ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 5 февраля 2019 г. N АПЛ19-1
Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Манохиной Г.В.,
членов коллегии Зайцева В.Ю.,
Корчашкиной Т.Е.
при секретаре Горбачевой Е.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административным исковым заявлениям Ионова Максима Евгеньевича, Карнаухова Константина Валерьевича, Арзамасова Александра Ивановича, Алексеева Виктора Владимировича, Гарифуллина Айнура Наиловича, Елистратова Андрея Вячеславовича, Мишина Алексея Евгеньевича, Савельчева Владимира Александровича, Савельчева Николая Александровича, Садриева Ирека Ильшатовича, Ялакова Ильсура Ильсудовича о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок
по апелляционным жалобам Ионова М.Е., Карнаухова К.В., Арзамасова А.И., Гарифуллина А.Н., Савельчева В.А., Садриева И.И., Ялакова И.И. на решение Верховного Суда Российской Федерации от 20 августа 2018 г., которым в удовлетворении административных исковых заявлений отказано.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зайцева В.Ю., объяснения административных истцов Ионова М.Е., Карнаухова К.В., Арзамасова А.И., Гарифуллина А.Н., Савельчева В.А., Садриева И.И., Ялакова И.И., участвовавших в судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи и поддержавших апелляционные жалобы, представителя Министерства финансов Российской Федерации Евгажукова А.Х., возражавшего против доводов апелляционных жалоб, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
установила:
по приговору Верховного Суда Республики Татарстан от 28 декабря 2017 г. Ионов М.Е., Карнаухов К.В., Арзамасов А.И., Алексеев В.В., Гарифуллин А.Н., Елистратов А.В., Мишин А.Е., Савельчев В.А., Савельчев Н.А., Садриев И.И., Ялаков И.И. признаны виновными в совершении ряда преступлений и им назначено наказание в виде лишения свободы: Ионову М.Е. - 21 год, Карнаухову К.В. - 19 лет, Арзамасову А.И. - 16 лет, Алексееву В.В. - 15 лет, Гарифуллину А.Н. - 14 лет, Елистратову А.В. - 8 лет, Мишину А.Е. - 14 лет, Савельчеву В.А. - 12 лет, Савельчеву Н.А. - 8 лет, Садриеву И.И. - 16 лет, Ялакову И.И. - 15 лет.
Указанный приговор был обжалован осужденными в апелляционном порядке.
В июне 2018 г., до вступления приговора Верховного Суда Республики Татарстан от 28 декабря 2017 г. в законную силу, Ионов М.Е., Карнаухов К.В., Арзамасов А.И., Алексеев В.В., Гарифуллин А.Н., Елистратов А.В., Савельчев В.А., Савельчев Н.А., Садриев И.И., Ялаков И.И. обратились в Верховный Суд Российской Федерации с административными исковыми заявлениями о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок в размере 1 000 000 рублей каждому.
Мишин А.Е. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о присуждении такой компенсации в размере 1 150 000 рублей.
Заявления административных истцов были приняты к производству суда и определением от 6 июля 2018 г. объединены для совместного рассмотрения и разрешения.
В обоснование заявлений административные истцы ссылались на то, что общая продолжительность судопроизводства по делу в отношении Ионова М.Е. превышает 4 года 6 месяцев, в отношении Карнаухова К.В. - 4 года 5 месяцев, в отношении Арзамасова А.И. - 4 года 4 месяца, в отношении Алексеева В.В. - 4 года 4 месяца, в отношении Гарифуллина А.Н. - 3 года 8 месяцев, в отношении Елистратова А.В. - 4 года 5 месяцев, в отношении Мишина А.Е. - 4 года 6 месяцев, в отношении Савельчева В.А. - 4 года 9 месяцев, в отношении Савельчева Н.А. - 4 года 5 месяцев, в отношении Садриева И.И. - 4 года 5 месяцев, в отношении Ялакова И.И. - 4 года 5 месяцев. Данные сроки являются значительным периодом уголовного преследования, при этом ни за одну из образовавшихся задержек разбирательства дела они ответственности не несут, так как не уклонялись от производства следственных и судебных действий, не создавали препятствий органам предварительного следствия и суду, не злоупотребляли своими правами.
Обстоятельством, повлиявшим на длительность судопроизводства по уголовному делу, по мнению административных истцов, явилась недостаточная эффективность органов предварительного расследования и суда. На стадии предварительного расследования это выразилось в незаконном уголовном преследовании, предъявлении обвинения по ряду статей, по которым впоследствии по приговору суда они были оправданы и за ними признано право на реабилитацию, необоснованном затягивании ознакомления с материалами уголовного дела. На продолжительность производства в суде повлияли длительное проведение предварительного слушания, необоснованные замены защитников по назначению суда, неэффективные затраты рабочего времени при организации доставки свидетелей обвинения и потерпевших в суд и при представлении доказательств органами прокуратуры, отсутствие контроля со стороны Председателя Верховного Суда Республики Татарстан за соблюдением прав административных истцов на уголовное судопроизводство в разумный срок, затягивание изготовления протокола судебного заседания.
В связи с затягиванием сроков предварительного следствия, в том числе сроков ознакомления с материалами дела в порядке статьи 217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, административные истцы обращались с жалобами в Лениногорский городской суд Республики Татарстан. Постановлениями этого суда от 3 июня, 25 и 29 июля 2014 г. их жалобы на бездействие следственных органов признаны обоснованными. Они обращались также в прокуратуру Республики Татарстан, которая неоднократно (27 ноября 2015 г., 19 января, 22 апреля, 22 июня, 5 сентября 2016 г.) выносила требования на имя заместителя руководителя следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Татарстан (далее - СУ СК России по Республике Татарстан) об устранении нарушения федерального законодательства, допущенного следователями при производстве предварительного следствия по уголовному делу N 1099 и выразившегося в ненадлежащей организации ознакомления обвиняемых с материалами уголовного дела.
Кроме того, Верховным Судом Республики Татарстан при рассмотрении материалов по жалобам обвиняемых о продлении сроков содержания под стражей вынесены частные определения от 1 марта и 13 мая 2016 г., в которых указано, что следователем нарушены требования закона о разумности сроков уголовного судопроизводства при отсутствии обстоятельств, затрудняющих выполнение положений статьи 217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе связанных с организацией работы следователя, и в которых обращено внимание руководителя СУ СК России по Республике Татарстан на неэффективную организацию ознакомления с материалами уголовного дела.
Административные истцы утверждали, что нарушение разумного срока рассмотрения уголовного дела причинило им моральные страдания, обусловленные правовой неопределенностью относительно своей дальнейшей судьбы.
Интересы Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации в соответствии с частью 9 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" (далее - Закон о компенсации) представляло Министерство финансов Российской Федерации (далее - Минфин России), которое просило отказать в удовлетворении административных исковых заявлений, указав в письменных возражениях, что нарушений разумных сроков судопроизводства по уголовному делу в отношении административных истцов не усматривается.
Решением Верховного Суда Российской Федерации от 20 августа 2018 г. в удовлетворении административных исковых заявлений административным истцам отказано.
Не согласившись с таким решением, Ионов М.Е., Карнаухов К.В., Арзамасов А.И., Гарифуллин А.Н., Савельчев В.А., Садриев И.И., Ялаков И.И. подали апелляционные жалобы, в которых просят его отменить, как незаконное, и принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок. Административные истцы ссылаются на нарушение судом первой инстанции статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенной в г. Риме 4 ноября 1950 г. (далее - Конвенция о защите прав человека и основных свобод), утверждают, что длительность разбирательства уголовного дела в отношении их была чрезмерной и не отвечала требованию разумного срока, а в обжалуемом решении не дано надлежащей правовой оценки действиям органов предварительного следствия и суда, которые не были достаточно эффективными.
Решение суда первой инстанции, по мнению административных истцов, не соответствует фактическим обстоятельствам данного административного дела, поскольку не были приняты во внимание судебные акты и требования прокуратуры, касающиеся нарушения органами предварительного следствия предписаний закона о разумности сроков уголовного судопроизводства.
Кроме того, суд первой инстанции халатно отнесся к исследованию протокола судебного заседания по уголовному делу, что привело к неправильной оценке доказательств.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации оснований для их удовлетворения и отмены обжалуемого решения суда не находит.
Пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод закреплено право каждого в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.
В силу части 1 статьи 1 Закона о компенсации граждане Российской Федерации, иностранные граждане, лица без гражданства, российские, иностранные и международные организации, являющиеся в судебном процессе сторонами или заявляющими самостоятельные требования относительно предмета спора третьими лицами, взыскатели, должники, а также подозреваемые, обвиняемые, подсудимые, осужденные, оправданные, потерпевшие, гражданские истцы, гражданские ответчики в уголовном судопроизводстве, в предусмотренных федеральным законом случаях другие заинтересованные лица при нарушении их права на судопроизводство в разумный срок, в том числе лица, не являющиеся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, при нарушении разумного срока применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество, или права на исполнение в разумный срок судебного акта, предусматривающего обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, либо судебного акта, возлагающего на федеральные органы государственной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные органы и организации, наделенные отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих обязанность исполнить иные требования имущественного характера и (или) требования неимущественного характера, могут обратиться в суд, арбитражный суд с заявлением о присуждении компенсации за такое нарушение в порядке, установленном данным законом и процессуальным законодательством Российской Федерации.
