой и Л.С. Кузичевой.
Определением судьи Вологодского областного суда от 21 октября 2014 года и определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 16 февраля 2015 года заявителям отказано в передаче их кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.
По мнению заявителей, оспариваемое законоположение не соответствует статьям 6 (часть 2), 19, 32 (части 2 и 4) и 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой - по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, - позволяет органам местного самоуправления произвольно устанавливать ограничения размера пенсии за выслугу лет муниципальным служащим без учета гарантии минимального размера пенсий за выслугу лет, предусмотренной для государственных гражданских служащих законом субъекта Российской Федерации.
2. Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому в соответствии с целями социального государства (статья 7, часть 1) социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение условий и порядка реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий и доплат к ним, оснований приобретения права на их получение отдельными категориями граждан и правил исчисления размеров соответствующих выплат, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2).
Специфика государственной и муниципальной службы в Российской Федерации, как неоднократно отмечал в своих решениях Конституционный Суд Российской Федерации, предопределяет особый правовой статус государственных и муниципальных служащих. Исходя из особенностей этого статуса, обусловленных содержанием профессиональной служебной деятельности, характером выполняемых функций, предъявляемыми квалификационными требованиями, вводимыми ограничениями, связанными с прохождением государственной (муниципальной) службы, законодатель вправе с помощью специального правового регулирования устанавливать для государственных и муниципальных служащих определенные гарантии в области пенсионного обеспечения в зависимости от продолжительности, условий прохождения службы и других объективно значимых обстоятельств (Постановление от 16 июля 2007 года N 12-П; Определения от 8 февраля 2001 года N 45-О, от 10 октября 2013 года N 1591-О и др.). При этом наряду с гарантированием всем муниципальным служащим пенсионного обеспечения, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 10 октября 2013 года N 1591-О, законодатель обязан не допускать произвольное, чрезмерное повышение уровня пенсионного обеспечения органами местного самоуправления в порядке реализации их собственной компетенции вопреки финансовым возможностям местного самоуправления и его конституционному предназначению, связанному с удовлетворением основных жизненных потребностей населения муниципального образования.
3. В Федеральном законе "О муниципальной службе в Российской Федерации" право на пенсионное обеспечение в соответствии с законодательством Российской Федерации закреплено в числе основных прав муниципального служащего (пункт 12 части 1 статьи 11): согласно пункту 5 части 1 его статьи 23 муниципальному служащему гарантируется пенсионное обеспечение за выслугу лет и в связи с инвалидностью. В соответствии с пунктом 4 статьи 7 Федерального закона от 15 декабря 2001 года N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" условия предоставления права на пенсию муниципальным служащим за счет средств местных бюджетов определяются актами органов местного самоуправления в соответствии с законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации.
При этом, учитывая взаимосвязь муниципальной службы и государственной гражданской службы (статья 5 Федерального закона "О муниципальной службе в Российской Федерации", статья 7 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации"), федеральный законодатель, действуя в рамках предоставленных ему полномочий, в статье 24 Федерального закона "О муниципальной службе в Российской Федерации" установил общие принципы пенсионного обеспечения муниципальных служащих, в том числе относительно определения размера государственной пенсии муниципального служащего (часть 2), исходя из того, что при разрешении данного вопроса органы местного самоуправления не могут действовать произвольно. Однако это не предопределяет конкретное содержание публично-правовых обязательств муниципальных образований по установлению и выплате муниципальным служащим пенсий за выслугу лет в конкретном размере, поскольку в силу положений статей 130 (часть 1) и 131 (часть 1) Конституции Российской Федерации органы местного самоуправления не могут быть лишены возможности вводить и изменять порядок и условия предоставления за счет собственных средств лицам, замещавшим должности муниципальной службы в данном муниципальном образовании, дополнительного обеспечения в виде пенсии за выслугу лет, в том числе корректировать правила исчисления таких выплат исходя из имеющихся у них финансово-экономических возможностей.
Что касается вопроса об установлении минимального размера пенсии за выслугу лет (ежемесячной доплаты к пенсии) муниципального служащего, то действующее правовое регулирование в области пенсионного обеспечения муниципальных служащих, не исключая такую возможность, в то же время не возлагает соответствующую обязанность на органы местного самоуправления, а также субъекты Российской Федерации.
Следовательно, в случае отсутствия правового регулирования, осуществленного субъектом Российской Федерации в части установления требований к максимальному и минимальному размерам пенсионного обеспечения муниципального служащего за выслугу лет, органы местного самоуправления с соблюдением требований, предусмотренных частью 2 статьи 24 Федерального закона "О муниципальной службе в Российской Федерации", вправе самостоятельно устанавливать конкретные размеры пенсий за выслугу лет (ежемесячных доплат к пенсии) муниципальным служащим.
Учитывая, что по своей правовой природе пенсионное обеспечение муниципальных служащих (в виде пенсии за выслугу лет либо ежемесячной доплаты к пенсии) является дополнительным обеспечением, предоставляемым за счет средств местных бюджетов, помимо пенсии, назначаемой на общих основаниях, такое правовое регулирование не может расцениваться как нарушающее конституционное право граждан на социальное обеспечение и допускающее введение несовместимых с Конституцией Российской Федерации ограничений конституционных прав граждан.
Таким образом, поскольку оспариваемое заявителями законоположение не может рассматриваться как нарушающее в их конкретном деле конституционные права и свободы в указанном ими аспекте, данная жалоба не является допустимой и не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы граждан Герасимовой Нины Ивановны, Громовой Ольги Федоровны и Кузичевой Любови Сергеевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН