ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 14 февраля 2019 г. N АПЛ18-645
Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Манохиной Г.В.,
членов коллегии Зайцева В.Ю.,
Меркулова В.П.
при секретаре Горбачевой Е.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административным исковым заявлениям Морозова Андрея Сергеевича, Бикбулатова Александра Дмитриевича, Бикбулатова Дмитрия Робертовича, Тарасова Алексея Александровича, Кошкина Альберта Петровича о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок
по апелляционным жалобам Морозова А.С., Бикбулатова А.Д., Бикбулатова Д.Р., Тарасова А.А., Кошкина А.П. на решение Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2018 г., которым административное исковое заявление удовлетворено частично.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Манохиной Г.В., объяснения Бикбулатова А.Д., Бикбулатова Д.Р., Кошкина А.П., Морозова А.С., Тарасова А.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, возражения относительно доводов апелляционных жалоб представителя Министерства финансов Российской Федерации Евгажукова А.Х. (представляет интересы Российской Федерации в соответствии с частью 9 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок"),
Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
установила:
по приговору Верховного Суда Республики Татарстан от 5 февраля 2018 г. Морозов А.С., Бикбулатов А.Д., Бикбулатов Д.Р., Тарасов А.А. и Кошкин А.П. признаны виновными в совершении ряда преступлений и им назначено наказание, связанное с лишением свободы. Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2018 г. приговор в части изменен, в части оставлен без изменения.
Морозов А.С., Бикбулатов А.Д., Бикбулатов Д.Р., Тарасов А.А. обратились в Верховный Суд Российской Федерации с административными исковыми заявлениями о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок в размере 1 000 000 руб. каждому.
Кошкин А.П. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок в размере 2 000 000 руб.
Определениями Верховного Суда Российской Федерации от 19 октября 2018 г. и 31 октября 2018 г. в соответствии с частью 1 статьи 136 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административные дела по указанным выше административным исковым требованиям были объединены в одно производство для совместного рассмотрения.
В обоснование заявленного требования административные истцы указали, что общая продолжительность судопроизводства по делу в отношении Морозова А.С. превышает 5 лет 5 месяцев, в отношении Бикбулатова А.Д., Бикбулатова Д.Р., Кошкина А.П. - 5 лет 6 месяцев, в отношении Тарасова А.А. - 5 лет 4 месяца. Данный срок является значительным периодом уголовного преследования, при этом ни за одну из образовавшихся задержек разбирательства дела они ответственности не несут, так как не уклонялись от производства следственных и судебных действий, не создавали препятствий органам предварительного следствия и суду, не злоупотребляли своими правами. Рассмотрение дела в течение такого длительного срока причинило административным истцам моральные страдания, обусловленные правовой неопределенностью их дальнейшей судьбы. Обстоятельствами, повлиявшими на длительность судопроизводства по делу, по их мнению, явилась ненадлежащая организация процесса предварительного расследования на стадии досудебного производства по уголовному делу, которая составила 3 года 2 месяца 5 дней, а также длительное рассмотрение уголовного дела в суде первой инстанции - 1 год 7 месяцев 28 дней. По факту затягивания сроков предварительного следствия, в том числе сроков ознакомления с материалами дела в порядке статьи 217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ), они обращались с жалобами в прокуратуру Республики Татарстан, которая 11 марта 2016 г. вынесла требование в адрес руководителя следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Татарстан об устранении нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе предварительного расследования по уголовному делу N 25628, и отметила ненадлежащую организацию ознакомления обвиняемых с материалами уголовного дела, повлекшую затягивание сроков предварительного расследования и нарушение прав участников на осуществление уголовного судопроизводства в разумный срок. 28 апреля 2016 г. судьей Верховного Суда Республики Татарстан при рассмотрении постановления следователя по особо важным делам следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Татарстан о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Тарасова А.А. вынесено частное постановление, которым обращено внимание руководителя следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Татарстан на обстоятельства неоправданно длительного выполнения требований статьи 217 УПК РФ, свидетельствующие о волоките на досудебной стадии расследования уголовного дела и ведущие к чрезмерной продолжительности срока содержания под стражей обвиняемого на стадии предварительного расследования. 5 февраля 2018 г. Верховным Судом Республики Татарстан также вынесено частное постановление, в котором указано на недостаточно эффективную организацию процесса ознакомления обвиняемых, содержащихся под стражей, с материалами уголовного дела.
Интересы Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации в соответствии с частью 9 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" (далее - Закон о компенсации) представляло Министерство финансов Российской Федерации, представитель которого просил отказать в удовлетворении административного искового заявления, полагая, что действия органов предварительного следствия и суда являлись эффективными и достаточными, нарушение установленных законодательством Российской Федерации сроков рассмотрения уголовного дела само по себе не означает нарушения права на судопроизводство в разумный срок. По мнению представителя названного министерства, исходя из сложности и объема уголовного дела общая продолжительность производства по нему не превысила разумный срок; вопреки доводам административных истцов, которые, по сути, не содержат каких-либо конкретных обстоятельств нарушений разумных сроков уголовного судопроизводства, судебное разбирательство производилось с высокой степенью эффективности; при ознакомлении с материалами уголовного дела административные истцы допускали умышленное затягивание процесса.
Решением Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2018 г. заявленные Морозовым А.С., Бикбулатовым А.Д., Бикбулатовым Д.Р., Тарасовым А.А. и Кошкиным А.П. требования удовлетворены частично, в пользу каждого из административных истцов присуждена компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок в размере по 30 000 (тридцать тысяч) руб., а также судебные расходы в размере 400 (четырехсот) руб.
В апелляционных жалобах административные истцы не согласны с данным решением суда, просят его изменить в части размера назначенной компенсации, полагая ее чрезвычайно низкой, и удовлетворить их требования в полном объеме. Указывают: при решении вопроса о размере компенсации, подлежащей взысканию, установив превышение срока досудебного производства по уголовному делу, суду первой инстанции надлежало исходить из того, что весь период уголовного судопроизводства превысил законом установленные сроки, а не разграничивать его на отдельно взятые периоды (досудебный и судебный) и решать вопрос о допущенных нарушениях сроков по каждому из них отдельно; при определении размера присуждаемой компенсации суд не учел практику Европейского Суда по правам человека, размер сумм компенсаций вреда, присуждаемых этим судом за аналогичные нарушения.
Административные истцы принимали участие в судебном заседании суда апелляционной инстанции путем использования систем видеоконференц-связи.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для их удовлетворения.
Пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена 4 ноября 1950 г. в г. Риме) закреплено право каждого в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.
Согласно статье 6.1 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок; уголовное судопроизводство осуществляется в сроки, установленные данным кодексом, продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые предусмотрены названным кодексом, но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования должны осуществляться в разумный срок; при определении разумного срока уголовного судопроизводства, который включает в себя период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора, учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение участников уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела, и общая продолжительность уголовного судопроизводства (части 1 - 3).
В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Закона о компенсации компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок присуждается в случае, если такое нарушение имело место по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с заявлением о присуждении компенсации, за исключением чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (непреодолимой силы). При этом нарушение установленных законодательством Российской Федерации сроков рассмотрения дела или исполнения судебного акта само по себе не означает нарушения права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок.
Исследовав материалы уголовного дела, суд первой инстанции подробно изложил в своем решении хронологию как досудебного производства, так и производства по делу в суде и правильно исходил из того, что: общая продолжительность судопроизводства по уголовному делу в отношении Морозова А.С. составила 5 лет 6 месяцев 28 дней; в отношении Бикбулатова А.Д., Бикбулатова Д.Р. и Тарасова А.А. - 5 лет 6 месяцев 15 дней; в отношении Кошкина А.П. - 5 лет 6 месяцев 20 дней.
При этом продолжительность досудебного производства в отношении Морозова А.С. составила 3 года 2 месяца 19 дней (с 16 по 28 декабря 2000 г., с 3 апреля 2013 г. по 9 июня 2016 г.); продолжительность досудебного производства в отношении Бикбулатова А.Д., Бикбулатова Д.Р., Тарасова А.А. - 3 года 2 месяца 6 дней (с 3 апреля 2013 г. по 9 июня 2016 г.); продолжительность досудебного производства в отношении Кошкина А.П. - 3 года 1 месяц 28 дней (с 12 апреля 2013 г. по 9 июня 2016 г.).
При определении разумности и продолжительности срока досудебного судопроизводства суд пришел к правильному выводу о неэффективности действия органов следствия при ознакомлении обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела, которое проводилось с 9 июля 2014 г. по 25 мая 2016 г., то есть более 1 года и 10 месяцев (согласно графикам ознакомление обвиняемых и их защитников в указанный период проводилось от 2 до 12 раз в месяц, при этом имелись периоды, когда ознакомление не проводилось в течение нескольких месяцев).