Частью 2 названной статьи предусмотрено, что компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок присуждается в случае, если такое нарушение имело место по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с заявлением о присуждении компенсации, за исключением чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (непреодолимой силы). При этом нарушение установленных законодательством Российской Федерации сроков рассмотрения дела или исполнения судебного акта само по себе не означает нарушения права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок.
Согласно статье 6.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок; уголовное судопроизводство осуществляется в сроки, установленные данным кодексом, продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые предусмотрены названным кодексом, но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования должны осуществляться в разумный срок; при определении разумного срока уголовного судопроизводства, который включает в себя период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора, учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение участников уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела, и общая продолжительность уголовного судопроизводства (части 1 - 3).
Из материалов настоящего дела видно, что административные исковые заявления административных истцов поступили в Верховный Суд Российской Федерации 3 июля 2018 г., когда обвинительный приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 28 декабря 2017 г. в отношении их еще не вступил в законную силу. Названный приговор вступил в законную силу 30 августа 2018 г.
Согласно пункту 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. N 11 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" при исчислении общей продолжительности судопроизводства по уголовному делу, производство по которому не окончено, учитывается период с момента начала осуществления уголовного преследования до дня поступления заявления о компенсации в суд, уполномоченный рассматривать такое заявление.
В пункте 42 указанного постановления разъяснено, что при оценке правовой и фактической сложности дела надлежит принимать во внимание обстоятельства, затрудняющие рассмотрение дела, число соистцов, соответчиков и других участвующих в деле лиц, необходимость проведения экспертиз, их сложность, необходимость допроса значительного числа свидетелей, участие в деле иностранных лиц, необходимость применения норм иностранного права, объем предъявленного обвинения, число подозреваемых, обвиняемых, подсудимых, потерпевших, а также необходимость обращения за правовой помощью к иностранному государству.
Исследовав материалы уголовного дела, руководствуясь приведенными законоположениями и разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что право административных истцов на судопроизводство в разумный срок нарушено не было.
В обжалуемом решении подробно изложена хронология как досудебного производства, так и производства по делу в суде, из которой усматривается, что в уголовном деле не было длительных периодов бездействия, свидетельствующих о нарушении органами предварительного следствия и судом разумного срока уголовного судопроизводства.
Так, общая продолжительность судопроизводства по уголовному делу в отношении Ионова М.Е. на день поступления административного искового заявления в суд составила 4 года 6 месяцев 25 дней, из которых продолжительность досудебного производства - 2 года 11 месяцев 10 дней.
Общая продолжительность судопроизводства по уголовному делу в отношении Карнаухова К.В. на день поступления административного искового заявления в суд составила 4 года 8 месяцев 24 дня, из которых продолжительность досудебного производства - 3 года 1 месяц 9 дней.
Общая продолжительность судопроизводства по уголовному делу в отношении Арзамасова А.И. на день поступления административного искового заявления в суд составила 4 года 5 месяцев 12 дней, из которых продолжительность досудебного производства - 2 года 9 месяцев 27 дней; в отношении Гарифуллина А.Н. - 3 года 9 месяцев 3 дня, из которых продолжительность досудебного производства - 2 года 1 месяц 18 дней; в отношении Савельчева В.А. - 5 лет 1 месяц 26 дней, из которых продолжительность досудебного производства - 3 года 6 месяцев 11 дней; в отношении Садриева И.И. - 4 года 5 месяцев 16 дней, из которых продолжительность досудебного производства - 2 года 10 месяцев 1 день; в отношении Ялакова И.И. - 4 года 5 месяцев 15 дней, из которых продолжительность досудебного производства - 2 года 10 месяцев.
При этом продолжительность рассмотрения уголовного дела в Верховном Суде Республики Татарстан на день поступления административных исковых заявлений в уполномоченный суд составила 1 год 7 месяцев 15 дней (с 18 ноября 2016 г. по 3 июля 2018 г.) и не содержит признаков нарушения требования разумного срока, предусмотренного пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В обжалуемом решении правомерно указано, что судебные заседания Верховным Судом Республики Татарстан назначались в установленные законом сроки, слушания велись непрерывно, перерывы по делу являлись необходимыми и обоснованными, периоды неактивности суда были непродолжительными.
Исходя из общей продолжительности уголовного судопроизводства, правовой и фактической сложности уголовного дела, поведения участников уголовного судопроизводства, достаточности и эффективности действий суда, прокурора, руководителя следственного органа и следователей, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела, с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для данного административного дела, права на компенсацию за нарушение права на судопроизводство в разумный срок у административных истцов не возникло.
