КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 4 ноября 1996 г. N 96-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
КИСЛИНСКОГО МИХАИЛА ИВАНОВИЧА КАК НЕ СООТВЕТСТВУЮЩЕЙ
ТРЕБОВАНИЯМ ФЕДЕРАЛЬНОГО КОНСТИТУЦИОННОГО ЗАКОНА
"О КОНСТИТУЦИОННОМ СУДЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.А. Туманова, судей Э.М. Аметистова, М.В. Баглая, Н.Т. Ведерникова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, В.Д. Зорькина, А.Л. Кононова, Т.Г. Морщаковой, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, В.Г. Стрекозова, О.И. Тиунова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи О.С. Хохряковой, проводившей на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданина М.И. Кислинского,
установил:
1. М.И. Кислинский обратился в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой о проверке конституционности дополнения, внесенного Федеральным законом от 24 ноября 1995 года в пункт 3 части первой статьи 13 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакции от 18 июня 1992 года). Указанным дополнением уточняется круг лиц из числа военнослужащих и военнообязанных, которых Закон относит к категории граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС и имеющих право на получение статуса участника ликвидации последствий катастрофы, а также компенсаций и льгот, связанных с данным статусом.
Из представленных материалов следует, что М.И. Кислинский, являясь начальником военного представительства Министерства обороны Российской Федерации на Ростовском вертолетном производственном объединении, участвовал в 1987 году в проводимой на этом предприятии дезактивации двух вертолетов, задействованных на работах по ликвидации последствий катастрофы. В 1992 году он был признан участником ликвидации последствий катастрофы. Основанием для этого послужил пункт 3 части первой статьи 13 названного Закона, в тексте которого на тот момент не содержалось указания, что военнослужащие и военнообязанные получают данный статус лишь в случае, если они выполняли работы непосредственно в зоне отчуждения (30-километровой зоне), в то время как для других категорий граждан работа в этой зоне являлась обязательным условием для признания их участниками ликвидации последствий катастрофы. Как имеющий указанный статус, М.И. Кислинский пользовался установленными Законом льготами и компенсациями.
Дополнением, внесенным Федеральным законом от 24 ноября 1995 года в пункт 3 части первой статьи 13 Закона, требование о выполнении работ в пределах зоны отчуждения как обязательное условие для получения статуса участника ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС было распространено на военнослужащих и военнообязанных, призывавшихся на специальные сборы и участвовавших в 1986 - 1987 годах в ликвидации последствий катастрофы. Поэтому с введением указанного Закона в действие М.И. Кислинский утрачивает этот статус. Министерство обороны Российской Федерации, Министерство Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, куда обращался заявитель, подтвердили, что в соответствии с Федеральным законом от 24 ноября 1995 года после 2 декабря 1995 года он уже не может считаться участником ликвидации последствий катастрофы.
По мнению М.И. Кислинского, оспариваемая норма, отменяя его статус участника ликвидации последствий чернобыльской катастрофы, противоречит статье 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации, и, таким образом, нарушает его конституционные права.
2. Утрата статуса участника ликвидации последствий чернобыльской катастрофы не означает отмены или умаления конституционных прав заявителя, поскольку данный статус обеспечивал ему лишь льготный порядок реализации его прав (на жилище, охрану здоровья, на отдых, на образование, социальное обеспечение и др.). Равным образом это не означает и лишения или умаления его права на возмещение вреда (в том числе и в форме определенных компенсаций и льгот, предусмотренных Законом от 18 июня 1992 года), если здоровью заявителя при выполнении работ, связанных с ликвидацией последствий чернобыльской катастрофы, был причинен ущерб.
Таким образом, оспариваемая заявителем норма не может оцениваться Конституционным Судом Российской Федерации с точки зрения соответствия ее статье 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации, жалоба М.И. Кислинского согласно требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" не является допустимой.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы Кислинского Михаила Ивановича как не являющейся допустимой в соответствии с требованиями Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Конституционный Суд
Российской Федерации