Суд также обоснованно учел, что на длительность срока ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела указано в требовании заместителя прокурора Республики Татарстан от 11 марта 2016 г. в адрес руководителя следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Татарстан и частных определениях Верховного Суда Республики Татарстан от 28 апреля 2016 г. и от 5 февраля 2018 г., в которых отмечено, что на 28 апреля 2016 г. объем уголовного дела составил 35 томов, из них 5 томов являлись дополнительными материалами, перед направлением в суд объем уголовного дела составил 38 томов, неоправданно длительное выполнение требований статьи 217 УПК РФ привело к волоките на досудебной стадии расследования уголовного дела, что также отразилось и на чрезмерной продолжительности срока содержания под стражей обвиняемых на стадии предварительного расследования, объем выполненных следователем в течение 2015 - 2016 гг. процессуальных и следственных действий никак не соизмерим с затраченным временем на предварительное следствие.
Удовлетворяя административный иск в части, суд первой инстанции на основании приведенных выше данных, правильно исходил из того, что на стадии досудебного производства органами предварительного расследования было допущено нарушение требований статьи 6.1 УПК РФ о разумности срока осуществления уголовного судопроизводства, что является основанием для взыскания соответствующей компенсации.
Продолжительность рассмотрения дела в суде со дня поступления уголовного дела в Верховный Суд Республики Татарстан и до поступления административных исковых заявлений в Верховный Суд Российской Федерации в отношении Морозова А.С., Бикбулатова А.Д., Бикбулатова Д.Р., Тарасова А.А. составила 2 года 4 месяца 9 дней (с 9 июня 2016 г. по 17 октября 2018 г.), в отношении Кошкина А.П. - 2 года 4 месяца 22 дня (с 9 июня 2016 г. по 30 октября 2018 г.).
Тщательно проанализировав действия суда при рассмотрении уголовного дела, суд первой инстанции обоснованно признал, что эти действия не содержат признаков нарушения разумного срока, отвечают требованиям достаточности и эффективности, были направлены на своевременное рассмотрение уголовного дела.
В пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. N 11 "О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" разъяснено, что при оценке правовой и фактической сложности дела надлежит принимать во внимание обстоятельства, затрудняющие рассмотрение дела, число соистцов, соответчиков и других участвующих в деле лиц, необходимость проведения экспертиз, их сложность, необходимость допроса значительного числа свидетелей, участие в деле иностранных лиц, необходимость применения норм иностранного права, объем предъявленного обвинения, число подозреваемых, обвиняемых, подсудимых, потерпевших, а также необходимость обращения за правовой помощью к иностранному государству.
Суд правомерно исходил из того, что объем уголовного дела составил 80 томов, из них следственных - 41 том (3 тома обвинительное заключение), в качестве обвиняемых привлечены 6 человек, которым предъявлено обвинение в совершении преступлений различной тяжести (убийство, грабеж, вымогательство, незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов), потерпевшими признаны 7 человек, допрошены 57 свидетелей на стадии производства предварительного расследования и 96 потерпевших и свидетелей при производстве дела в суде, проведены 53 различные экспертизы. При этом судебные заседания по уголовному делу назначались в установленные законом сроки, слушания велись непрерывно, перерывы по делу являлись необходимыми и обоснованными, периоды неактивности суда были непродолжительными, в образовывавшихся перерывах в судебных заседаниях (преимущественно ввиду невозможности участия в них подсудимых и адвокатов по состоянию здоровья, по ходатайствам подсудимых о заключении соглашений с адвокатами и об ознакомлении вновь вступивших адвокатов с материалами дела) проводилось ознакомление подсудимых и их защитников с изготовленными частями протокола судебного заседания, материалами дела и вещественными доказательствами.
Доводы административных истцов о том, что Верховным Судом Республики Татарстан при рассмотрении уголовного дела была допущена волокита, судом первой инстанции проверялись и своего подтверждения не нашли, не следуют такие выводы и из материалов дела. В обоснование аналогичного утверждения в апелляционных жалобах административные истцы также не приводят конкретные сведения, которые свидетельствовали бы о нарушении судом их права на судопроизводство в разумный срок.
Ссылка в апелляционных жалобах на то, что, установив превышение срока досудебного производства по уголовному делу, при решении вопроса о размере присуждаемой компенсации суд первой инстанции должен был учитывать весь период уголовного судопроизводства по делу как превышающий законом установленные сроки, а не разграничивать его на отдельно взятые периоды производства по уголовному делу, несостоятельна.