Вопреки доводу апелляционных жалоб о том, что судом первой инстанции не были приняты во внимание вынесенные по уголовному делу на стадии досудебного производства судебные постановления, касающиеся затягивания органами предварительного следствия сроков ознакомления обвиняемых с материалами уголовного дела, данное обстоятельство получило в обжалуемом решении надлежащую правовую оценку.
Так, установлено, что ознакомление обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела происходило с 11 июня 2015 г. по 20 октября 2016 г., то есть более 1 года 4 месяцев. Согласно графикам ознакомление проводилось в указанный период от 2 до 12 раз в месяц, при этом имелись месяцы, в которые ознакомление не проводилось.
Кроме того, факты затягивания ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела неоднократно отражались в требованиях прокуратуры Республики Татарстан, адресованных заместителю руководителя СУ СК России по Республике Татарстан, а также в частных определениях Верховного Суда Республики Татарстан.
На основании изложенного действия органов предварительного следствия при ознакомлении обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела следует признать недостаточно эффективными. Однако судом первой инстанции правильно отмечено в обжалуемом решении, что названный период сам по себе не может свидетельствовать о нарушении права административных истцов на судопроизводство в разумный срок, поскольку общая продолжительность производства по уголовному делу не превысила разумный срок.
При этом действия компетентных органов в иные периоды предварительного расследования обоснованно признаны судом первой инстанции достаточными и эффективными, поскольку в эти периоды было проведено множество различного вида экспертиз, с постановлениями о назначении которых и их заключениями были ознакомлены все обвиняемые и их защитники, проведены многочисленные оперативно-следственные действия, допрошены потерпевшие, свидетели, обвиняемые, эксперты, направлено большое количество запросов для проверки фактических обстоятельств, данных о личности обвиняемых и потерпевших.
Доводы административных истцов о незаконности уголовного преследования и предъявления обвинения по ряду статей Уголовного кодекса Российской Федерации, по которым впоследствии по приговору суда они были оправданы и за ними признано право на реабилитацию, не подлежат оценке в соответствии с Законом о компенсации, в связи с чем не могут быть приняты во внимание при рассмотрении данного административного дела.
При определении разумности срока судопроизводства суд первой инстанции обоснованно учел правовую и фактическую сложность уголовного дела, состоящего из 103 томов, из них 67 следственных. По делу привлечены в качестве обвиняемых 15 человек, которым было предъявлено обвинение в совершении преступлений различной степени тяжести (организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней), покушение на убийство, убийство, хулиганство, вымогательство, умышленное причинение легкого вреда здоровью, побои, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью). Потерпевшими признаны 21 человек, допрошены 123 свидетеля на стадии производства предварительного расследования и 130 потерпевших и свидетелей при производстве дела в суде, по делу проведены 62 различные экспертизы.
Проанализировав действия органов предварительного следствия и Верховного Суда Республики Татарстан при рассмотрении уголовного дела, производимые в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела, суд первой инстанции правомерно признал их достаточными и эффективными.
Необходимо также отметить, что отложение судебного разбирательства имело место в случаях, предусмотренных законом, при наличии к тому оснований. Руководство ходом судебного рассмотрения способствовало созданию условий для всестороннего и полного исследования доказательств и выяснения обстоятельств дела; факта нарушения судом процедурных условий не выявлено.
Утверждение в апелляционных жалобах о том, что перерыв в судебном заседании с 16 июня по 3 июля 2017 г. объявлен в связи с заменой адвоката подсудимого Савельчева В.А. по инициативе судьи, опровергается содержанием протокола судебного заседания от 16 июня 2017 г. Из него следует, что перерыв был объявлен по ходатайству подсудимого Ионова М.Е. с целью подготовки стороны защиты для предъявления доказательств.
Вывод суда об отсутствии оснований для удовлетворения административных исковых заявлений Ионова М.Е., Карнаухова К.В., Арзамасова А.И., Алексеева В.В., Гарифуллина А.Н., Елистратова А.В., Мишина А.Е., Савельчева В.А., Савельчева Н.А., Садриева И.И., Ялакова И.И. о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок основан на анализе исследованных доказательств, мотивирован, соответствует материалам дела и требованиям законодательства.
Оснований для отмены решения в апелляционном порядке, предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, не имеется.
Руководствуясь статьями 308 - 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации
определила:
решение Верховного Суда Российской Федерации от 20 августа 2018 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы Ионова Максима Евгеньевича, Карнаухова Константина Валерьевича, Арзамасова Александра Ивановича, Гарифуллина Айнура Наиловича, Савельчева Владимира Александровича, Садриева Ирека Ильшатовича, Ялакова Ильсура Ильсудовича - без удовлетворения.
Председательствующий
Г.В.МАНОХИНА
Члены коллегии
В.Ю.ЗАЙЦЕВ
Т.Е.КОРЧАШКИНА