[неофициальный перевод]
Волокитин и другие против Российской Федерации
(Volokitin and Others v. Russia)
(N 74087/10 и другие)
По материалам Постановления
Европейского Суда по правам человека
от 3 июля 2018 года
ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
30 декабря 1980 г. Совет министров Союза Советских Социалистических Республик принял решение о выпуске облигаций государственного внутреннего выигрышного займа для финансирования определенных государственных программ (далее - облигации 1982 года). Советские граждане могли либо купить облигации на свои деньги или обменять их на облигации государственного внутреннего выигрышного займа 1966 года. После распада Союза Советских Социалистических Республик власти Российской Федерации приняли на себя обязательства по облигациям государственного внутреннего выигрышного займа бывшего Союза Советских Социалистических Республик по займу 1982 года.
Начиная с 1995 по 2000 год в Российской Федерации был принят ряд законов и подзаконных актов, в соответствии с которыми советские ценные бумаги, включая облигации 1982 года, конвертировались в специальные российские целевые облигации, имевшие номинал в "долговых рублях". С 2003 года по настоящее время применение и исполнение указанных законов и подзаконных актов регулярно приостанавливалось, последний раз 1 января 2017 г. до 1 января 2020 г. Заявители, 15 человек, как собственники указанных целевых облигаций обратились к финансовым властям Российской Федерации и в суды Российской Федерации, требуя выплат по ценным бумагам. Их требования были отклонены по процессуальным и материально-правовым основаниям.
ВОПРОСЫ ПРАВА
По поводу соблюдения статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. "Имущество" заявителей состояло в их праве на получении определенной формы компенсации или возмещения за облигации государственного внутреннего выигрышного займа 1982 года, которые в настоящее время находятся в их собственности. С введением в действие Федерального закона "О восстановлении и защите сбережений граждан Российской Федерации" 1995 года власти Российской Федерации приняли на себя обязательство выплатить по долгам, подтверждаемым облигациями государственного внутреннего выигрышного займа 1982 года. Неоднократное приостановление исполнения соответствующих норм права было основано на решениях, принимаемых в рамках законодательного процесса, следовательно, ограничение права заявителей на уважение их собственности было "предусмотрено законом". Учитывая плохо регулируемый характер перехода Российской Федерации от плановой к рыночной экономике и последствия финансового кризиса 1998 года для экономики страны, установление бюджетных приоритетов в пользу расходов на насущные социальные нужды в ущерб требованиям исключительно материального характера, являлось законной целью в общественных интересах.
Что касается достижения справедливого баланса между общим интересом и правами заявителей, органы законодательной власти Российской Федерации незамедлительно приняли нормативные акты, необходимые для исполнения Федерального закона "О восстановлении и защите сбережений граждан Российской Федерации" 1995 года. Однако с 2003 года применение существовавших норм права на практике постоянно откладывалось. Поскольку перепись облигаций и оценка их общей стоимости так и не были завершены, отсутствовала оценка размера бюджетных средств, необходимых для выплаты долга ввиду иных приоритетных социальных выплат. Власти Российской Федерации не смогли привести убедительного обоснования длительного, на протяжении более чем 15 лет, неисполнения прав заявителей, которыми они были наделены согласно российскому законодательству.
Кроме того, заявители не вели себя пассивно, скорее, они демонстрировали активное отношение к проблеме, направляя компетентным властям запросы и подавая жалобы в суды Российской Федерации. Отсутствуют какие-либо указания на то, что заявители несли бы ответственность или способствовали бы умышленно возникновению тому положению дел, которое они обжаловали. Вследствие действий властей Российской Федерации заявители находились в состоянии неопределенности, которое само по себе не соответствовало обязанности обеспечивать принцип уважения собственности, а именно обязанности действовать своевременно, надлежащим и последовательным образом, если речь идет о вопросе, представляющем общий интерес.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
По делу было допущено нарушение требования статьи 35 Конвенции (принято единогласно).
КОМПЕНСАЦИЯ
В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил заявителю в качестве компенсации нижеследующие суммы.
(a) Материальный ущерб. Плохо регулируемое развитие российской экономики и длящееся приостановление действия соответствующего законодательства повлияли на ценность облигаций и на сумму, подлежащую присуждению заявителям в качестве компенсации за фактически понесенный ущерб (damnum emergens < 1 > ). Неспособность государства установить схему выплаты по долговым обязательствам не могла толковаться как требующая какого-либо особого метода расчетов или определения in abstracto текущей стоимости долговых обязательств.
< 1 > Damnum emergens (лат.) - сумма фактически понесенных к определенному моменту убытков (в отличие от упущенной выгоды) (примеч. редактора).
Следовательно, ситуацию заявителей, которые в советское время прибрели облигации по полной стоимости, следует отличать от ситуации тех лиц, кто купил облигации позднее в связи с различными соответствующими финансовыми рисками. В связи с этим Европейский Суд попросил заявителей уточнить время и способ приобретения облигаций государственного внутреннего выигрышного займа 1982 года, а также их стоимость, если она была уплачена.
Количество принадлежащих трем заявителям облигаций соответствовало предоставленному объяснению их происхождения. Европейский Суд присудил заявителям суммы от 2 000 до 6 000 евро, требования остальных заявителей были отклонены.
(b) Моральный вред. По данному пункту Европейский Суд присудил каждому из вышеуказанных троих заявителей по 1 800 евро.
Что касается других заявителей, в отношении которых не представилось возможным установить время приобретения ими облигаций и период владения ценными бумагами, установление факта нарушения будет являться достаточной справедливой компенсацией.
По поводу соблюдения статьи 46 Конвенции. Существовала системная проблема, вытекающая из длящейся неспособности властей обеспечить осуществление права держателей облигаций на какую-либо компенсацию по долгу и исполнить ранее вынесенные постановления Европейского Суда по этому же вопросу, что составляет практику, несовместимую с положениями Конвенции. Следовательно, власти государства-ответчика должны безотлагательно начать по существу переговоры с Комитетом министров Совета Европы по вопросу о том, какие меры может быть необходимо принять для исполнения настоящего Постановления и предыдущих постановлений, касающихся облигаций государственного внутреннего выигрышного займа 1982 года.