Общая продолжительность уголовного судопроизводства определяется с момента начала осуществления уголовного преследования до момента принятия решения по результатам досудебного производства либо вступления в законную силу итогового судебного решения (пункт 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. N 11).
Принимая обжалованное решение, суд, как следует из его содержания, учитывал общую продолжительность уголовного судопроизводства, объем уголовного дела, его сложность, поведение административных истцов, действия органов предварительного следствия. При этом суд пришел к правомерным выводам о том, что продолжительность рассмотрения дела была чрезмерной и не отвечала требованию разумного срока, нарушение права административных истцов на уголовное судопроизводство в разумный срок было допущено в ходе досудебного производства по делу, это и явилось основанием для присуждения компенсации.
Доводы апелляционных жалоб о том, что взысканные с ответчика в пользу каждого административного истца по 30 000 руб. несоразмерны нарушению их права на судопроизводство в разумный срок, а также о том, что размер взыскания определен без учета практики Европейского Суда по правам человека со ссылками на конкретные дела, рассмотренные этим судом, несостоятельны. Как усматривается из решения суда первой инстанции, при определении размера компенсации суд принял во внимание критерии, установленные практикой Европейского Суда по правам человека, сложность и обстоятельства конкретного уголовного дела, по которому допущено нарушение, его продолжительность и значимость последствий для административных истцов, и сделал правильный вывод о том, что заявленная административными истцами Морозовым А.С., Бикбулатовым А.Д., Бикбулатовым Д.Р., Тарасовым А.А. суммы присуждения компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок в размере 1 000 000 руб. каждому, а Кошкиным А.П. - 2 000 000 руб., значительно завышены.
Кроме того, действия (бездействие) административных истцов также способствовали образованию задержек в ходе уголовного судопроизводства, что подтверждается частным постановлением Верховного Суда Республики Татарстан от 5 февраля 2018 г., в котором, помимо прочего, было обращено внимание на имевшее место умышленное затягивание процесса ознакомления с материалами уголовного дела со стороны обвиняемых, выразившееся в достаточно длительном ознакомлении с каждым томом уголовного дела.
Возобновление на основании постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 21 ноября 2018 г. (дело N 208-П18) производства по делу в отношении Морозова А.С. ввиду новых обстоятельств, в связи с тем, что постановлением Европейского Суда по правам человека от 26 июля 2018 г. установлено нарушение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ходе производства по уголовному делу в отношении Морозова А.С., и отмена ряда судебных постановлений, связанных с продлением срока содержания Морозова А.С. под стражей, не влияет на выводы суда по данному делу и не может служить основанием для изменения размера суммы взыскания компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок.
Доводы апелляционных жалоб о том, что суд якобы не учел правовую позицию, изложенную в пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. N 11, согласно которому суду надлежит в каждом конкретном случае обеспечивать индивидуальный подход к определению размера компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок; размер компенсации должен определяться судом с учетом требований лица, обратившегося в суд с заявлением, обстоятельств дела или производства по исполнению судебного акта, по которым допущено нарушение, продолжительности нарушения, наступивших вследствие этого нарушения последствий, их значимости для лица, обратившегося в суд с заявлением о компенсации; при определении размера присуждаемой компенсации суду следует также принимать во внимание практику Европейского Суда по правам человека, размер сумм компенсаций вреда, присуждаемых этим судом за аналогичные нарушения (часть 2 статьи 2 Закона о компенсации), ошибочны и противоречат содержанию обжалуемого решения суда, свидетельствующего о том, что перечисленные обстоятельства были учтены судом при частичном удовлетворении требований административных истцов.
Решение Верховного Суда Российской Федерации основано на анализе исследованных доказательств, мотивировано, соответствует материалам дела и требованиям законодательства. Судом соблюдены нормы процессуального права, нормы материального права правильно применены и истолкованы.
Оснований для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, не имеется.
Руководствуясь статьями 308 - 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
определила:
решение Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2018 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы Морозова Андрея Сергеевича, Бикбулатова Александра Дмитриевича, Бикбулатова Дмитрия Робертовича, Тарасова Алексея Александровича, Кошкина Альберта Петровича - без удовлетворения.
Председательствующий
Г.В.МАНОХИНА
Члены коллегии
В.Ю.ЗАЙЦЕВ
В.П.МЕРКУЛОВ